СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


Приобретение права собственности в силу приобретательной давности: современные проблемы правового регулирования


Проводимая реформа гражданского законодательства в России предполагает существенный пересмотр ныне действующих положений о приобретательной давности и давностном владении, а также в целом владении как таковом.

Так в предлагаемом Проекте изменений Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) устанавливается, что лицо, не являющееся собственником вещи, но открыто и непрерывно владеющее как своей собственной недвижимой вещью в течение 15 лет либо движимой вещью в течение 5 лет, а лицо, владеющее движимой или недвижимой вещью, выбывшей из владения собственника помимо его воли, – в течение 30 лет, приобретает право собственности на эту вещь (п. 1 ст. 242 ГК РФ в редакции Проекта)1. Из Проекта исключена действующая норма п. 4 ст. 234 ГК РФ о том, что

течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы путем предъявления виндикационного иска, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям. Вместо этого правила законодатель прямо указал, что течение срока приобретательной давности начинается с момента владения вещью (п. 2 ст. 242 ГК РФ в редакции Проекта).

В настоящее время основополагающим условием приобретения права собственности в силу приобретательной давности является добросовестность владельца. В свою очередь в п. 1 ст. 242 ГК РФ в редакции Проекта условие добросовестности давностного владельца не названо. Данная позиция законодателя в целях её адекватного применения на практике требует серьезного теоретического осмысления.

В дореволюционной России требования добросовестности к давностному владельцу в за

конодательстве не было2. В настоящее время в некоторых государствах законодатель также не связывает приобретение права собственности на давностное имущество с наличием добросовестности владельца. Такая позиция объясняется, прежде всего, интересами оборота. По словам Р.С. Бевзенко, длительное непредъявление собственником иска о возврате вещи указывает на отсутствие у него интереса к вещи. В то время как владелец, пусть и недобросовестный, но осуществляющий открытое владение, может обоснованно считаться единственным лицом, заинтересованным в приобретении вещи3.

Идея о допустимости приобретения имущества недобросовестным владельцем при условии увеличения давностного срока обосновывается в исследованиях К.И. Скловского4. По мнению Р.А. Сулеймановой: знание о незаконности своего владения не исключает добросовестности. Исключение должно быть сделано для случаев, когда владение является незаконным потому, что оно было установлено в результате нарушения норм уголовного права (например, подделки правоустанавливающих документов)5.

Практическая значимость отсутствия признака добросовестности у давностного владельца в первую очередь заключается в том, что для давностного владельца открывается возможность приобрести право собственности на недвижимое имущество независимо от наличия государственной регистрации права собственности на него. При этом возникает вопрос – как установить факт выбытия недвижимого имущества из владения собственника? Как справедливо отмечает В.Е. Карнушин: «в отношении недвижимости большое значение для владения имеет внутреннее восприятие вещи как своей, юридический интерес к вещи»6. Факт нахождения лица непосредственно по месту нахождения недвижимости всегда сопряжен с пользованием

– в том числе и простая прогулка по земельному участку. Если считать прекращением владения собственника любое его отсутствие в пределах места нахождения недвижимости, то открывается простор для злоупотребления возможностями присвоения чужого имущества. С другой стороны, также невозможно отследить непрерывное присутствие давностного владельца по месту нахождения недвижимости в течение требуемого законом срока. Однако каких-либо критериев определения факта выбытия недвижимого имущества из владения собственника законодателем не предложено.

Причина названного противоречия видится в неопределенности законодателем понятия «владение вещью как своей собственной», которое, тем не менее, фигурирует и в ст. 234 действующего ГК РФ и в ст. 242 ГК РФ в редакции Проекта. В свою очередь в цивилистической литературе понятие владения вещью как своей для несобственника трактуется по-разному. В дореволюционной России Д.И. Мэйер относил к владению вещью как своей – владение от своего имени, но без юридического основания1. Позднее, Б.Б. Черепахин признавал владение вещью несобственника как своей, пока не доказано, что он владеет ею за другое лицо или по договору с последним2. В постсоветский период данную позицию подтверждал А.В. Лисаченко, подчеркивая, что давностный владелец не должен доказывать, что владеет имуществом как своим собственным, а напротив, лицо, оспаривающее это, должно доказать свои утверждения3. О.Н. Садиков отмечал, что более точным следовало бы признать понимание владения имуществом «как своим собственным в смысле невозможности применения ст. 234 ГК РФ к случаям, когда лицо владеет и пользуется имуществом на основании заключенного договора хотя и длительное время, но с осознанием своих договорных обязательств»4. Данная позиция легализована Пленумом Верховного суда РФ и Высшего арбитражного суда РФ, прямо указавшими, что владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.)5.

Вместе с тем суды зачастую считают возможным применение приобретательной давности в

ситуации, когда владение было начато на основании договора с собственником (например, аренды или ссуды), однако впоследствии такой зависимый владелец осуществил присвоение объекта владения, то есть проявил намерение владеть вещью как своей, а собственник пропустил срок исковой давности.

В связи с этим представляется необходимым дополнить п. 1 ст. 242 ГК РФ в редакции Проекта указанием на то, что владение собственника недвижимого имущества следует считать прерванным с момента, когда другое лицо без законных оснований открыто совершило какие-либо действия относительно спорного имущества своей волей и в своем интересе. При такой формулировке к числу давностных владельцев можно отнести лиц, владение которых первоначально возникло на основании согласия собственника, но в последствии перешло во владение несогласованное с собственником (субъекты ограниченных вещных прав, арендаторы, ссудополучатели и т.п.). Такой переход должен быть обусловлен со стороны владельца – использованием вещи за пределами согласования с собственником; а со стороны собственника – отсутствием возражений против такого использования.

В свою очередь возможность приобретения права собственности получают также и лица, во владение которых имущество поступило по незаключенному договору или недействительной сделке.

Следует обратить внимание, что увеличение срока давностного владения до 30 лет в случае, когда вещь выбыла из владения первоначального собственника помимо его воли, значительно уменьшает возможности давностного владельца прибрести право собственности на объект владения. При этом увеличивается возможность муниципальных образований обратить в свою собственность задавненное недвижимое имущество как бесхозяйное. Для первоначального собственника, ограниченного в возможности истребовать свое имущество из чужого незаконного владения сроком исковой давности, дополнительных возможностей вернуть свое имущество не предусматривается. Следует вспомнить, что в советском гражданском праве Ю.К. Толстой обосновывал длительность срока приобретательной давности тем, что в личную собственность граждан на основании приобретательной давности следует

1 См.: Мэйер Д.И. Русское гражданское право. Часть 2. – М., 1997. По изданию 1902 г. С. 70–71.

2 Черепахин Б.Б. Приобретение права собственности по давности владения // Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву. – М., 2001. – С. 96.

3 Лисаченко А.В. Приобретательная давность в российском гражданском праве // Цивилистические записки: Межвузовский

сборник научных трудов. М.: Статут, 2001. С. 289.

4 Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части первой / Под ред. О.Н. Садикова. М., 1995. С. 305.

5 См.: Пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // Вестник ВАС РФ. 2010. №6.

обращать только то имущество, в котором государство не нуждается1.

В настоящее время анализ гражданского и гражданского процессуального законодательства позволяет сделать вывод о том, что давностный владелец получает возможность приобрести право собственности на недвижимое имущество только в том случае, когда спорный объект недвижимости не поступил в муниципальную собственность как бесхозяйное имущество. Как справедливо подчеркивает А.Д. Рудоквас, муниципальные власти имеют в этом отношении приоритет, и если орган по управлению муниципальным имуществом обратится в суд для признания права муниципальной собственности на бесхозяйную недвижимость, то суд не вправе ему отказать, если ранее данный объект был принят на учет как бесхозяйный2.

В соответствии с п. 3 ст. 225 ГК РФ бесхозяйные недвижимые вещи принимаются на учет органом, осуществляющим государственную регистрацию права на недвижимое имущество, по заявлению органа местного самоуправления, на территории которого они находятся. По истечении года со дня постановки бесхозяйной недвижимой вещи на учет орган, уполномоченный управлять муниципальным имуществом, может обратиться в суд с требованием о признании права муниципальной собственности на эту вещь. В соответствии с абз. 2 ст. 293 Гражданского процессуального кодекса России, признав, что недвижимая вещь не имеет собственника или собственник вещи неизвестен, и она принята на учет в установленном порядке, суд принимает решение о признании права муниципальной собственности на эту вещь3. Согласно п. 3 ст. 225 ГК государственная регистрация права муниципальной

собственности на бесхозяйное недвижимое имущество осуществляется по истечении года со дня принятия его на учет на основании вступившего в силу решения суда. Названный порядок приобретения права муниципальной собственности на бесхозяйное недвижимое имущество сохранен в ст. 245 ГК РФ в редакции Проекта.

Как правило, основанием для отказа в признании права муниципальной собственности является неподтверждение в ходе судебного рассмотрения факта бесхозяйности имущества, а также несоблюдение процессуальных требований, установленных для рассмотрения данной категории споров.

Изложенные правила обращения в муниципальную собственность бесхозяйного недвижи

мого имущества указывают на явное преимущество муниципальных образований перед частными лицами. В течение 15 (30) лет давностное владение может быть в любой момент прервано в результате признания имущества бесхозяйным. Согласно п. 1 ст. 225 ГК РФ в действующей редакции ГК РФ и п. 4 ст. 240 ГК РФ в редакции Проекта бесхозяйным признается имущество, которое не имеет собственника, собственник которого неизвестен либо от которого собственник отказался. При этом понятие «собственник» может толковаться только в значении «лицо, обладающее правом собственности». Наличие иного владельца – несобственника не может служить основанием для отказа признать соответствующее имущество бесхозяйным. Таким образом, владелец, не имеющий полного срока давностного владения (15 или 30 лет), лишен какой-либо возможности опровергнуть притязания муниципального образования на спорное имущество.

Типичная ситуация. В заявлении в суд муниципальное образование просит признать бесхозяйным жилой дом, мотивируя это требование тем, что по данным БТИ этот дом значится в собственности гражданина Н, однако он в этом доме не проживает длительное время, его фактическое место нахождения неизвестно, так как зарегистрированным или снятым с регистрации он по данным адресного стола не значится, нет сведений о его смерти в органах ЗАГС. Со дня постановки на учет учреждением юстиции этого дома как бесхозяйного прошел год. Вопрос о наличии наследников, иных правопреемников или законных владельцев не рассматривается ни при постановке имущества на учет, ни в ходе судебного разбирательства. На основании имеющихся данным суд выносит решение признать право муниципальной собственности. Приведенный пример показывает, что рассмотрение заявлений о признании права муниципальной собственности на бесхозяйное недвижимое имущество в порядке особого производства исключает возможность кого-либо доказать свои права на спорный объект недвижимости. Установление факта бесхозяйности недвижимого имущества входит в компетенцию не суда, а органов, осуществляющие государственную регистрацию прав на недвижимое имущество. При этом судебная практика показывает, что в решениях, вынесенных по данной категории дел, резолютивная часть решения формулируется также по-разному. В одних случаях решение суда содержит лишь акт признания права муниципальной собственности на бесхозяйную недвижимую

1 Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. Л., 1955. С. 203.

2 Рудоквас А.Д. Добросовестность владения и приобретательная давность: mala fides superveniens non impedit usucapionem // Вещные права: система, содержание, приобретение: Сб. науч. тр. в честь проф. Б.Л. Хаскельберга / Под ред. Д.О. Тузова. М.: Статут, 2008. С. 333.

3 Порядок постановки на учет бесхозяйного недвижимого имущества регламентирован Положением о принятии на учёт бесхозяйных недвижимых вещей, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 17 сентября 2003 г. № 580 // СЗ РФ. 2003. № 38. Ст.3668; 2004. № 47. Ст. 4652.

вещь. В других случаях суд в резолютивной части указывает на признание имущества бесхозяйным и признание на него права муниципальной собственности. Однако последнее представляется нарушением процессуального законодательства1.

В свою очередь следует отметить противоположую позицию законодателя относительно приобретения права собственности на задавненные движимые вещи. Ярким примером тому является позиция Конституционного Суда России, изложенная в Определении от 27 ноября 2001 г.

№ 202–О2 в отношении лиц, приобретших товары в собственность или владение вопреки запрету ст. 131 Таможенного кодекса РФ, то есть незаконных приобретателей. Суд разъяснил, что если товар был приобретен в ходе оборота, то приобретатель может быть подвергнут конфискации лишь в том случае, если он мог каким-либо образом влиять на соблюдение требуемых при перемещении товаров через таможенную границу таможенных формальностей либо должен был знать о незаконности ввоза. При этом приобретатель не только несет ответственность, но и обязывается также к уплате таможенных платежей. Именно эта обязанность и обеспечивается изъятием (арестом). Таким образом, изъятие допускается лишь против лиц, имеющих обязательства перед таможенными органами. Как пояснил В.Д. Зорькин: хотя Суд прямо и не сослался на ст. 234 ГК РФ, иного основания защиты владения в законодательстве не предусмотрено, поэтому данное Определение можно считать подтверждением владельческой защиты против изъятия, осуществленного административными органами – таможенными органами, судебным приставом и т.д3.

Обеспечить баланс публичных и частных интересов в случаях, когда на недвижимое имущество одновременно претендуют муниципальное образование и владелец, срок приобретательной давности которого не наступил, можно несколькими способами.

Во-первых, следует расширить законодательное определение бесхозяйного имущества как не только неимеющего собственника, но и как имущества, бремя содержания которого добровольно отказывается нести кто-либо.

Во-вторых, статью 242 ГК РФ в редакции Проекта следует дополнить следующим предложением: «Если на приобретение права собственности на бесхозяйное недвижимое имущество на основании приобретательной давности одновременно претендуют субъект частной формы собственности и муниципальное образование, суд выносит решение об отказе в признании права муниципальной собственности на это имущество, если к моменту предъявления муниципальным образованием заявления в суд, срок давностного владения составляет более 5 лет. После отказа в удовлетворении требования муниципального образования, давностное владение продолжается до наступления срока, дающего владельцу право претендовать на признание права собственности».

В-третьих, в случае удовлетворения судом заявления о признании права муниципальной собственности целесообразно обязать органы местного самоуправления выплатить справедливую компенсацию последнему фактическому владельцу за содержание имущества в пределах реально понесенных расходов.


Н.Ю. ЧЕЛЫШЕВА





МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ