СТАТЬИ АРБИР
 

  2018

  Октябрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4
   

  
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?


Проблемы и объективные предпосылки возрождения и развития торфодобывающей отрасли в рф


ПРОБЛЕМЫ И ОБЪЕКТИВНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ВОЗРОЖДЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ТОРФОДОБЫВАЮЩЕЙ ОТРАСЛИ В РФ

Наличие у России богатых торфяных ресурсов и большого положительного исторического опыта их разработки, особенно в восьмидесятые годы прошлого столетия, на которые пришелся пик объемов производства и потребления торфа, не может не вызывать вопрос о целесообразности его использования в современных условиях. Актуальность ответа на него все более возрастает, учитывая накопленный опыт в разработке торфяных месторождений и использовании торфа отдельными российскими бизнес структурами, регионами, а также другими странами, выдвинувшимися в последние годы в производстве и потреблении торфа на передовые позиции.

Вместе с тем, этот опыт не может служить достаточным, а тем более главным основанием для принятия решений о настоящем и будущем торфа в нашей стране, поскольку этот опыт весьма неоднозначен. Он только свидетельствует как об объективных плюсах, так и не менее объективных минусах, которые требуют взвешенных оценок. К этому следует добавить и субъективный фактор. В ряде зарубежных стран с относительно благополучно развивающейся торфяной промышленностью до настоящего времени продолжаются серьезные дискуссии о целесообразности дальнейшего развития данного вида деятельности. В нашей стране в среде специалистов, представителей общественности и разного уровня властей, также нет однозначных или хотя бы устраивающих большинство аргументов за восстановление торфяного производства, тем более в прежних размерах.

В условиях переходной экономики все трудности этого периода в полной мере отразились на торфяной промышленности. Становление рынка и крушение старой системы хозяйствования сопровождалось развалом сложившейся в условиях командно-административной экономики хозяйственных связей, прекращением финансовой поддержки предприятий торфяной сферы хозяйственной деятельности, потерей рынка сбыта. Данная ситуация усугублялась и тем, что основные потребители торфяной продукции - сельхозпредприятия утратили платежеспособность и большая их часть обанкротилась. Практически полностью прекратились заказы на поставку топливного торфа, поскольку большинство котельных с переходом на газ было переоборудовано и прекратило использование торфа в качестве топлива.

На сегодня торфодобывающие предприятия характеризуются низкой эффективностью, устаревшей материально-технической базой, потерей квалифицированных кадров, испытывают сильное налоговое и арендное бремя, а по сравнению с другими предприятиями горнодобывающего сектора не являются привлекательными для инвесторов.

Безусловно, нынешнее состояние российской торфяной промышленности во многом связано с периодом 1992 - 2011 годов, который один из бывших руководителей Главторфа-Росторфа назвал периодом потери основных потребителей и краха торфяной отрасли, а непосредственной причиной этого - массовый переход потребителей и, в первую очередь, электростанций на природный газ [1]. Понятно, что отрасль не выдержала конкуренции, а финансовые возможности государства в девяностых годах не позволили оказать ей должную поддержку.

Как показывает зарубежная практика, торфяной бизнес при определенных условиях может быть вполне рентабельным и перспективным видом хозяйственной деятельности. В ряде стран не только не снизились объемы производства торфа, хотя падение объемов стало в последние 25 лет общемировой тенденцией, но и увеличилось его производство. Объемы добычи торфа уже в двухтысячные годы возросли: в Латвии - на 68 %, Швеции - на 44 %, в Польше - на 25 %, Белоруссии - на 23 %. Причем в этот период примерно 70 % мирового производства торфа предназначалось для производства тепла и электроэнергии, остальные 30% - для нужд сельского хозяйства. Мировым лидером в производстве торфа стала Финляндия - 36,4 % от общемировой добычи, на втором месте Ирландия - 17,2 %, на третьем месте - Белоруссия 10,4 %. Россия занимает 4-е место по объему добываемого торфа: всего 4,8 % от мирового производства [2].

Отсутствие собственного газового ресурса на территории европейских стран и их озабоченность возможной нестабильностью в поставках газа может подтолкнуть их к решению об использовании альтернативных источников энергии, в том числе и торфа, в больших масштабах. Попутно заметим, что относительное, а при определенных обстоятельствах, и абсолютное падение спроса на газ в Европе не может не привести к росту его предложения на российском внутреннем рынке, что в экономическом плане явится дестимулирующим фактором в использовании местных энергоресурсов, в частности, и торфа.

Возникает вопрос, насколько и в какой мере наш собственный и зарубежный опыт (как положительный, так и отрицательный) позволяет определить перспективы торфа и торфяной промышленности в России, установить и обозначить факторы, обусловливающие целесообразность возрождения отрасли?

В поисках ответа на этот вопрос необходимо учитывать объективные ограничения, взвесить плюсы и минусы, за и против, которые обусловлены рядом факторов: экономических, социальных, экологических,

административно-правовых, ресурсно-технических, политических и институциональных. Далее, определившись с тем, какие факторы являются приоритетными для российской экономики, выявить характер, структуру и уровень потребности в торфе и спроса на него, предложения торфяной продукции и ее производства.

Рассмотрим эти факторы и проанализируем, какие имеются аргументы «за» и «против» в решении проблем использования торфа и торфяной продукции, какие предложения о дальнейшей судьбе торфяной отрасли ныне существуют.

Первое. Огромные запасы торфа. В качестве исходного называется фактор наличия в Российской Федерации огромных запасов торфа, поэтому естественно, что поднимается проблема хозяйского использования этого ресурса. Однако, дискуссии по этому вопросу, носящие зачастую хотя и понятный, но излишне эмоциональный характер, мало что дают для объективного и обоснованного его решения, поскольку в них приводится довольно противоречивая аргументация. Поэтому и не удается прийти к согласованным решениям по данному вопросу прежде всего в высших органах власти и выработать разумную политику в отношении торфа. Можно и, наверное, нужно задаваться вопросом: «Так что же, ставить крест на отечественной торфяной промышленности?» [3, с. 74] Однако требуются более весомые аргументы, чтобы перевести вопрос о необходимости ее возрождения в позитивное русло. И в этом плане, хотя фактор наличия значительных запасов торфа является безусловно важным и даже исходным, он далеко не достаточен для того, чтобы делать далеко идущие выводы о возобновлении масштабной добычи торфа.

Второе. Возобновляемость торфа. Торф, в отличие от нефти и газа, является в макроэкономическом плане возобновляемым ресурсом. В условиях средней полосы России ежегодный прирост торфа по одним оценкам составляет 88 млн тонн условного топлива [1, с. 18] по другим - 250 млн тонн условной влаги [4], что существенно превышает среднегодовую добычу торфа в объеме 54,3 - 55,5 млн тонн в лучшие для России восьмидесятые годы прошлого столетия [5].

Третье. Потребность в торфе и спрос на него. Более весомым в решении рассматриваемой проблемы является резкое снижение потребности в торфе и падение рыночного спроса на этот ресурс. Именно отсутствие потребности и спроса на торф и торфяную продукцию, которое связано с появлением на рынке товаров - субститутов, на которые переключились бывшие потребители торфа, стало на сегодняшний день главной проблемой. Справедливости ради следует отметить, что проблема эта давняя. Торфодобывающие предприятия дореформенного времени имели крайне узкий ассортимент торфопродукции, которую могли производить в полевых условиях.

Ассортиментный ряд включал в основном два направления использования торфа:

топливного назначения в виде фрезерной крошки и куска; сельскохозяйственного назначения (подстилка первой и второй категорий, торфоминеральные азотированные удобрения).

Что касается первого направления, то с ним связан крах торфяной отрасли, который был предопределен переходом на природный газ основных потребителей торфа - теплоэлектростанций. Но при этом следует учесть и то, что в конце 80-х годов при добыче 50 млн тонн, примерно 50 % потреблялось в виде топлива и 50 % - в сельском

хозяйстве. И, начиная с конца девяностых годов, потребление торфа сельскохозяйственного назначения снизилось более чем в 6 раз по сравнению с падением потребления топливного торфа [1, с. 15].

Вместе с тем, потенциальные возможности в расширении объемов потребления торфа и торфяной продукции существуют. Многие специалисты связывают перспективы использования торфа в муниципальной мини энергетике, в качестве местного топлива. При этом указывается на тенденцию в удорожании стоимости тепловой энергии в жилищно-коммунальном хозяйстве, произведенной на газе, которая только дорожает и может в скором времени превысить стоимость на торфяном биотопливе.

Показателен в этом отношении опыт Финляндии, где в отличие от других энергоресурсов цена на топливный торф практически не менялась с 1992 года, стоимость производимой на его основе энергии тоже почти не увеличилась, в то время как себестоимость энергии из жидкого топлива и газа возросла за последние двадцать лет втрое [6, с. 54]. Перспективной для потребления нашей мини энергетикой была бы организация производства торфяных топливных гранул на базе торфобрикетных заводов. При этом полного замещения топливных брикетов и кускового торфа гранулами не предвидится, в частности, во время дефицита высококалорийного топлива остаются актуальными и эти давно известные виды торфяного топлива [7].

Как отмечалось выше, узкий ассортимент торфяной продукции ограничивает возможности роста его потребления, поэтому расширение ассортиментного ряда за счет новых нетрадиционных способов использования торфа позволило бы расширить возможности применения торфа в народном хозяйстве и получить большой спектр инновационной торфяной продукции.

Что касается торфа сельскохозяйственного назначения, то в этом направлении имеются возможности в расширении ассортиментного ряда, что является предпосылкой роста его потребления. Здесь он может найти широкое применение для производства микробиологически активных торфокомпостов и органических удобрений, парниково-тепличных и рассадных грунтов, питательных брикетов, торфоблоков и другой продукции для овощеводства, цветоводства и тепличного хозяйства.

Развитие указанных направлений и их практическая реализация способствовали бы формированию новых потребностей, способных вызвать спрос для их удовлетворения. А будет спрос, будет на это и реакция бизнеса.

Таким образом, основной вектор в решении проблемы сводится к тому, что «Не найдя и не создав потребителей (выделено авторами), торфяная промышленность не может быть восстановлена» [1, с. 18]. При этом необходимо не просто искать потребителей, а принять меры, обеспечивающие формирование потребностей и потребителей, запустив экономические, мотивационные и стимулирующие механизмы как в сфере формирования спроса на торф, так и в сфере его потребления.

Четвертое. Энергосбережение, энергобезопасность и сокращение потребления газа за рубежом. Данный фактор обусловлен, прежде всего, той энергетической политикой, которую проводят страны Европейского союза, оставаясь основным рынком сбыта российского природного газа, - в 2013 году 56 % [8]. Она сводится к обеспечению энергетической безопасности, диверсификации источников энергии, ориентации на использование местных энергоносителей и улучшение экологии.

Не касаясь всякого рода политических и санкционных аспектов, которые не имеют долговременного характера, проводимая энергетическая политика странами Европы должна привести к существенному снижению потребления энергии и энергоносителей. К 2020 году страны Евросоюза в соответствии с принятой программой, получившей название «20 - 20 - 20», должны снизить потребление энергии на 20 % , увеличить долю возобновляемых источников энергии на 20 % и уменьшить выброс парниковых газов также на 20 %. Хотя по некоторым оценкам снижение потребления энергии на 20 % вряд ли достижимо, но к 2020 году может быть достигнуто снижение на 10 % [7, с. 50 - 51].

Ориентация европейских стран, в том числе и наших соседей, на энергоэффективность и энергобезопасность может помешать решению проблемы возрождения торфяной отрасли, поскольку сокращение или даже небольшой рост поставок газа за рубеж при взятых темпах наращивания объемов его добычи приведет к увеличению сбыта внутри страны.

С другой стороны, укрепление потенциала российского топливноэнергетического комплекса, его модернизация, развитие ресурсной базы и инфраструктуры потребует значительных финансовых ресурсов и может привести к повышению уровня издержек в экономике [10]. Вполне возможно, что, фактор повышения издержек, связанных с укреплением ТЭК, может сработать на повышение конкурентоспособности торфа по отношению к газу на внутреннем рынке.

Пятое. Экономическая эффективность торфа в сравнении с другими энергоресурсами. Данный фактор представлен в дискуссии неоднозначно. В основном эффективность торфа рассматривается относительно эффективности использования твердого и жидкого топлива. Что касается природного газа, то относительно его торф позиционируется в широком диапазоне: от того, что торф вообще не выдерживает конкуренции с газом по эффективности до того, что торф эффективнее газа. Приводятся отдельные сведения, что торф и газ равны по эффективности. Такой разброс мнений, безусловно, мешает решению вопроса о будущем торфа. Минус еще и в том, что в дискуссиях приводится много аргументов (в том числе и по экономической эффективности в пользу торфа), но в основном относительно других видов твердого и жидкого топлива [3, с. 8-10]. Вместе с тем, надо отдать должное большинству специалистов, которые считая, что торф в целом уступает газу по эффективности, пытаются обосновать сферы и перспективы его использования. В основном речь идет об использовании торфа как местного топлива в котельных, где используется твердое и жидкое топливо. Так, например, данные ТЭК Ленинградской области показывают, что стоимость 1 Г кал тепла полученной в муниципальных котельных с использованием торфа уступала только стоимости, полученной с использованием газа [10, с. 23]. Расчеты показывают, что перевод котельных, рассчитанных на 30 - 40 тыс. жителей, на торфяное топливо может дать экономию, превышающую 200 млн рублей в 2016 году, что в масштабах страны составляет огромную цифру [6, с.41]. Таким образом, имеющийся потенциал очевиден.

Безусловно, имеются и другие проблемы, так или иначе связанные с эффективностью производства и использования торфа. Все они требуют серьезных дополнительных исследований. Но при этом следует понимать, что в стратегическом плане, при увеличении предложения газа на внутреннем рынке в силу указанных выше причин, расширение объемов и сфер использования торфа сегодня вряд ли возможно, поскольку торф вряд ли выдержит конкуренцию с газом без поддержки и преференций. Остается решить главный вопрос: насколько целесообразно искусственно повышать эффективность торфа по отношению к природному газу?

Шестое. Экология и природоохрана. В разделе 11 «Экологической безопасности экономики и экологии человека» Концепции долгосрочного социально-экономического развития РФ на период до 2020 года отмечается, что «... в целом уровень экологической нагрузки на российскую экономику пока значительно ниже, чем в развитых странах... На протяжении многих десятилетий в России формируются полюса экологического неблагополучия (и не только в европейской части), что негативно отражается на качестве жизни людей, их здоровье и продолжительности жизни. Около 15 % территории России по экологическим показателям находятся в критическом или околокритическом состоянии. В городах с высоким и очень высоким уровнем загрязнения воздуха проживает 56 % городского населения. В результате повышения технологической и экологической эффективности экономики к 2020 году предполагается снижение уровня экологического воздействия в 2 - 2,5 раза, что позволит выйти на современные показатели сохранения природы в развитых европейских странах» [9]. В этих целях Концепцией предусматривается диверсификация топливного баланса электроэнергетики, в том числе и за счет прочих возобновляемых источников с соответствующим уменьшением доли газовой генерации в топливном балансе отрасли. Видимо, торф здесь относится к прочим возобновляемым источникам.

Чтобы оценить торф с позиций его влияния на экологию, то, на наш взгляд, следует рассмотреть три, соответствующих его использованию в качестве энергоносителя, аспекта: экологичность самого торфа и торфопродукции; воздействие добычи торфа на экологию; освоение торфяных месторождений и пожаробезопасность.

Что касается экологичности самого торфа, то он превосходит твердое и жидкое топливо [6, с. 148], что является установленным фактом. По сравнению с газом торф имеет преимущества по выбросам СО 2, но в отличие от газа выбрасывает золу.

Что касается второго аспекта воздействия добычи торфа на экологию, то у идеи более широкого использования торфа в энергетике есть и противники. Экологи считают, что расширение торфодобычи окажет негативное влияние на климат, поскольку «. болота в гораздо большей степени, чем лес поглощают из атмосферы диоксид углерода и высвобождают кислород. А стоит осушить болото, и в атмосферу начнет выделяться огромный объем накопленной за тысячелетия углекислоты, стимулируя парниковый эффект» [11].

По поводу третьего аспекта, то есть постоянно возникающих на торфяных месторождениях пожарах, существует достаточно консолидированное мнение специалистов, которые утверждают, что «без комплексного освоения торфяных территорий не уберечь центр России от пожаров» [11].

Вместе с тем, загоревшаяся торфяная залежь - «это осушенные торфяники, подготовленные для добычи 20 - 30 лет назад и заброшенные сейчас, и естественные болота, в которых из-за спада воды оголились отдельные участки. В первом случае эти месторождения не рекультивированы и не приведены в естественное обводненное состояние. Массовые возгорания происходят именно на таких заброшенных месторождениях» [12]. По общему мнению, таких крупных проблем нет ни в Белоруссии, ни в Прибалтике, ни в Финляндии и Ирландии, потому что там, где добывают торф, работает система пожарной безопасности. «А у нас брошенные месторождения. Никто за ними не следит, лесников не хватает. Как пасынок, брошены. Лучше всего возвратиться к добыче торфа. Сколько ни заболачивай, все равно он гореть будет» - утверждает, например, профессор О. Мисников [12]. Того же мнения придерживается и член-корр. РАН В.И. Данилов-Данильян. «Что касается торфоразработок,- пишет он, - то при хорошей организации там пожаров не бывает. Возгорания, если и происходят, оперативно ликвидируются пожарной охраной, обязательно входящей в состав торфодобывающего предприятия» [13].

Седьмое. Восстановление социальной инфраструктуры и занятость. Одним из аргументов, выдвигаемых представителями торфяной отрасли в пользу восстановления торфяной промышленности, является возрождение социальной инфраструктуры в поселках при торфопредприятиях. Социальная инфраструктура была сравнительно хорошо развита. Поселки имели больницы, клубы, школы, магазины, транспортное сообщение с близлежащими городами и так далее

Положение, в котором находится социальная сфера торфопредприятий в настоящий период, можно считать критическим.

Среди факторов, отрицательно влияющих на состояние социальной инфраструктуры, стоит отметить:

в связи со снижением численности коренного населения, востребованность объектов социальной инфраструктуры становится меньше их проектных возможностей;

при снижающейся востребованности объектов социальной инфраструктуры их содержание становится экономически неэффективным, что приводит к их постепенному обветшанию и к закрытию. В ближайшей перспективе требуется сохранение и поддержка уже существующих объектов.

Таким образом, для решения проблемы возрождения торфяной промышленности в нашей стране требуется взвесить все объективные «плюсы» и «минусы», а также субъективные «за» и «против». Определиться с потенциальной потребностью в торфе и на этой основе подойти к решению вопроса о том, где, как, в каком виде и в каких объемах требуется сформировать реальную потребность в торфе, как обеспечить рыночный спрос на него, определить в каких объемах его добывать и как технически, организационно и финансово обеспечить его производство и формирование предложения.

Как показывает опыт ряда регионов, где в последние годы были определенные подвижки в возобновлении и некотором расширении производства торфа, а главное, в увеличении его потребления, без реальной государственной поддержки не обойтись. И речь идет не только о финансовой поддержке, а, прежде всего, о разработке и реализации системных мер институционального характера, включающих организационно-экономические, административно-правовые и другие механизмы и институты, обеспечивающие условия для привлечения масштабных и качественных инвестиций, причем не только непосредственно в торфодобывающую отрасль, а и в сферу переработки торфа и, что стратегически важно, в сферу потребления торфа и торфяной продукции.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИМ СПИСОК

Марков, В.И. Периоды развития торфяной промышленности России /

И. Марков // Труды Инсторфа. 2012. № 6 (59). С. 15 - 18.

Плакиткина, Л.С. Добыча торфа в России и мире: Анализ развития торфяной промышленности в России и мире в период с 2000 по 2009 годы / Л.С. Плакиткина, П.А. Апухтин // Горная промышленность. 2011. № 1 (95). URL: www.mining-media.ru/ru/article /ekono mic/159-dobycha-torfa-v-rossii-i-mire-analiz-razvitiya-torfyanojromyshlen nosti-v-rossii-i-mire-v-period-s-2000-po-2009-gody ( дата обращения 08.06.2015).

Зюзин, Б.Ф. Малая энергетика муниципальных образований на местных видах топлива. Опыт и перспективы внедрения / Б.Ф. Зюзин, А.Д. Лебедев, А.И. Епишев, Д.Д. Разаев // Торф и бизнес. 2009. № 3 (17). С. 5 - 11.

Гогин, Д.Ю. Торф - экологический вид топлива, наиболее полно отвечающий требованиям Киотского протокола / Д.Ю. Гогин // Торф и Бизнес. 2008. № 1. С. 6 - 8.

Народное хозяйство СССР за 60 лет. Статистический сборник. М.: Статистика, 1977.

Всероссийский торфяной форум / Материалы Всероссийского торфяного форума. Тверская область, пос. Эммаус, 27 - 28 апреля 2011. Тверской ИнноЦентр. 2011. 276 с.

Яблонев, А.Л. Современные направления использования торфа / А.Л. Яблонев, О.В. Пухова // Вестник ТГТУ. Тверь : ТГТУ, 2010. № 17.

104 - 107.

Statisticalreviewofworldenergy, June 2014. II BP. Mode of access: URL: www.bp.com/content/dam/bp/excel/Energy-Economics/statistical- review-2014/BP-Statistical_Review_of_world_energy_2014_workbook.xlsx

Концепция долгосрочного социально-экономического развития

Российской Федерации на период до 2020 года.

URL:

base.garant.ru/194365/ (дата обращения: 15.11.2015).

Селенов, В.Г. Торфяное топливо / В.Г. Селенов, А.В. Михайлов, А.Л. Ямпольский // Торф и бизнес, № 3 (17), 2009. C. 15 - 25.

Торф в энергетике. URL: centrenergosberrb.ru/obschaja-informa tsija/ekspertnoe-mnenie/856-torf-v-energetike.html (дата обращения 15.11.2015).

Самовозгорание торфа — это лукавство. URL: www.ga zeta.ru/science/2014/08/01_a_6153933.shtml (дата обращения 15.11.2015).

Данилов-Данильян, В.И. Причины и уроки торфяных и лесных пожаров 2010 года // Экология и жизнь. № 10. 2010. URL: elementy.ru/lib/431267 (дата обращения 28.08.2015).


Александров Геннадий Аркадьевич, доктор экономических наук, профессор, Яблонев Александр Львович, доктор технических наук, профессор, Скворцова Галина Геннадьевна, кандидат экономических наук, доцент, Тверской государственный технический университет г. Тверь, Россия





МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ