СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


Соотношение режима персональных данных и принципа состязательности в гражданском процессе


Колмыков И.П.

студент юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета

Научный руководитель Шварц М.З.

доцент кафедры гражданского процесса Санкт-Петербургского государственного университета,

к.ю.н., доцент

В 2006 году были приняты и вступили в силу Федеральный закон Российской Федерации от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее - ФЗ РФ «О персональных данных») и Федеральный закон Российской Федерации от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее - ФЗ РФ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»), которые заложили основы правового регулирования общественных отношений • по обороту и защите персональных данных. Согласно п. 2 ст. 5 ФЗ РФ II «Об информации, информационных технологиях и о защите информа- * ции» информация в зависимости от категории доступа к ней подразделяется на общедоступную информацию, а также на информацию, доступ к которой ограничен Федеральными законами. В ст. 3 ФЗ РФ «О персональных данных» указывается, что под персональными данными следует понимать любую информацию, относящуюся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу.

В связи с принятием указанных Федеральных законов возникла проблема соотношения их нормативных положений с нормативными положениями иных правовых актов, в частности, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ). Общеизвестно, что заинтересованное лицо, желающее обратиться в суд, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается; очевидно, что доказывать обстоятельства в суде необходимо посредством предоставления

доказательств. Принцип состязательности как основополагающая идея, провозглашенный не только в ГПК РФ, но и на уровне Конституции Российской Федерации (далее - Конституция РФ), предполагает возможность сторонам в гражданском процессе непосредственно работать с доказательствами: собирать доказательства, исследовать их, предоставлять суду для подтверждения собственной позиции или опровержения позиции оппонента (Принцип состязательности призван обеспечить полноту представления фактического и доказательственного материала, необходимого для полного и правильного рассмотрения и разрешения гражданских дел, а также детальное и всестороннее исследование обстоятельств гражданских дел). С другой стороны, существует определенная информация, которая имеет соответствующий режим, и эта информация является недоступной для физических и юридических лиц, их представителей, поскольку режим персональных данных обеспечивает ее защиту от постороннего вмешательства.

В этой связи возникает следующая проблема: является ли соотношение принципа состязательности и режима персональных данных конфликтом или режим персональных данных представляет собой неотъемлемую часть демократического состязательного гражданского процесса,

позволяющего обеспечить и защитить права и свободы человека? Кроме И того, следует признать, что указанный вопрос является неисследованным в современной доктрине. В основном, обсуждается проблема исполнения адвокатских запросов. К тому же, данные работы приобретают характер цитирования законодательства об адвокатуре, сопровождаемого судебной практикой.

Представляется необходимым проанализировать некоторые судебные решения, затрагивающие соответствующую проблему. Так, в 2010 году Верховным Судом Российской Федерации было рассмотрено т.н. дело адвоката Молдованова В.В. Для квалифицированного оказания юридической помощи адвокатом был направлен запрос в миграционную службу о предоставлении адресных данных на ответчика по иску. Однако миграционная служба отказала в предоставлении информации, ссылаясь на то, что данная информация является персональными данными, и адвокат не имеет доступа к ней. Молдованов В.В. обжаловал действия сотрудников УФМС, указывая, что нормы законодательства об адвокатуре, предполагающие возможность оказания квалифицированной юридической помощи гражданам, имеют приоритет перед нормами законодательства о персональных данных. Судом первой инстанции требования адвоката были удовлетворены, данный вывод поддержала судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан. Однако дело поступило по надзорной жалобе миграционной службы в Верховный Суд Российской Федерации, который отменил все ранее вынесенные решения и отказал в удовлетворении первоначальных требований адвоката. Верховный Суд Российской Федерации мотивировал свою позицию тем, что право адвоката собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, и обязанность соответствующего органа предоставить такую информацию не распространяются на установленные законом конфиденциальные сведения.

Кроме того, в Обзоре судебной практики Верховного суда Российской Федерации за третий квартал 2005 года от 23 ноября 2005 г. на вопрос: «Могут ли быть предоставлены мировому судье, адвокату, депутату сведения, составляющие врачебную тайну?» Верховным Судом Российской Федерации был дан формальный ответ: «.Так как в действующем законодательстве адвокат и депутат не названы в числе субъектов, которым могут быть предоставлены сведения, составляющие врачебную тайну, указанная информация им предоставлена быть не может.».

Волжский городской суд Волгоградской области, рассматривая в 2012 году дело по иску адвоката о признании незаконным отказа меди- • цинской организации предоставить сведения о группе крови определён- И ного лица, отказал в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на то, что данная информация представляет собой сведения, составляющие врачебную тайну, а «... адвокаты не входят в перечень лиц, которым допускается предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя».

Анализируя указанные судебные решения, неизбежно возникает вопрос: российская судебная практика ориентирует на то, чтобы представители рекомендовали своим доверителям подавать заведомо (но объективно) необоснованные иски ввиду отсутствия информации, необходимой для обоснования позиции, а уже в судебном заседании ходатайствовали об истребовании доказательств? Но если суд откажет в данной помощи, посчитав ходатайство неубедительным, истец рискует проиграть дело (так как не получит доказательств в обоснование своей позиции), понесет все судебные расходы (ст. 98 ГПК РФ).

Кроме того, примечательным является дело Реутовского городского суда Московской области, которое имеет отношение к обсуждаемой проблематике. Суть дела состояла в том, что истец заключила соглашение об оказании юридической помощи с адвокатом для получения необходимой информации от акционерного общества (относительно ввода в эксплуатацию многоэтажных домов). Согласно постановлению Главы г. Реутов сын истца включён в список лиц, имеющих право на внеочередное предоставление жилых помещений по договору социального найма. Требуемая адвокатом информация была необходима для защиты прав нуждающегося в жилье сына (как изменилось положение в списках на получение квартиры, не нарушено ли его право). Адвокат составил запрос и неоднократно направлял в адрес общества, однако какого-либо ответа получено не было. Истец, полагая, что нарушено её право, обратилась с иском к акционерному обществу, которое не предоставило указанную информацию. Однако ответчик ссылался на то, что запрашиваемые сведения относятся к коммерческой тайне, а адвокат не является лицом, по запросу которого общество вправе предоставлять информацию, составляющую коммерческую тайну. Суд отказал в удовлетворении требований. При этом, мотивируя свое решение, отметил следующее: «... судеб

ная защита прав истца или его адвоката на получение информации для И осуществления профессиональной деятельности последнего в интересах доверителя не может осуществляться безотносительно к субъективному личному неимущественному праву доверителя - истца, поскольку сам по себе адвокатский статус не дает лицу, им обладающему, никаких дополнительных прав на получение информации, которые есть у акционера». Кроме того, отказывая в удовлетворении иска, суд указал: « . предусмотренный... порядок предоставления информации, составляющей коммерческую тайну ее обладателями не препятствует участникам судопроизводства на основе конституционного принципа состязательности и равноправия сторон реализовать свое право на защиту всеми способами, не запрещенными законом, в том числе путем заявления ходатайств об истребовании этой информации судом».

Данный вывод суда вызывает некоторые вопросы. Причем, фраза аналогичного содержания присутствует и в некоторых решениях Конституционного Суда Российской Федерации. Действительно, ч. 1 ст. 57

ГПК РФ устанавливает при наличии определенных обстоятельств обязанность суда оказать содействие сторонам в собирании и истребовании доказательств. Однако представляется, что возможность истребования доказательств судом для сторон является исключением из принципа состязательности. Принцип состязательности в «чистом» виде предполагает противоборство сторон, а суд занимает исключительно пассивную позицию. Именно стороны самостоятельно должны иметь доступ к информации, которая в последующем станет доказательством в суде. Возможность обращения к суду за помощью - это проявление следственно-сти в рамках состязательного гражданского процесса. Поэтому ссылаться на конституционный принцип состязательности в обоснование того, что стороны могут обратиться к суду с ходатайством об оказании помощи - это высшей степени оксюморон!

Однако судебная практика по данному вопросу складывается неоднозначно, и представляется необходимым рассмотреть примеры, когда суды допускают предоставление персональных данных для целей доказывания в гражданском процессе. Речь идет, среди прочего, о решении Московского городского суда. Гражданка обратилась в суд с иском о признании действий по передаче персональных данных третьим лицам незаконными. Обосновывала свои требования тем, что в рамках гражданского дела • с ее бывшим супругом о расторжении брака и взыскании алиментов ад- И вокатом, представлявшим в процессе интересы этого супруга, были получены необходимые сведения из организации, в которой ранее работала истец. По мнению истца, бывший работодатель нарушил требования законодательства о персональных данных, передав их без согласия и судебного запроса не уполномоченным в установленном порядке третьим лицам. Судом первой инстанции в удовлетворении требований отказано, была подана апелляционная жалоба в Мосгорсуд. Суд апелляционной инстанции оставил решение суда первой инстанции в силе, обосновывая свой вывод тем, что предоставление ответчиком адвокату материалов соответствует положениям закона, так как обработка персональных данных истца осуществлялась в целях обеспечения права на представления доказательств по гражданскому делу. Продолжая аргументировать свою позицию, суд отмечает: «.затребованные сведения были предоставлены. по запросу адвоката, в связи с рассмотрением гражданского дела., что

предполагает обработку персональных данных с целью реализации права на представления доказательств по гражданскому делу». В итоге, суд констатировал, что права истца не были нарушены, решение суда первой инстанции осталось в силе.

Санкт-Петербургский городской суд рассматривал дело,связанное с тем, что истец обратилась с иском о взыскании с медицинской организации компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что данной организацией была незаконно разглашена информация, составляющая врачебную тайну - сведения были переданы в адвокатское бюро. Истец обратилась в клинику для оказания медицинских услуг, а позже обратилась с претензиями о возмещении ей убытков, причиненных некачественным оказанием этих услуг. На указанные претензии были даны ответы, подготовленные адвокатским бюро (именно поэтому адвокатское бюро и получило доступ к персональным данным истца). Суд первый инстанции отказал в удовлетворении требований, в апелляционной жалобе истец просил указанное решение отменить. Санкт-Петербургский городской суд оставил решение суда первой инстанции в силе, обосновывая тем, что законодатель предусматривает возможность передачи сведений, составляющих врачебную тайну, лицам, которым они стали известны

в связи с осуществлением профессиональной деятельности, однако зако- И нодатель запрещает разглашать указанные сведения третьим лицам. «... Передача сведений.указанному адвокатскому бюро, в рамках договора на оказание правовой помощи была допустима; признание иного привело бы к нарушению права на получение квалифицированной юридической помощи; при этом указанное адвокатское бюро не совершало действий, свидетельствующих о разглашении его членами сведений, составляющих врачебную тайну истца; получило такие сведения только от заказчика, использовало данные сведения только в целях формирования правовой позиции и давало ответ только самому истцу.».

На примере приведенных выше решений можно наблюдать те противоречия, которыми изобилует судебная практика: в одних случаях суды отказывают в предоставлении адвокатам персональных данных (в широком смысле), а в других случаях суды оправдывают предоставление этих сведений необходимостью использования в процессе доказывания. В ситуациях, когда невозможно найти четкого ответа в законе или

судебно-арбитражной практике, неизбежно обращение к вопросу о соотношении ценностей, где на одной чаше весов - состязательность со свойственным ей правом сторон непосредственно работать с доказательствами, на другой - защита частной жизни лица с присущим ей режимом персональных данных, охраняемой законом тайны.

Нахождение баланса ценностей, как правило, присуще международным судебным органам, где в большей степени проявляется дискреция для поиска справедливого решения. В связи с этим, следует обратиться к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция), а также к практике Европейского Суда по правам человека. В целом, Конвенция в редких случаях допускает ограничения прав человека в интересах правосудия. Речь идет о статье 6 Конвенции, позволяющей ограничить публичность судебного разбирательства в интересах право- судия, и статье 10 Конвенции, допускающей ограничение права свободно выражать свое мнение в интересах правосудия. Возможно ли ограничение прав человека при обработке его персональных данных в интересах правосудия?

Внимания заслуживает Постановление Европейского суда по правам человека от 24.02.1997 по делу «Де Хаэс (deHaes) и Гийселс (Gijsels) против Бельгии». Г-н Лео Де Хаэс (редактор еженедельника) и г-н ХугоГий- • селс (журналист еженедельника) опубликовали статьи, в которых крити- И ковали судей и адвоката за то, что они вынесли решение по семейному делу - оставить детей при отце г-не Х (нотариусе), несмотря на то, что жена, теща и тесть обвиняли г-на Х в инцесте и совращении детей. После судьи и адвокат предъявили иск, утверждая, что информация, опубликованная в еженедельнике, носила оскорбительный и диффамационный характер. В ходе судебного разбирательства в национальных судах ответчики (г-н Де Хаэс и г-н Гийселс) пытались добиться представления документов из досье бракоразводного процесса г-на Х, эти документы им нужны были для представления в суд в качестве обоснования своей позиции. Однако документы им предоставлены не были. В итоге, национальными судами были приняты решения в пользу истцов - судей и адвоката.

Рассматривая вопрос в части отказа заявителям в предоставлении документов из досье бракоразводного процесса г-на Х, Европейский Суд отмечает, что принцип равенства сторон требует, чтобы каждой из сторон была предоставлена разумная возможность представить свое дело в таких условиях, которые не ставят ее в существенно менее благоприятное положение в сравнении с оппонентом. Далее Европейский Суд подчеркивает, что «. судебное дело, возбужденное против заявителей. касалось единственно вопроса о том, имели ли в подобных обстоятельствах заявители право выражать свое мнение так, как они это сделали. Для того чтобы дать ответ на этот вопрос, нет необходимости изучать все судебное досье по делу г-на Х; важны только те документы, которые, вероятно, могли доказать или опровергнуть истинность утверждений журналистов». Подводя итог, Суд констатирует: «Окончательный отказ удовлетворить ходатайство поставил журналистов в существенно менее выгодное положение, чем истцов. Таким образом, имело место нарушение принципа равенства сторон».

Следует признать, что прямого ответа на поставленный в работе вопрос в законодательстве, правоприменительных решениях российских и международных судов найти не представляется возможным, однако,

анализируя соответствующую практику, следует все же признать прин- II ципиальную допустимость ограничения прав человека в интересах правосудия в широком смысле этого слова. Однако для того чтобы такое ограничение было обоснованным, нужно соблюдать определенные условия. Во-первых, следует согласиться с Европейским Судом, что зачастую не требуется изучать всю конфиденциальную информацию по тому или иному делу, необходимо ограничиться только теми сведениями, которые нужны для целей гражданского процесса. Во-вторых, как было верно отмечено в решении Санкт-Петербургского городского суда, речь идет об использовании персональных данных в целях осуществления профессиональной деятельности (например, адвокатской деятельности) либо же в целях подтверждения своей позиции или опровержения доводов оппонента без профессиональных участников процесса, то есть использование информации, которая составляет охраняемую законом тайну, имеет определенную легальную и общественно значимую цель - содействовать интересам правосудия. С этим условием неразрывно связан запрет на разглашение указанных сведений третьим лицам, запрет злоупотребления полученной информацией. Безусловно, нужно предупреждать лиц об ответственности за разглашение конфиденциальной информации,

за ее незаконное использование в своей деятельности, однако, как указывает Европейский Суд, в демократическом обществе необходимо предоставлять равные возможности сторонам обосновывать свою позицию по делу. А значит, правовой режим персональных данных не должен находиться в конфликте с принципом состязательности.

К сожалению, на сегодня приходится констатировать, что в законодательстве и практике не найден баланс интересов, происходит необоснованный отказ в предоставлении сведений, нужных для оказания юридической помощи по делу.

Небезынтересно, что указанные проблемы в судебной практике не остались незамеченными законодательными и исполнительными органами власти. В 2012 году был принят в первом чтении Государственной Думой Российский Федерации проект Федерального закона № 475386 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в котором предлагалось, в частности, пункт 2 статьи 857 Гражданского кодекса РФ после слов «должностным лицам» дополнить словами, «а также иным лицам». Статья 857 Гражданского кодекса Российский Федерации (далее - ГК РФ) определяет банковскую тайну; круг лиц, которые имеют доступ к сведе- • ниям, составляющим банковскую тайну. Возможно, что слова «а также И иным лицам» означают доступ в том числе адвокатов к данным сведениям, т.к. на данный момент адвокатов в списке лиц, имеющих право на доступ к данным сведениям, нет. Кроме того, подготовлен Министерством юстиции Российский Федерации, однако еще не внесен на рассмотрение Государственной Думы Российский Федерации, проект Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения права адвоката на сбор сведений, необходимых для оказания квалифицированной юридической помощи».

В пояснительной записке к данному Проекту отмечается, что Проектом Федерального закона предлагается включить в перечень лиц, имеющих право на получение информации, составляющей коммерческую, банковскую, налоговую, врачебную и иную тайны, адвокатов, а также распространить на них порядок предоставления указанных сведений. Остается надеяться, что подготовленные изменения будут приняты Государственной Думой Российской Федерации, а после - законодательство повлияет на развитие судебной практики, направив ее в нужное русло.








МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ