СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


О статусе оценочного дискурса в рекламационных посланиях


О СТАТУСЕ ОЦЕНОЧНОГО ДИСКУРСА В РЕКЛАМАЦИОННЫХ ПОСЛАНИЯХ

Кириллова Н. II.,

кандидат педагогических наук, доцент НГТУ им.Р.Е. Алексеева, г. Нижний Новгород

Статья посвящена изучению особенностей реализации оценочного дискурса в рекламационных жанрах. Рассмотрены образцы оценочных высказываний различного типа с точки зрения адекватной интерпретации их в юрислингвистике. Акцентировано внимание на методическом аспекте проблемы - обучении будущих юристов азам лингвистической экспертизы.

Ключевые слова: оценочность; конфликтный дискурс; рекламационные жанры; претензии; лингвистическая экспертиза.

Современный человек существует в условиях очень быстро меняющихся языковых реалий. В связи с чем все большее значение и статус (в ряду различных направлений лингвистики) приобретают сегодня лингвопрагматические исследования, и все чаще лингвистическое сообщество анализирует не просто текст в традиционной трактовке, а рассматривает текст с позиций дискурса, то есть текст в событийном (или ситуативном) аспекте.

Одним из актуальных направлений современной лингвопрагмати- ки является такая лексико-семантическая категория, как оценка. Как в отечественной, так и в зарубежной прагматике существует целый ряд работ, посвященных оценочным высказываниям (Е.М. Вольф, Ю.Д. Апресян, Н.Д. Арутюнова, А.Д. Шмелев и др.). Тем не менее в этой области очень многое остается неясным, спорным, неоднозначным. «При всей важности в человеческом общении оценочных смыслов, они не получили отчетливого речеведческого статуса» [3, с. 233].

Оценочный дискурс распространяется сегодня практически на все сферы речевой деятельности человека, причем это не только устная речь, но и многие письменные жанры, даже те, где традиционно оценивания должно быть минимум, например, деловая речь или научные жанры. Такое развитие языковой реальности не случайно, так как оценка является важнейшим регулятором жизнедеятельности человека. По мнению ученых, ее предназначение - желаемое воздействие на адресата. «С помощью оценочных высказываний можно косвенным образом побудить адресата к выполнению некоторых практических действий» [2, с. 80]. Причем оценочные суждения могут иметь разную специфику: «Чаще всего это эмоциональная оценка, но возможна и моральная, и прагматическая» [4, с. 135]. Предлагая суждение с позиций морально- этических, с учетом мировоззренческих, ценностных ориентиров, «говорящий опирается не только на свое субъективное мнение, но и на общепринятые представления о том, что есть правильно, а что - нет» [4, с. 135]. Именно поэтому оценочность оказывает такое значительное влияние на регуляцию речевого поведения человека, направляя его в «социально одобряемое русло».

Как уже было сказано, категория оценки изучается применительно к разным сферам коммуникации, но особый статус она приобретает в рамках юрислингвистики, так как основное назначение юриспруденции также регулирование поведения человека в соответствии с общепринятыми в социуме нормами. Правда, оценочность в первую очередь рассматривается здесь в связи с наличием в юридической практике случаев инвективного употребления бранной или обсценной лексики и необходимостью лингвистической экспертизы разного рода оскорбительных текстов. Е.С. Кара-Мурза для таких случаев даже применяет термин «речевые преступления», так как речь идет об унижении чести, достоинства и деловой репутации. Безусловно, при рассмотрении подобных прецедентов необходима квалифицированная лингвистическая экспертиза текстов и предъявление суду их однозначной, объективной интерпретации. В связи с этим возникает проблема обучения будущих юристов соответствующим компетенциям.

Однако с оценочностью, а точнее с различными формами конфликтного дискурса, юрист имеет дело не только при рассмотрении собственно речевых преступлений. Жалобы, претензии, разрешение споров между официальными организациями или отдельными гражданами и прочие прецеденты - во всех этих случаях юрист должен принять объективное решение, вынести вердикт на основе выдвигаемых претензий и предоставленных доказательств, выраженных в речевой форме. И здесь особая ответственность ложится на автора-составителя документа. «Иными словами, при создании любого правового документа недостаточно работать только над его смыслом, необходимо учитывать механизмы преподнесения правовой информации» [5, с. 138].

Исходя из этих соображений, можно с уверенностью говорить о двух методических аспектах при обучении будущих юристов. С одной стороны, в юрисдикции специалистов по гражданскому праву должно быть консультирование и помощь в составлении различных правовых документов (претензий, исковых заявлений и пр.) для организаций и частных лиц, а с другой стороны, экспертная оценка (в том числе и лингвистическая экспертиза) предъявляемых документов, грамотная и компетентная интерпретация предоставленных аргументов и доказательств. «Лингвоправовые аргументы для того или иного вывода колеблют чашу весов Фемиды, шкалируясь от однозначно свидетельствующих до сомнительных и неоднозначных» [3, с. 222]. Специалист должен определить степень виновности обвиняемого или долю соответствия претензий объективной реальности на основе некоего «градуирования конфликтности», то есть должна быть определенная шкала, мерило в интерпретации правового текста.

В связи с этим мы хотели бы определить статус и специфические особенности оценочных высказываний в различных рекламационных посланиях. Как известно, текст правового документа относится к официально-деловому стилю и, соответственно, требует соблюдения определенных требований: нейтральность языка, точность, ясность, краткость, последовательность в изложении правового материала, отсутствие эмоциональной окраски, использование неюридических и юридических специальных терминов и т.д.

То есть одним из заглавных принципов будет здесь объективность, беспристрастность и минимизация оценочности в языковом оформлении. И, действительно, если мы посмотрим на рекомендуемые модели- образцы претензий или исковых заявлений (которые можно найти в том числе и в интернет-ресурсах), то оценочный компонент в них практически отсутствует. Но когда эти модели-образцы наполняются реальным содержанием (а именно конкретными претензиями и требованиями), избежать элементов конфликтного дискурса, а значит и оценочного компонента, практически невозможно.

Так, для выражения информирования о сути претензий, а также для акцентирования внимания на предупредительной вежливости можно увидеть в текстах появление оценочных форм: к сожалению, мы должны поставить Вас в известность; вынуждены предъявить Вам рекламацию в связи с...; к нашему крайнему неудовлетворению /недоумению; к нашему глубокому огорчению/ разочарованию, мы должны уведомить Вас... В целом все эти формы можно интерпретировать как сдержанное выражение неудовольствия. В них подчеркивается осуждение и неприятие действий адресата.

Конечно, в тексте делового письма мы не увидим ярко выраженного проявления эмоций, но желание акцентировать внимание на каких-то условиях, договоренностях, усилить элемент долженствования явно прослеживается: «Требование п. 45 однозначно определяют, что для расчета с потребителем необходимо... »; «убедительно просим Вас рассмотреть вопрос о погашении задолженности в кратчайшие сро- ки... »; «недогруз произошел по вине Вашего экспедитора... »; «продукция была поставлена Вашей стороной несвоевременно... ». Выражение отрицательной оценки происходящего прослеживается в частотности использования частицы «не»: недостача, недогруз, непригодный, некондиционный, несоответствие, не отвечает условиям договора.

При анализе подобных дискурсов важно также учитывать ограниченность языковых средств выражения требований и претензий (что задается особенностями данного подстиля). Отсюда естественное появление тавтологии. Однако зачастую лексические повторы явно выполняют функцию оценочного дискурса, а именно реализуют задачу усиления воздействующего эффекта на адресата, нагнетания конфликтной ситуации, демонстрации ее перед читателем в самом невыгодном свете.

В качестве примера рассмотрим фрагмент искового заявления:

«Обязательство по оплате оказанных услуг исполнено Ответчиком ненадлежащим образом, а именно... Согласно ст. 309, 310 и 408 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, а также иных правовых актов, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается, и только надлежащее исполнения прекращает обязательство. У ответчика не имелось оснований для нарушения обязательства по оплате оказанных ему услуг. Вместе с тем, обязательство по оплате услуг, оказанный в спорный период, исполнено Ответчиком ненадлежащим образом, в связи с чем указанная выше задолженность подлежит взысканию в судебном порядке».

Акцентирование темы долженствования, попытка оказать давление на ответчика (в вербальной форме) осуществляется здесь с помощью многократных повторов: ключевое слово обязательство в разных сочетаниях повторяется 7 раз, оборот надлежащим / ненадлежащим образом - 4 раза, оплата оказанных услуг - 3 раза. Выражение негодования, порицания неправомерных действий прослеживается также в устойчивом клише односторонний отказ. И, кстати, здесь мы уже видим не только изложение фактов и сути нарушений, но и собственную интерпретацию истцом описанных событий. Имелись или не имелись основания для отказа и пр. - это уже оценка произошедшего, собственное видение ситуации, где мы можем заметить все признаки критического дискурса.

Особенно ярко представлены разнообразные оценочные суждения в рекламационных письмах частных лиц по поводу неудовлетворительного качества приобретенных товаров, нарушений трудового законодательства по отношению к рядовым сотрудникам и пр. Здесь критическая оценка усиливается и приобретает особые краски еще и потому, что адресанты из-за отсутствия навыков составления делового письма допускают нарушения официально-делового стиля. «Когда я пришла получать дубленку из чистки, она полностью потеряла вид (вся в пятнах, разводах). Носить такую дубленку абсолютно невозможно» - разговорная лексика, сниженный стиль усиливают эмоциональноэкспрессивную окраску изложения, придают ей бытовой характер. В другом примере - «меня шантажировали, заставили потратить много времени, лишили заработка за 19 дней...» - можно наблюдать выражение критической оценки в крайне категоричной, безапелляционной форме (здесь в глаголах присутствует обличительная семантика), что в целом также нарушает требование нейтральности, сухости официального стиля.

Хотелось бы отметить также, что многие нейтральные на первый взгляд формы приобретают в письмах-претензиях оценочные коннотации, как, к примеру, в следующем фрагменте:

«При ближайшем ознакомлении с товаром мною было принято решение отказаться от покупки. Правила продажи товаров дистанционным способом и статья 26.1 ЗоЗПП предоставляют потребителю право на возврат товара без объяснения причин - "процесс охлаждения к покупке "».

С точки зрения нейтральности языковых средств целесообразно было бы использовать выражение «при приемке товара», но оборот «ближайшее ознакомление с товаром» не просто констатирует факт, а иллюстрирует картину происходящего, показывает процесс восприятия и неудовлетворенность потребителя. За выражением «процесс охлаждения к покупке» также можно увидеть дополнительные эмоциональные коннотации - это сдержанное проявление разочарования, недовольства, а возможно, и обиды.

Все это штрихи, нюансы, но они, на наш взгляд, составляют общую картину - элементы оценочного дискурса в той или иной степени проникают в жанр рекламации. Причем огромную роль во всех этих случаях играют ситуативные факторы. Значение многих слов и выражений трансформируется под влиянием обстоятельств (как правило, конфликтных, спорных ситуаций). Так, слово добровольный вне конкретного текста несет в себе вполне положительный смысл, но в претензии (предлагаем добровольно / или в добровольном порядке исполнить принятые на себя обязательства) подобные обороты превращаются в скрытую угрозу, прослеживается намек на негативные последствия.

Безусловно, все претензии, как правило, имеют основания, сопровождаются доказательной базой, но помимо упоминания фактов, констатации противоправных действий, изложение сопровождается и оценочными смыслами. Так, довольно часто в текстах встречается сочетание «пользование чужими денежными средствами», где вместе с обозначением факта правонарушения в завуалированной форме присутствует и критическая оценка: чужими в нашем сознании ассоциируется с нечестными способами, воровством, общественно порицаемым деянием.

Особого внимания заслуживают разнообразные формы изложения содержания санкций.

Здесь мы можем видеть в рекламационных посланиях чрезвычайно разнообразный спектр всевозможных угроз - от скрытых намеков, вежливых и подчеркнуто учтивых предупреждений до самых жестких требований вплоть до угроз насильственного характера:

«Мы рассчитываем на ваше понимание и готовность устранить недостатки...; если мы не сможем достичь взаимопонимания по порядку урегулирования вопроса...; в случае оставления данного предупреждения без рассмотрения...; в случае уклонения от принятия мер...; в случае игнорирования нашш требований... ».

Везде мы видим акцентирование в тексте каузативных отношений, а далее в обязательном порядке указываются санкции:

«Мы должны будем поставить вопрос о целесообразности продолжения деловых контактов...; мы будем вынуждены пересмотреть условия сотрудничества...; мы должны предупредить о наступлении нежелательных последствий...; мы будем считать себя свободными от исполнения обязательств...; мы вынуждены возвратить товар с отнесением всех расходов на ваш счет...; мы обратимся в Госарбитраж, передадим дело в суд...; будем требовать взыскания задолженности в принудительном порядке» и т.д.

Как можно заметить, здесь степень выраженности негативной оценки представлена в порядке нарастания и нагнетания угрожающих последствий. Намерения обвинителя во всех этих случаях очевидны: побудить противоположную сторону к выполнению обязательств и в то же время не осложнять, не затягивать дело, не доводить до вмешательства правоохранительных органов.

Таким образом, мы видим, что оценочный дискурс (а точнее критическая его составляющая) представлен в рекламационных посланиях чрезвычайно широко: это и различные оттенки проявления эмоций, и дифференциация степени выраженности критической оценки. Наверное, представленные здесь примеры носят бессистемный характер. Данный материал, скорее, дает возможность проиллюстрировать специфику оценочности в рекламационных жанрах. А систематизация - дело будущих исследований. Но для нас было важно подойти к методическому аспекту проблемы. Анализ оценочных высказываний в представленных образцах убедительно доказывает, что квалифицированный юрист должен обладать навыками экспертной оценки рекламационных жанров (в том числе и их объективной лингвистической интерпретации), чтобы уметь грамотно разграничивать информацию и форму ее представления в письме, разграничивать объективные факты и языковые приемы, призванные воздействовать на обвиняемую сторону.

В этой связи весьма интересной кажется нам подход Т.В. Анисимовой: «Важной особенностью обвинения является то, что претензии к противной стороне предъявляются не от себя лично, а от имени общества, то есть критерии оценки записаны и приняты в тех или иных документах и обязательны для всех членов общества. Отметим, что если обвинение произносится по поводу общественно опасного деяния, то осуждение основывается на морально-нравственных предпочтениях» [1, с. 55]. Задача эксперта в случаях рассмотрения текста претензии - уметь отделить объективные аргументы и доказанные факты (это реальное обвинение, за которое ответчик должен понести наказание) и разнообразные оценочные высказывания, демонстрирующие осуждение, общественное порицание и пр. Последнее не касается «буквы закона».

Конечно же, в действительности очень трудно отделить одно от другого, потому что все соединено в едином контексте. Однако решение, окончательный вердикт какой бы то ни было судебной инстанции должен быть беспристрастным, а значит, оценочные факторы, оказывающие влияние на выводы эксперта, должны быть минимизированы. И эта важнейшая компетенция должна быть сформирована уже при обучении будущих юристов в области гражданского права.

Список литературы

Анисимова Т.В. Некоторые принципы разграничения риторических жанров // Вестник ВолГУ. Сер. 2. Вып. 4. 2005. С. 54-57.

Каразия Н.А. Лингвопрагматическое исследование конфликтного дискурса// Вестник КРАУНЦ. Гуманитарные науки. 2006. № 2. С. 72-88.

Кара-Мурза Е.С. Коммуникативные парадигмы «директивы» и «эвалюа- тивы» как признаки речевых преступлений и как обучающие единицы лнгвокон- фликтологии//Юрислингвистика. 2010. № 10. С. 221-236.

Пугачева О.В. Коммуникативная полярность речевых актов упрека и са- мопохвалы и средства их экспликации // Вестник ВолГУ. Сер. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2008. № 3. С. 134-139.

Серегина О.Л., Филимонова Н.Ю. Синтаксическая и языковая структура искового заявления как юридического документа // Вестник ВолГУ. Сер. 5. Юриспруденция. 2011. № 1 (14). С. 138-142.








МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ