СТАТЬИ АРБИР
 

  2018

  Июль
  Август   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31 1 2
   

  
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?


В россии создан мегарегулятор


В РОССИИ СОЗДАН МЕГАРЕГУЛЯТОР

Изменения в деятельности Центрального банка России в связи с расширением полномочий. Комментарии экспертов.

Ключевые слова: Центральный банк России, мегарегулятор.

В 2013 году деятельность Центробанка РФ претерпела изменения. Во- первых, сменилось руководство, а во-вторых, значительно расширились полномочия. Согласно закону, принятому в июле 2013 года, теперь к нему перешли функции Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР), которая отныне превратится в подразделение внутри Банка России. Предусматривается передача Банку России полномочий ФСФР России по нормативно-правовому регулированию, контролю и надзору в сфере финансовых рынков, в том числе страховой деятельности, кредитной кооперации, микрофинансовой деятельности, рейтинговых агентств. Таким образом, на базе ЦБ создан мегарегулятор, который контролирует не только банки, но и весь финансовый сектор: и фондовые рынки, и страховой бизнес. Законом также были внесены поправки в Налоговый, Гражданский кодексы и ряд федеральных законов.[1]

Идея о создании финансового мегарегулятора в России обсуждалась в течение нескольких лет, причем в трех вариантах. Первый предполагал создать его на базе ФСФР, поскольку она уже контролирует фондовый и страховой рынки. Сторонники другого варианта предлагали ничего не создавать, а усовершенствовать законодательство, чтобы раскрыть полнее возможности уже существующих регуляторов - ФСФР и Центрального банка. Но победил третий вариант, который в наибольшей степени соответствует административным и корпоративным интересам руководства ЦБ РФ.

То, что обсуждалось на протяжении последних шести-семи лет, наконец произошло. Многолетняя дискуссия сторонников и противников создания в России мегарегулятора, казалось бы, закончилась в конце 2012 года решением правительства об интеграции ФСФР и Банка России. Тогда окончательно было определено, что именно сосредоточение функций в руках одного ведомства сформирует единую нормативную базу для функционирования финансового сектора в целом. В результате высокие стандарты, как в банковской сфере, распространятся даже на такие плохо регулируемые области, как микрофинансовые организации и рынок Forex, и это окажет благотворное влияние на весь финансовый рынок. Считается, что создание мегарегулятора повысит эффективность работы всей финансовой системы России в целом. Наделенные подобными полномочиями структуры действуют на данный момент более чем в 55 странах.[3]

Переход к мегарегулированию - процесс объективный, прямо связанный с повышением роли финансовых конгломератов. Этот процесс - суть большинства реформ систем финансового регулирования в последние 20 лет. В 1980-е годы к мегарегулированию перешли Сингапур (1984), Норвегия (1986), Канада (1987) и Дания (1988), в 1990-е годы - еще пять стран, в XXI веке процесс ускорился. При этом отдельные государства (например, Великобритания) успели поменять две модели мегарегулирования (в Великобритании в 2000 году был создан единый мегарегулятор финансового рынка The Financial Services Authority (FSA), а сегодня осуществляется переход к «twin peaks»).[1]

Тем не менее мегарегулирование пока не является господствующей моделью регулирования финансовых рынков. В современном мире многие финансовые рынки живут и без него - достаточно вспомнить два наиболее мощных национальных финансовых рынка мира, США и Китай, которые к тому же оказались в итоге наиболее устойчивы к кризису 2008-2009 годов.

Сегодня из 115 полных членов Международной ассоциации регуляторов рынка ценных бумаг (IOSCO) 49 (42,6 %) функционируют в рамках отраслевой («вертикальной») модели регулирования, при которой для каждого сегмента финансового рынка действует свой регулятор. «Гибридная модель», при которой полномочия регулятора распространялись на несколько секторов финансового рынка, сложилась в 16 странах (13,9 %). Эта модель фактически работала в России до 2013г.: банки контролировались ЦБ, а небанковские фининституты - ФСФР. Остальные 50 регуляторов (43,5 %) представляют различные модели мегарегулирования.[2]

Самая распространенная модель действует в 33 странах. Она предполагает наличие единого независимого мегарегулятора (с объединением регулирования и надзора), не являющегося центральным банком. В 13 странах функции мегарегулятора осуществляют национальные (центральные) банки, еще в четырех странах внедрена модель «twin peaks» («две вершины»).

С 1 сентября федеральный закон от 23.07.2013 № 251-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в связи с передачей Центральному банку РФ полномочий по регулированию, контролю и надзору в сфере финансовых рынков» вступил в силу (за исключением отдельных положений, которые вступают в силу позже).

Мегарегулятором стала Служба Банка России по финансовым рынкам, оказавшаяся лишь промежуточным звеном при переходе к «полной интеграции» системы ФСФР России в ЦБ РФ. В соответствии с решением Совета директоров Банка России Служба Банка России по финансовым рынкам была упразднена 3 марта 2014 г. С этого момента Банк России является мегарегулятором финансовых рынков и осуществляет полномочия по контролю и надзору за участниками рынка.

Экспертам понятно, что новый орган не сможет сразу заняться непосредственно регулированием. «Новый мегарегулятор может сосредоточиться прежде всего на внутренних вопросах, связанных с большим объемом бюрократических процедур на этапе его образования. Кроме того, в переходном периоде может возникнуть значительная неясность и неопределенность для небанковских финансовых организаций, особенно для сектора страхования, в котором Банк России становится третьим регулирующим органом за последние пять лет», - комментируют в своем отчете аналитики Standard & Poor's. [4]

России требуется мегарегулирование на финансовом рынке по многим причинам, главная из которых - высокий уровень системного риска. Сегодня более 90 % крупнейших по активам российских финансовых организаций входят в состав финансовых холдингов (конгломератов) и, таким образом, обеспечивают трансляцию рисков между секторами финансового рынка, формируют и приумножают системный риск.

Судя по комментариям экспертов, несмотря на то, что мегарегулятор уже начал работу, для них до сих пор неочевидны плюсы от его создания. Президент Московской международной валютной ассоциации (ММВА)

Алексей Мамонтов: «Было бы лучше, чтобы была отдельная структура, регулирующая всех участников финансового рынка, для надзора и за кредитными и за некредитными организациями», - считает он. У меня негативный прогноз относительно перспектив этого регулятора: пройдет какое-то время, и начнутся сами собой разговоры о том, что пора выделять из ЦБ регулятивные функции и создавать какое-то новое ведомство, которое будет заниматься регулированием финансовых рынков, считает он.

Однако Павел Медведев, бывший депутат Госдумы и экс-советник главы Банка России, готов с ним поспорить. Деятельность нового мегарегулятора будет успешна, поскольку он получает дополнительные ресурсы и дополнительный политический вес, чтобы влиять на законодательство и правоприменение. «За год революции, конечно, ожидать не стоит, но лет через пять, надеюсь, мы ощутим улучшение», - говорит Павел Медведев. В целом же, по мнению Павла Медведева, на банках создание мегарегулятора никак не отразится. Они давно работают с ЦБ и привыкли к его требованиям. Банки даже рады консолидированному надзору.[2]

«Введение единого регулирования, безусловно, окажет положительное влияние на финансовый сектор в целом, повышая прозрачность и расширяя инструментарий ЦБ для воздействия на структурные проблемы банковской системы, кроме того, оно способно повысить устойчивость банковского сектора через ограничения экспорта рисков от смежных участников финансового рынка», - говорит Евгений Бузов, начальник управления анализа рисков на контрагентов СБ Банка.

Тяжелее, скорее всего, станет тем, кто раньше не подчинялся ЦБ и не знаком с его надзорными требованиями.

Непрозрачными и плохо регулируемыми Павел Медведев называет сферу микрофинансовых организаций. Среди них на рынке есть игроки, которые пытаются обойти закон и найти лазейки. Кроме того, сложно, по мнению Медведева, придется страховым компаниям. Среди них есть те, которые выполняют свои обязательства только после «разговоров» или от которых «вообще ничего не добьешься как от бетонной стены», отмечает он.

На словах участники рынка, которым предстоит ужесточение, не очень сильно его боятся.

«Наш основной принцип - мы безусловно «за», - прокомментировал ситуацию Андрей Бахвалов, главный исполнительный директор компании

«Домашние деньги», лидер микрофинансового рынка, - но важным условием является необходимость диалога с МФО». Гендиректор УК «Капи- талъ» Вадим Сосков в свою очередь говорит, что даже рад ужесточению. По его мнению, давно пора выдавать отдельные лицензии управляющим, занимающимся пенсионными деньгами, и вводить для них специальные нормативы. Это поможет навести порядок в отрасли, считает он.

Президент БКС Олег Михасенко в свою очередь полагает, что пока сложно сказать, какое влияние окажет единый мегарегулятор на работу профучастников. «На данный момент между профучастниками и ФСФР уже выстроен процесс взаимодействия, и, на наш взгляд, факт создания единого мегарегулятора не должен кардинально повлиять на уже существующий процесс. Мы ожидаем, что мегарегулятор займется не только контролем за деятельностью участников рынка, но и его развитием», - комментирует он. [3]

По мнению представителей профессионального сообщества, собравшихся на конференции «Финансовые рынки России: взгляд в будущее», российский финансовый рынок через пять-семь лет ждет регулятивный кризис, а через 20 лет парадигма мегарегулятора финансовых рынков и вовсе может изжить себя.

Председатель совета директоров МДМ Банка, Олег Вьюгин также считает, что парадигма мегарегулятора финансовых рынков в РФ в ближайшие 20 лет «отомрет». По мнению финансиста, в скором времени к властям может прийти понимание того, что ЦБ должен фокусироваться на финансовой и ценовой стабильности, а отвечать за развитие финансовых рынков и финансовых инструментов должны будут другие институты. В качестве примера такого института Вьюгин привел Комиссию по ценным бумагам и биржам в США, которая «сейчас как надзорный орган в принЛ

ципе сильнее, чем ФРС . «Если российский рынок будет развиваться, то есть, если через 20 лет будет хорошая картина, то, конечно, в области регулирования парадигма изменится», - заключает Вьюгин.

Рабочая группа по созданию международного финансового центра в Москве подвела итоги первого года работы единого регулятора финансовых рынков. На прошедшем на Московской бирже «круглом столе» и представители самого мегарегулятора - ЦБ, и участники финансового рынка оценили этот год как успешный. А также добавили, что многие риски не реализовались. Руководитель рабочей группы по созданию МФЦ Александр Волошин назвал создание мегарегулятора одной из наиболее серьезных и удачных реформ государственного управления последних лет.

По мнению Центробанка, за первые 12 месяцев работы удалось прежде всего осуществить надзор за финансовыми группами. В планах - создание Международного финансового центра. [4]

За первый год работы мегарегулятора серьезных недостатков пока не выявлено. Однако с усилением централизации регулирования рынка и сосредоточением полномочий по контролю и надзору у одного органа (Банк России) необходимо развивать и механизм саморегулирования рынка. Первый шаг в этом направлении сделан - принят ФЗ от 13.07.2015 № 223- ФЗ «О саморегулируемых организациях в сфере финансового рынка» [5].

Процесс создания мегарегулятора финансовых рынков в Российской Федерации еще далек от своего завершения. Окончательные итоги планируется подвести к 2018 г., когда закончится последний этап перехода к мегарегулированию. К тому моменту непосредственно мегарегулятору предстоит работа над определенным массивом законодательной и подзаконной базы.

Неожиданный для многих выбор Центрального Банка России и передача ему полномочий по регулированию и контролю в сфере финансовых рынков, т. е. наделение его функциями мегарегулятора, пока можно признать относительно удачным. При этом положительным фактором является понимание Банком России необходимости работы над законодательной и подзаконной базой и усиления позиций саморегулируемых организаций профессиональных участников рынков. Окончательные выводы об успешности работы Банка России в качестве единого регулятора можно будет подвести не ранее 2016 г., когда процесс реформирования механизма государственного регулирования финансовых рынков вступит в свою завершающую стадию [4].

Автор считает, что в данной работе новым является рассмотрение различных комментариев экспертов, высказанных по поводу создания на базе Центрального банка России мегарегулятора российских финансовых рынков.

Литература

www.fa.ru.

vegaslex.ru text/79569.

knowledge.allbest.ru.

life-prog.ru.

base.consultant.ru.


Коротаева Нина Александровна, ст. преподаватель Филиал РАНХиГС, г. Киров





МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ