СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


ДИАХРОННОЕ ОПИСАНИЕ ЮРИДИЧЕСКОЙ КЛИНИКИ КАК ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ТЕХНОЛОГИИ (современное осмысление наследия профессора Д.И. Мейера)


Доброхотова Е.Н.

директор Юридической клиники Санкт-Петербургского государственного университета,

к.ю.н., доцент

Подготовка к профессиональной деятельности невозможна без практической части образования. Сейчас это кажется аксиомой, однако высшей юридической школе выпало пройти многовековой путь от исключительно теоретического наполнения юридического образования до развития в нем гармонично сочетающихся разнообразных форм занятий как теоретического, так и практического содержания. Особое место в системе современной подготовки юристов занимает теперь юридическая клиника, обеспечивающая практическим методом более глубокое освоение теории.

Тот или иной способ сочетания в образовательной программе форм

учебных занятий, с присущими им средствами педагогического воздействия, а также учебной направленностью каждого из них и всей их совокупности на тот или иной образовательный результат, следует понимать как образовательную технологию.

Образовательная технология по отношению к результатам обучения всегда носит обеспечивающий и системный характер: одни её элементы обусловлены наличием других и, в свою очередь, обусловливают появление и функционирование третьих, все вместе они позволяют достичь целостности результата обучения. Таким образом, образовательная технология представляет собой педагогическую функциональную систему, состоящую из средств педагогического воздействия обучающего на обучающихся и обусловленную, с одной стороны, содержанием обучения, с другой, желаемыми результатами обучения. То есть образовательная технология есть методология обучения.

Впервые в контексте методологии университетского юридического образования юридическая клиника предстала в 1855 году в работе проф. Д(и)митрия Ивановича Мейера «О значении практики в системе современного юридического образования».

За 20 лет до выхода в печать названной работы в России был принят новый университетский устав (сменив устав 1804 г.). Юридическое

образование на его основе перешло в самостоятельный профиль. По предыдущему уставу юристов готовили в отделениях нравственно-политических наук. Поскольку юридическое образование понималось как одно из направлений нравственно-политических наук, постольку его содержанием были по преимуществу философские науки, и любые его предметы преподавались только в лекционных формах. Практических занятий не проводилось: и профессора не практиковали, и в университете практика не находила места ни в целях, ни в содержании, ни в видах занятий.

С уставом 1835 года не только подразделения, готовящие юристов, изменили свой статус, став юридическими факультетами, но и появилась собственно образовательная программа как система специализированных дисциплин. В её структуру вошло и системное законоведение, и догматика юриспруденции, появились отраслевые юридические дисциплины, предметом которых стало изучение соответствующих законов.

Эти изменения в российском юридическом образовании были созвучны общему направлению развития юриспруденции в XIX веке. Тогда изучение права стало сосредоточиваться на изучении национального законодательства. Европейское правоведение вследствие этого стало превращаться в легалистику, отдаляясь от вненациональных ценностей права как социального феномена (принципов, методологий, стилей), отождест- • вляясь с системой официальных установлений. Российское правоведе- И ние, как известно, формировалось под значительным влиянием германской школы и при непосредственном участии германских специалистов. Европейская школа сделала ставку на теоретиков - энциклопедистов. Универсальность и глубина их теоретической подготовки оставляли ничтожно малое место формированию практических навыков.

Надо заметить, что ко времени реформ в университетской системе в отделенниях нравственно-политических наук готовили лишь небольшую часть юристов. В основном, их готовили в училищах правоведения, где направленность и содержание их образования носили канцелярско- исполнительский характер, не имея под собой фундаментальной теоретической основы. И практика как часть подготовки носила характер либо обзорных экскурсий, либо предусматривала оказание студентами технической помощи юристам-практикам.

То есть университетская реформа должна была поднять юридическое образование на более высокий уровень, обеспечить его фундаментальность, широту и историческую перспективу. Но при этом возникала угроза полного отрыва университеской подготовки от практической стороны изучаемого предмета. Поэтому в середине XIX столетия проф.

Мейер, поддерживая университетские реформы, формулирует идею необходимости специального и основательного приспособления будущего юриста к направлениям предстоящей ему профессиональной деятельности, как это возможно только в высшей школе, и пишет о губительности разрыва правовой теории и практики. Д.И. Мейер писал: «.Смело можно сказать, что при устранении практической стороны в образовании юридическом самая обширная и стройная чисто теоретическая система обращается в великолепную фантасмагорию, которая именно тем опаснее для дела цивилизации, чем величавее размеры системы, ибо, с одной стороны, кажется, что всё сделано, чтобы просветить будущего юриста и создать из него орудие правосудия, деятельного вещателя непреложных юридических истин; с другой стороны усматривается, что все умственные и нравственные сокровища, которыми щедрой рукой наградила его наука, напутствуя на практическое поприще, на первых же порах рассыпаются, и новобранец-практик остается разве при нескольких громких фразах, при довольно высоком мнении о себе и довольно низком - о других, и вынужден за самым скудным руководством и поучением обращаться к пошлой рутине и скрепя сердце принимать от неё милостыню.».

Ценность работы Д.И. Мейера в том, что в ней в системном виде была

представлена общая методология подготовки юристов в университетах: И как сочетание теоретических и практических форм занятий по основным группам дисциплин. В её рамках была описана и особая частная методология, играющая синтезирующую роль во всей системе подготовки и потому применяемая на завершающем её этапе. Эта частная методология с её особой ролью и местом в юридическом образовании была столь ещё не привычна, что терминологически Д.И. Мейер её обозначил как «нечто вроде юридической клиники».

В плане общей методологии Д.И. Мейер выделил три направления профессионального служения, к любому из которых должен подготовить будущих юристов университет: «.служитель законодательной власти - в постоянном её стремлении приноровлять свои определения к развитию и потребностям общества; орудие власти судебной, призванной применять юридические начала непосредственно к самой жизни, постановлять о нарушенных правах; представитель граждан, о правах которых, собственно идет речь.». «.Во всех трех случаях требуется со стороны юри- ста-практика ясное сознание юридических начал, которыми управляется общественный быт,. утонченное изощрение духа, употребление самых точных технических приемов.», точность выбора и успех применения

которых зависит и от знания о них, и от осознания их сообразности виду деятельности, её назначению, характеру исполняемых служебных действий и характеру подлежащего разрешению случая, - здесь, думается, наиважнейшее положение из сформулированных в цитируемой работе, поскольку оно прямо и недвусмысленно определяет, с одной стороны, необходимость точного знания юристом всех «технических приемов» (то есть скажем - профессионального ремесла), с другой, степень их влияния на высоту профессионализма юриста с университетским образованием: поскольку без них невозможно провести в жизнь «высокие юридические начала» и проявить в деле «утонченное изощрение духа».

Можно сказать, что юридическая теория без «технического приема», или без практического навыка, что клад, зарытый в землю в забытом месте.

Постановка перед профессорами-теоретиками педагогической задачи по формированию практической оснащенности будущих юристов наряду с их теоретической оснащенностью требовала, как это ни парадоксально на первый взгляд может показаться, теоретических осмыслений, обоснований, педагогически выверенных методологических подходов. Профессор Д.И. Мейер в целях понимания самого процесса практического обучения разделил понятия «профессиональная практика» и «учебная • практика». Определений им не было сформулировано, однако из текста И работы, очевидно, что они различаются как предмет и форма (метод) изучения профессиональной деятельности, соответственно.

В условиях современной системы высшего юридического образования современных позиций можно дать следующее определение профессиональной практики: С точки зрения методологии профессионального обучения профессиональная практика - понятие, которым обозначается деятельность на профессиональном поприще, и которое с точки зрения системы образования представляет собой его конечную цель, или учебный результат подготовки. То есть профессиональная практика лежит вне системы образования, являясь целью всего обучения.

Учебная же практика - составляет одну из частей, и в то же время одну из форм образовательной подготовки.

Как часть подготовки она может выступать учебной дисциплиной, предметом которой является деятельность юриста в единстве содержания её видов и приемов выполнения, выбираемых в последовательности и в тех сочетаниях, которые должны обеспечивать успех выполняемой юристом работы.

Как форма подготовки, она предстает в особых видах учебных (практических) занятий, методически подготовленных преподавателем

и осуществляемых им в создаваемых в учебной аудитории «производственных» условиях, где студенты, учатся совершать практические профессиональные действия.

Итак, учебную практику можно определить как часть учебного (образовательного процесса), предметом которой выступает профессиональная практика, и как форму учебного процесса, для которой профессиональная практика является содержанием занятий. Учебная практика как форма учебных занятий представляет собой определенным образом выстроенную цепочку упражнений и заданий, связанных методически в процесс обучения, приводящий к заранее задуманному результату - усвоению навыков применения теории к случаям, свойственным конкретному виду профессиональной деятельности. Таким образом, как форма занятий учебная практика представляет собой динамический процесс активной учебной деятельности, организованный преподавателем и управляемый им в целях обеспечения результата - эффективного применения теоретических знаний к практическим случаям.

«.Так как каждая из юридических наук должна получить применение в действительности, то и учебная практика должна относиться к каждой из них.», - развивает свою методическую идею профессора Д.И. Мейер

Затем он предлагает разработки видов практических упражнений сооб- И разно направлениям деятельности и предметам законоведения в университете, показывая, как знание теории и «технические приемы» совместно приводят к разрешению конкретных случаев из (1) гражданско-правовой, (2) уголовно-правовой и (3) государственной, или канцелярской практи- ки. Отметим эту часть практических занятий как - первый, дисциплинарный, уровень практической части подготовки юристов в общей образовательной технологии, описанной проф. Д.И. Мейером.

По каждому направлению деятельности (например, судебной или следственной) упражнения были разработаны и по стадиям соответствующего производства, с тем, чтобы «.с окончанием этих занятий можно допустить, что учащимися усвоены существеннейшие приемы для применения отдельных частей права к случаям действительности.».

Такую методику изучения практической юриспруденции как процесса профессиональной практики отдельного юриста обозначим, как активно-динамическую (или процессно-функциональную). Ей должна предшествовать статическая методика, обеспечивающая системное формирование представлений об институциях (органах, организациях), которые должны осуществлять деятельность по реализации права как

объективного феномена и о нормах, которые они должны исполнять, но кроме того - и о практических приемах и навыках, как о наборе инструментальных средств, позволяющих этим институциям выполнить свои задачи. Постижение системы практических приемов можно осуществить в статическом подходе, при котором преподаватель описывает приемы и навыки в системном виде и передает знание о них словесным способом. Но лучше прочитанного или услышанного о навыках - навыки, опробованные в собственной деятельности. Поэтому статическая методика «призывает» себе на помощь активно-динамическую методику на этапе ознакомления студентов с перечнями практических приемов.

И профессором Д.И. Мейером для второго уровня практического обучения, «для синтеза всех знаний и умений», «для довершения юридического образования,.чтобы приучить учащегося держать в распоряжении весь запас сведений юридических как вещественных, так и формальных» предлагались особые, «двоякого рода» занятия.

Первое - «.юриспруденция в лицах, драматизирование юридических случаев, делу дается ход с надлежащими сокращениями и в несравненно теснейшей раме времени, как резюме прежних упражнений.». Д.И. Мейер упоминает в связи с этим описанием методологическую ошибку, допущенную проф. Московского университета Сандуновым, пытавшимся • выставить такое упражнение заменой или способом изучения самой на- И уки права. Ошибка в том, что теория таким образом попирается практикой «вместо того, чтобы её (теорию - ЕНД) объединить с рациональною практикою».

Второе из «особых» занятий - «.нечто в роде юридической клиники.»: присутствие при юридических консультациях и посредническом разбирательстве и в некоторой мере участие в них. Профессор Мейер указывает, что к занятиям в клинике может быть допущен студент, изучивший теорию и подготовленный практическими занятиями к её применению. Практика в клинике не должна доходить до ходатайства по делу, «несовместного с назначением учебного учреждения, почему строго исключаются всякие сношения с присутственными местами, как личные, так и письменные, и действия, основанные на верящих письмах». Участие в посредническом разбирательстве «ещё гораздо поучительнее консультации, так как выслушиваются обе стороны».

Профессор Мейер так определяет место и значение клиники как учебной формы практики в общем процессе образования будущего юриста:

«.Здесь студент «постигает всю важность юридического образования, усматривает на деле, какое значение имеют интересы, к обережению которых его призывает жизнь, как необходимы достойное к тому приготовление и постоянное усилие к выполнению оставшихся или могущих образоваться пробелов.».

Клиника обеспечивает восполнение и углубленное постижение изученной теории, в этом - и её назначение, и обоснованность присутствия в университетском образовании.

Д.И. Мейер, описывая «устройство клиники», сформулировал границы проводимой в ней юридической практики, диктуемые её учебным характером, а также обозначил принципы и средства педагогического процесса: бедные люди, нуждающиеся в советах и помощи, обращаются к заведующему практикой, в присутствии учеников сообщают свой случай, который подвергается обсуждению (профессора с учениками), результатом которого является одобряемое наставником указание, и (по желанию гражданина) составляемая безвозмездно бумага: прошение, объяснение, докладная записка, проект акта. Если гражданину нужно будет приходить в клинику впоследствии, его дело может быть поручено одному из практикантов, «так что у каждого из них окажется по одному делу или по не

скольку, под руководством, разумеется и ответственностью наставника». И Таким образом, на завершающем этапе обучения юристов им предложена особая учебная форма, в которой от изначально небольшого участия к все более полному самостоятельному ведению им поручаются реальные дела. Студенты дают бесплатно бедным людям консультации, указания и составляют юридические документы. Во всех случаях осуществляется руководство преподавателя университета - опытного в практических делах наставника. В этом - система педагогических приемов: постепенный переход самостоятельности от преподавателя к студенту, их сотрудничество, постоянный педагогический контроль в особых формах - клинических разборов, или супервизий, позволяющих преподавателю произвести корректировку выучки студента, и подстраховать само дело от неверных действий начинающего юриста.

Характерными для клиники и новыми для процесса университетского обучения студентов формами учебного взаимодействия являются: обсуждения клинических (живых, находящихся в процессе текущего разрешения) случаев в группе, индивидуальные их обсуждения с «личным» наставником, получение его одобрения на совершение любых практических действий. Из схемы диахронного общения, свойственного знание- вой парадигме обучения: передаче знаний словесным методом и последующего контроля их усвоения тем же словесным методом, профессор

и студент вступают в синхронное взаимодействие для разрешения конкретного юридического дела выступающее особым когнитивным способом постижения самого права в единстве его содержательных компонентов: ценностей, догматики, легалистики, практики.

В дальнейшем, вплоть до начала XX века клиническая форма всячески одобрялась в публикациях, отмечалась и роль клиник как средства борьбы с подпольной адвокатурой, описывался опыт её использования в различных университетах, но широкого внедрения и институционализации клиники в юридическом образовании тогда не произошло. Клиническая инновация в образование требовала от профессуры одновременно глубины научных познаний и широты практических умений, которые соединяясь в педагогической системе могли бы обеспечивать полноту профессиональной подготовки юристов, чего в общем своем плане отечественная высшая школа обеспечить не могла. В 1902 году было официально установлено, что практические занятия в высших учебных заведениях «не должны носить прикладного характера». Поэтому клиника как форма обучения юристов в России была предана забвению почти на 100 лет.

Юридические клиники вернулись в Россию в 90-е годы XX века как трансляция опыта ряда стран Европы, но, особенно, - опыта юридических школ Соединенных Штатов Америки. Судя по ряду источников, • исторически первый опыт клинической подготовки и практики юристов И принадлежит Европе. Но, как было показано выше в настоящей работе, концептуальные организационные, методологические и, главным образом, педагогические основы юридической клиники как образовательной технологии были теоретически оформлены в России Д.И. Мейером в середине XIX века. А во второй половине XX века детальная разработка представлений о методе (системе специальных приемов, средств) и предмете (содержанию профессиональной деятельности юриста) клинического обучения уже совершалась Высшими юридическими школами США, и в этом им по праву принадлежит заслуга развития клинической технологии обучения юристов. Только следует заметить, что американская школа при использовании клинической образовательной технологии не преследует учебной задачи углубления теоретических знаний, ограничиваясь

постановкой задачи формирования исключительно профессиональных навыков. Зачастую можно услышать от представителей современной системы американского образования, что клиника позволяет «натаскивать студентов на случаи из практики». Это обусловлено особенностями правовой системы США, определившей противополагание американской и европейской школами в оценке того, что есть юриспруденция - область науки или область общественно значимой практики. Для американской системы право - это, прежде всего опыт, и лишь во вторую очередь, - его осмысление и систематизация.

По этим причинам восприятие в России клинической формы подготовки юристов из опыта США происходило не столько как образовательной технологии, сколько как социального проекта по вовлечению студентов в практику оказания бесплатной юридической помощи малоимущим, мигрантам, иным субъектам, не находящим отклика на свои запросы у представителей профессионального сообщества.

Это оказалось возможным, поскольку российский системный кризис 90-х годов обозначил ряд социально значимых проблем, для решений которых клиника оказалась одним из удачных инструментов их сглаживания или разрешения.

Стремительное построение основ рыночной экономики, бурное приИ растание законодательства и его либерализация, быстрое и значительное социальное расслоение, привели к разрыву между структурой спроса на юридическую помощь и структурой её предложения, как по содержанию вопросов, так и по цене её предоставления. Платные юридические услуги по возросшей на них цене многим оказывались «не по карману», а их права попирались набирающими силы представителями нового общества. Результатом этого стало снижение роли (и ценности) права в разрешении конфликтов, возросших численно по причинам «непонятности» новых законов и недоступности для значительной доли граждан юридической помощи. Обесценивание права, или правовой нигилизм представляет серьезную угрозу развитию общества, поскольку право - универсальный механизм управления обществом.

В 90-е годы в условиях расширенного производства юридических кадров на юридическом рынке появились «вольные» юристы, оказывающие юридические услуги вне рамок каких-либо профессиональных образований, без регистрации своей деятельности, то есть в обход официальных форм осуществления профессиональной деятельности. Абсурдность такого положения: юрист («законник»), действующий нелегально (незаконно), в условиях разрастающегося недоверия к праву, воспринимается не так остро. Но по своей сути это явление следует расценить как

ещё один из индикаторов правового нигилизма - но уже в среде самих юристов.

Государство осознает как важнейшую задачу - борьбу с правовым нигилизмом, одним из средств которой является широкое распространение правовых знаний нового содержания, правовое воспитание. Главным действующим лицом в деле правового воспитания должна была выступить система образования в целом, а юридическому образованию предназначалась особая роль - формирование надлежащей профессиональной правовой культуры у обучающихся и правовое просвещение представителей различных групп населения. Для решения этих задач нужны дополнительные людские ресурсы, которых у высшей школы не было. Идея совмещения решения социальных проблем с процессом обучения и воспитания будущих юристов при помощи юридических клиник, оправдавшая себя в других странах, столкнувшихся с теми же проблемами, нашла своих сторонников. Студенты, при условии их обученности выполнению социально-значимых задач профессиональными юридическими средствами, создавали искомый ресурс для разрешения указанных задач.

Возрождение клиники в системе юридического образования оказалось созвучным и процессам глобализации экономики с необходимостью соответствующей гармонизации систем профессионального образования • разных стран. Кадры для мировой экономики понадобилось готовить И по сопоставимым требованиям к выпускникам, при этом быстрее и качественнее. Сокращение периода обучения в высшей школе с привычных для России пяти лет до четырех поставило под угрозу качество подготовки, под которой ранее понимали глубину и широту обретаемых знаний, по преимуществу теоретического характера. «Покупка» специалиста в экономике конца XX века уже не могла производиться «вслепую» с надеждой на наличие у него только «багажа знаний», без гарантий качества его подготовки к самостоятельной работе. Поэтому система образования от знаниевой парадигмы педагогики перешла к компетентностно- ориентированной, в которую юридическая клиника встраивается весьма органично.

Компетентностно-ориентированная модель образования переместила центр тяжести в подготовке новых кадров с процесса обучения на его результаты, формулируемые как профессиональные компетенции - сплав, или синтез личных способностей, установок с теоретическими знаниями и профессиональными умениями или навыками. Профессиональные компетенции в современной системе образования - это своего рода обязательства образовательных организаций перед обучающимися, потенциальными работодателями, перед государством. Обязательства должны выполняться с возможностью осуществления контроля их выполненности. Нужны индикаторы и механизмы проверки достижения запланированных учебных результатов. Юридическая клиника, как технология, объединяющая в себе и учебный процесс, и контроль его результатов в практической деятельности, в этих условиях стала механизмом и гарантирования, и проверки выполнения обязательств образовательных организаций по подготовке профессионалов с надлежащими компетенциями.

Надо заметить, что и контроль качества подготовки при помощи юридической клиники как образовательной технологии отличается особенностями. Он выполняется в системе - и учебным заведением в целом, и каждым конкретным преподавателем в отношении каждого порученного ему студента-практиканта, и клиентом (гражданином), получившим юридическую помощь, а после принятия в 2011 году Федерального закона Российской Федерации от 21.11.2011 № Б24-ФЗ «О бесплатной юридической помощи», наделившим клиники официальным статусом участников национальной системы бесплатной юридической помощи,

и государством.

И Таким образом, юридическая клиника, будучи образовательной технологией, обеспечивающей сочетание глубины теоретической и практической подготовки, позволяет решать в единстве задачи государственной политики, как в области образования, так и в области воздействия на правовую культуру граждан, а также и в особой области - бесплатной юридической помощи. Именно потому, что решение социальных задач обусловлено содержанием и методикой образовательной технологии, учебную роль клиники следует считать ведущей, основополагающей, а социальную - производной.








МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ