СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


Новое понимание акцессорности в свете изменений статьи 329 гк рф


Бахов А.А.

студент юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета

Научный руководитель Новиков А.А.

доцент кафедры гражданского права Санкт-Петербургского государственного университета,

к.ю.н.

Динамичное развитие гражданского оборота в начале этого века выявило недостатки проведенных реформ и создало почву для новых изменений в правовом пространстве. И такие изменения не заставили себя ждать. Уже в 2009 г. принимается Концепция развития гражданского законодательства.

Целью реформирования, очевидно, является создание закона, который воплощал бы в себя не только уже сложившуюся практику, но и но. вые идеи, которые позволят обеспечить стабильность гражданско-право-вого регулирования.

Несомненно, на наш взгляд, достойна пристального взгляда глава о способах обеспечения исполнения обязательства, ведь именно она делает оборот стабильным, предсказуемым и более развитым. Допускаемые в ней законодательные ошибки очень сильно бьют по предпринимательским отношениям и рынку в целом.

Эту работу хотелось бы посвятить внесенным изменениям в ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), которая позиционирует себя, как общая часть главы о способах обеспечения исполнения обязательства. Отсюда, требования к ее содержанию и технике возрастают во много раз, потому что в сумме с теми нормами, которые устанавливаются далее, образуется правоотношение с конкретными участниками рыночных отношений.

Итак, акцессорность в классическом представлении понимается, как свойство зависимого обязательства, которое может существовать только вместе с основным обязательством.

Некоторые ученые, в частности Р.С.

Бевзенко, пошли дальше и разделили акцессорность на следующие признаки:

акцессорность возникновения (обеспечение не может возникнуть без возникновения долга);

акцессорность объема (обеспечение не может быть больше по объему, чем долг);

акцессорность следования (кредитор по обеспеченному долгу одновременно является держателем обеспечения);

акцессорность принудительной реализации (кредитор не может прибегнуть к обеспечению если он не может прибегнуть к принудительному взысканию обеспеченного долга);

акцессорность прекращения (обеспечение прекращается при прекращении основного долга).

С таким подходом можно согласиться, так как он наиболее ярко отражает сущность акцессорности и прослеживает динамику развития акцессорного обязательства.

Свое историческое продолжение этот вопрос получил в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 12 июля 2012 г. № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», п. 3 которого говорит, что согласно абза- • цу второму статьи 361 ГК РФ, стороны договора поручительства вправе И предусмотреть, что поручительство обеспечивает не только обязательства, возникающие из договора (например, о возврате кредита и процентов за его пользование), но и требование о возврате полученного (требование о возмещении в деньгах стоимости полученного) по такому договору при его недействительности или возврате неосновательного обогащения при признании договора незаключенным.

Такой подход Высшего Арбитражного суда РФ был новым на тот момент, и он решал сложную сложившуюся практическую проблему. Дело в том, что долгое время суды, следуя формулировкам закона, который говорил, что акцессорное обязательство прекращается с прекращением соглашения, устанавливающего основное обязательство, отказывали кредитору в праве воспользоваться обеспечивающим обязательство способом, в связи с признанием сделки недействительной. Сделанный вывод приводил к огромным злоупотреблениям. Приведем пример.

Некий Банк, предоставляя кредит гражданину, требует от него обеспечения возврата денежных средств в виде поручительства или залога. Гражданин, получив деньги, растрачивает их на свои нужды, после чего, понимая, что не сможет вернуть долги, и, желая сохранить средства, направленные на обеспечение исполнения обязательства, инициирует признание по какому-либо основанию ранее заключенного соглашения недействительным, из-за чего обеспечение, как не имеющее основания, отпадает. В итоге, банк не только не в состоянии вернуть сумму долга, но и лишается возможности удовлетворить свой интерес из предоставленного обеспечения.

Высший Арбитражный суд РФ, разрешая возникшую проблему, ска- зал, что ранее возникшее обязательство сохранилось, трансформировавшись в реституционное правоотношение.

Принятые поправки в ГК РФ еще более развили этот механизм. Теперь данный подход распространяется не только на нормы поручительства, но и на остальные способы обеспечения исполнения обязательства, даже на непоименованные.

Обращаясь к п. 3, п. 4 ст.329 ГК РФ необходимо провести разграничение двух конструкций. Пункт 3 описывает механизм, который нами раз

бирался выше.

II Пункт 4 ст. 329 ГК РФ демонстрирует классический подход акцессор-ности, который подразумевает, как говорил Р.С. Бевзенко, прекращение акцессорности вместе с прекращением основного обязательства. Примерами окончательного прекращения обязательства, которые и подпадают под эту норму, являются исполнение обязательства, отступное, зачет, и другие основания, перечисленные в главе 26 ГК РФ.

На наш взгляд, все достоинства этой новеллы не умаляют ее недостатков. Думаю, что правильным было бы наряду с установлением применимости нормы к недействительному соглашению, также установить и ее применение к незаключенному соглашению, которое также влечет последствия возврата в реституционном порядке всего ранее полученного сторонами. Уже цитируемое Постановление Пленума ВАС РФ № 42 признавало сохранение способа обеспечения исполнения обязательства и при незаключенности договора. Отказ законодателя остается не ясным. Тем более, что законодательство различает эти ситуации лишения юридической силы достигнутого соглашения.

Однако, полагаю, что такой пробел можно восполнить допустимой в гражданском праве аналогией закона и, в случае возникновения злоупотреблений на почве незаключенного соглашения, применить п. 3 ст. 329 ГК РФ.

Воплощение идеи Высшего Арбитражного суда РФ в ст. 329 ГК РФ говорит о том, что целью законодателя было распространить эту конструкцию как можно шире, на все способы обеспечения обязательства, и сделать ее общим правилом.

Однако стремление законодателя сделать, как можно лучше и одним предложением решить все проблемы, совсем не учитывает специфику тех способов, которые расположены в главе 23 ГК РФ, не говоря уже о не поименованных способах.

Думается, что целью общей частью при принятии главы 23 ГК РФ является отразить признак акцессорности, который действительно объединяет все перечисленные в ней способы обеспечения исполнения обязательства. Поэтому настоящие и будущие изменения в ст. 329 ГК РФ необходимо вносить обдуманно и анализировать каждое положение применительно ко всем нормам главы.

Итак, как мы уже говорили, истоки п. 3 ст. 329 ГК РФ лежат в отношениях, возникающих из договора поручительства. Анализируя природу поручительства, становится очевидна возможность легкого встраивания • гарантии сохранения обеспечения и после прекращения обязательства. И Перестраховка возможностью предъявления требования к другому лицу является достаточно удобной и не влечет нарушения баланса интересов сторон законом. Это правило является уже изученным в теории и с успехом реализуется на практике, воплощаясь в форме субсидиарной ответственности.

Но вот, даже поверхностное рассмотрение других способов, ставит большие вопросы над правильностью универсального применения этого подхода.

Так, ст. 330 ГК РФ говорит, что основанием уплаты неустойки является неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства. При этом оценка исполнения проводится в момент, когда стороны уже исполнили возложенные на них обязанности. Однако довольно часто, до этой стадии соглашение не доживает ввиду признания его недействительным и переходом сторон в реституционные правоотношения.

Анализ судебной практики применения последствий недействительности сделок показывает, что суды, лишь устанавливают обязанность

передать все полученное по договору, которая воплощается в исполнительном листе. Но это уже иное правоотношение, в котором должник, проигравший спор, обязуется перед Российской Федерацией исполнить вступившее в силу судебное решение. Достигшие ранее соглашения не имеют никакой силы, так как были предметом судебного разбирательства.

Таким образом, если исходить из законодательных положений, то ранее обеспечивающая договорное обязательство неустойка, теперь обеспечивает исполнимость судебного решения, что приводит к парадоксальному выводу о применении гражданско-правовых форм в процессуальных отношениях.

Также из-за своей специфики не может быть восприняты изменения в ст. 329 ГК РФ и положениями о задатке.

Задаток представляет собой платеж, который входит в цену достигнутого соглашения. Его обеспечительная сила заключается в первичном предоставлении по отношению к предмету основного обязательства. Как правила, задаток актуален в преддоговорных отношениях, когда он укрепляет волю сторон в необходимости заключения договора.

Если соглашение, из которого возникает основное обязательство, признается недействительным, то наиболее распространена ситуация,

урегулированная ст. 381 ГК РФ, при которой возникает обязанность толь- 11ко кредитора по возращению задатка. Таким образом, получается, что ст. 329 ГК РФ никак не обеспечивает, а только вводит в заблуждение стороны договора.

Таким образом, внесенные изменения, скорее всего, не ставят точку в развитии главы 23 ГК РФ. Все, что было сказано выше, безусловно, будет опробовано и испытано в практической деятельности юристов и судов Российской Федерации, возникнут новые проблемы, коллизии и недоработки, которые потребуют своего разрешения.

Сегодня же основной целью является отражение в законе всех насущных потребностей современного гражданского оборота. Включение механизма распространения соглашения об обеспечении и на после договорные отношения, как нам представляется, достигает этой цели.

Выявленные в этой работе недостатки внесенных изменений можно отнести к вопросу об идеальности законодательного текста, которая, как известно, практически недостижима.

На наш взгляд, самое главное то, что эта норма действенна и востребована на практике. Наработав определенный практический и научный опыт, мы сможем ее усовершенствовать и гармонизировать в системе способов обеспечения исполнения обязательств.








МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ