СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


Комментарий к статье 12.15 Нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги, встречного разъезда или


1. Объектом административных правонарушений, предусмотренных данной статьей, являются общественные отношения в сфере обеспечения безопасности дорожного движения. О понятии безопасности дорожного движения см. ст. 2 Федерального закона "О безопасности дорожного движения".

2. Вопросы квалификации комментируемых правонарушений разъяснены в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 октября 2006 г. N 18.

3. В ч. 1 комментируемой статьи содержится формальный состав административного правонарушения с альтернативными признаками объективной стороны, которая охватывает совершение одного из следующих деяний:

- нарушение требований к расположению транспортных средств на проезжей части дороги, включенных в разд. 9 Правил дорожного движения;

- нарушение положений разд. 11 Правил дорожного движения, устанавливающего порядок встречного разъезда;

- нарушение п. 9.9 Правил дорожного движения, запрещающего движение по обочинам;

- несоблюдение установленного в абз. 4 п. 2.7 Правил дорожного движения предписания, запрещающего пересекать организованную транспортную или пешую колонну, а также занимать место в ней.

Согласно п. 1.2 Правил дорожного движения дорога - это обустроенная или приспособленная и используемая для движения транспортных средств полоса земли либо поверхность искусственного сооружения. Дорога включает в себя одну или несколько проезжих частей, а также трамвайные пути, тротуары, обочины и разделительные полосы при их наличии.

Проезжая часть - это элемент дороги, предназначенный для движения безрельсовых транспортных средств.

Обочина - это элемент дороги, примыкающий непосредственно к проезжей части на одном уровне с ней, отличающийся типом покрытия или выделенный с помощью разметки 1.2.1 (сплошная линия) либо 1.2.2 (прерывистая линия, у которой длина штрихов в 2 раза короче промежутков между ними), используемый для движения, остановки и стоянки в соответствии с Правилами.

Организованная транспортная колонна - это группа из трех и более механических транспортных средств, следующих непосредственно друг за другом по одной и той же полосе движения с постоянно включенными фарами в сопровождении головного транспортного средства с нанесенными на наружные поверхности специальными цветографическими схемами и включенными проблесковыми маячками синего и красного цветов.

Организованная пешая колонна - это обозначенная в соответствии с п. 4.2 Правил дорожного движения группа людей, совместно движущихся по дороге в одном направлении. В силу п. 4.2 Правил спереди и сзади колонны с левой стороны должны находиться сопровождающие с красными флажками, а в темное время суток и в условиях недостаточной видимости - с включенными фонарями: спереди - белого цвета, сзади - красного.

Типичными для квалификации по данной норме являются:

- действия водителя, который при движении по дороге с двусторонним движением, имеющей по одной полосе для движения в каждом направлении, но не имеющей разделительной полосы, а также каких-либо знаков и разметки, не определил ширину проезжей части в соответствии с п. 9.1 Правил дорожного движения и совершил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения;

- выезд на разделительную полосу, разделяющую смежные проезжие части дороги, предназначенные для движения транспортных средств в противоположных направлениях, в нарушение требований дорожной разметки 1.2.1 (сплошная линия), обозначающей внутренний край проезжей части;

- нарушение требования п. 9.7 Правил дорожного движения, обязывающего водителя при наличии на дороге нескольких полос для движения в одном направлении, разделенных линиями разметки, осуществлять движение строго по обозначенным полосам;

- действия водителя, который в нарушение п. 9.10 Правил дорожного движения не выдержал безопасный боковой интервал с автомобилем, совершив с ним столкновение (см., например: Постановление Верховного Суда РФ от 24 мая 2013 г. N 81-АД13-1).

Несоблюдение водителем ограничений, связанных с выездом и движением по полосам, установленных вне разд. 9 Правил дорожного движения, не образует объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 комментируемой статьи. Например, такие ограничения содержатся в п. 18.2 Правил, запрещающем выезд на полосу для маршрутных транспортных средств и движение по ней. Водитель, нарушивший данный запрет, совершает административное правонарушение, предусмотренное ч. 1.1 ст. 12.17 КоАП РФ, норма которой является специальной по отношению к ч. 1 рассматриваемой статьи.

4. Нарушение водителем правил расположения транспортных средств на проезжей части, повлекшее причинение легкого, средней тяжести или тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не охватывается составом административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 комментируемой статьи. В зависимости от тяжести наступивших последствий указанные действия подлежат квалификации по нормам ст. 12.24 КоАП РФ или ст. 264 Уголовного кодекса РФ.

Однако при наличии уже вынесенного в отношении водителя и вступившего в законную силу постановления о назначении административного наказания по ч. 1 анализируемой статьи последующее привлечение его к административной ответственности за данное правонарушение по ч. ч. 1 или 2 ст. 12.24 КоАП РФ исключается в силу ч. 5 ст. 4.1 Кодекса, согласно которой никто не может нести административную ответственность дважды за одно и то же административное правонарушение.

Судебная практика также идет по этому пути.

Например, Постановлением судьи районного суда от 11 сентября 2011 г., оставленным в силе решением судьи вышестоящего суда, К. была признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, в связи с тем что в нарушение требований п. 9.10 Правил дорожного движения она не учла расстояние до двигавшейся впереди автомашины и совершила столкновение с ней, в результате которого водителю и пассажиру названной автомашины был причинен легкий вред здоровью.

При рассмотрении жалобы К. на указанные судебные акты Верховный Суд РФ установил, что по данному факту нарушения правил расположения транспортных средств на проезжей части Постановлением должностного лица от 1 ноября 2010 г. К. уже была подвергнута административному наказанию по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

На этом основании Верховный Суд РФ сделал вывод, что К. в нарушение требований п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, согласно которому производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при наличии по одному и тому же факту совершения противоправных действий (бездействия) лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, постановления о назначении административного наказания, была дважды привлечена к административной ответственности за одно и то же правонарушение.

При таких обстоятельствах все состоявшиеся по делу судебные решения были отменены, а производство по делу прекращено в соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с наличием по одному и тому же факту совершения противоправных действий (бездействия) лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, постановления о назначении административного наказания 1 .

--------------------------------

1 Постановление Верховного Суда РФ от 24 мая 2012 г. N 86-АД12-1.

Позиция Верховного Суда РФ, изложенная в приведенном примере, сохраняет свою актуальность и сейчас, когда действует уточненная редакция п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, согласно которой производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при наличии по одному и тому же факту совершения противоправных действий (бездействия) лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, постановления о назначении административного наказания, либо постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном той же статьей или той же частью статьи Кодекса или закона субъекта Российской Федерации, либо постановления о возбуждении уголовного дела.

Иное приводило бы к тому, что существенные признаки противоправного деяния, положенные в основу квалификации действий лица при возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 комментируемой статьи, учитывались бы в целях квалификации содеянного при вынесении постановления о назначении административного наказания по ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ. Тем самым нарушался бы закрепленный в ч. 5 ст. 4.1 КоАП РФ принцип non bis in idem (нельзя наказывать дважды за одно и то же), что недопустимо.

5. В ч. 1.1 комментируемой статьи установлена административная ответственность за невыполнение водителем тихоходного транспортного средства или транспортного средства, перевозящего крупногабаритный груз, или транспортного средства, двигающегося со скоростью, не превышающей 30 км/ч, предписания п. 11.6 Правил дорожного движения, в силу которого при движении вне населенных пунктов водитель такого транспортного средства должен принять как можно правее, а при необходимости и остановиться, чтобы пропустить следующие за ним транспортные средства для обгона или опережения.

Под тихоходным транспортным средством понимается механическое транспортное средство, для которого заводом-изготовителем установлена максимальная скорость не более 30 км/ч. Согласно п. 8 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения на таких транспортных средствах должен быть установлен опознавательный знак "Тихоходное транспортное средство".

Составом рассматриваемого административного правонарушения также охватывается нарушение требований п. 11.6 Правил дорожного движения водителем механического транспортного средства, двигавшегося со скоростью не более 30 км/ч, но не являющегося по своим конструктивным особенностям тихоходным транспортным средством.

Под крупногабаритным грузом подразумевается груз, выступающий за габариты транспортного средства спереди и сзади более чем на 1 м или сбоку более чем на 0,4 м от внешнего края габаритного огня. Такой груз должен быть обозначен опознавательным знаком "Крупногабаритный груз" ( п. 23.4 Правил дорожного движения).

Важно отметить, что квалификация по ч. 1.1 комментируемой статьи производится независимо от того, имеется на транспортном средстве соответствующий опознавательный знак либо в нарушение требований п. 8 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения такой знак отсутствует.

Обгон - это опережение одного или нескольких транспортных средств, связанное с выездом на полосу (сторону проезжей части), предназначенную для встречного движения, и последующим возвращением на ранее занимаемую полосу (сторону проезжей части).

Опережение - это движение транспортного средства со скоростью, больше скорости попутного транспортного средства без выезда на полосу, предназначенную для встречного движения ( п. 1.2 Правил дорожного движения).

6. С объективной стороны административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 комментируемой статьи, состоит в нарушении требования п. 9.9 Правил дорожного движения, запрещающего движение транспортных средств по пешеходным, велосипедным дорожкам и тротуарам.

Велосипедная дорожка - это конструктивно отделенный от проезжей части и тротуара элемент дороги (либо отдельная дорога), предназначенный для движения велосипедистов и обозначенный знаком 4.4.1.

Пешеходная дорожка - это обустроенная или приспособленная для движения пешеходов полоса земли либо поверхность искусственного сооружения, обозначенная знаком 4.5.1.

Тротуар - элемент дороги, предназначенный для движения пешеходов и примыкающий к проезжей части или к велосипедной дорожке либо отделенный от них газоном.

Установленный в п. 9.9 Правил дорожного движения запрет является общим для всех транспортных средств. Исключения из него предусмотрены в отношении:

- машин дорожно-эксплуатационных и коммунальных служб, а также транспортных средств, подвозящих грузы к торговым и другим предприятиям, а также к объектам, расположенным непосредственно у обочин, тротуаров или пешеходных дорожек, при отсутствии других возможностей подъезда. При этом должна быть обеспечена безопасность движения;

- велосипедистов в возрасте старше 14 лет, которые вправе осуществлять движение по тротуару или пешеходной дорожке в следующих случаях:

- при отсутствии велосипедной и велопешеходной дорожек, полосы для велосипедистов либо при отсутствии возможности двигаться по ним, а также по правому краю проезжей части или обочине;

- велосипедист сопровождает велосипедиста в возрасте до 7 лет либо перевозит ребенка в возрасте до 7 лет на дополнительном сиденье, в велоколяске или в прицепе, предназначенном для эксплуатации с велосипедом;

- велосипедистов в возрасте от 7 до 14 лет, которые обязаны осуществлять движение только по тротуарам, пешеходным, велосипедным и велопешеходным дорожкам, а также в пределах пешеходных зон;

- велосипедистов в возрасте младше 7 лет, которые обязаны двигаться только по тротуарам, пешеходным и велопешеходным дорожкам (на стороне для движения пешеходов), а также в пределах пешеходных зон;

- водителей мопедов, которые вправе осуществлять движение по полосе для велосипедистов.

7. Движение по пешеходным дорожкам и тротуарам в жилых зонах и на дворовых территориях в нарушение требования п. 17.1 Правил дорожного движения находится за рамками состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 комментируемой статьи, и подлежит квалификации по специальной норме ч. 1 ст. 12.28 КоАП РФ. То же правонарушение, совершенное в городах федерального значения, квалифицируется по ч. 2 ст. 12.28 КоАП РФ (о понятии жилой зоны см. комментарий к ст. 12.28 Кодекса).

Приведенный подход к разграничению административных правонарушений, предусмотренных ч. 2 анализируемой статьи и ст. 12.28 КоАП РФ, сложился еще до принятия Федерального закона от 21 апреля 2011 г. N 69-ФЗ, которым ст. 12.28 была дополнена ч. 2, содержащей квалифицированный состав. Но и сейчас он является серьезным ориентиром для судей.

Например, постановлением должностного лица, оставленным в силе решением судьи городского суда, Г. был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.15 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 2000 рублей за то, что он, управляя транспортным средством, в нарушение п. 9.9 Правил дорожного движения в целях объезда припаркованных на проезжей части автомашин осуществил движение по пешеходной дорожке во дворе жилого дома, совершив наезд на пешехода.

Краевой суд с такой квалификацией не согласился, указав следующее.

В соответствии с п. 17.1 Правил дорожного движения в жилой зоне, то есть на территории, въезды на которую и выезды с которой обозначены знаками 5.21 и 5.22, движение пешеходов разрешается как по тротуарам, так и по проезжей части. В жилой зоне пешеходы имеют преимущество, однако они не должны создавать необоснованные помехи для движения транспортных средств. При этом в силу п. 17.4 Правил требования раздела 17 "Движение в жилых зонах" распространяются и на дворовые территории.

На этом основании краевой суд пришел к обоснованному выводу о том, что содеянное Г. надлежало квалифицировать по ст. 12.28 КоАП РФ 1 .

--------------------------------

1 Обзор практики рассмотрения судьями Пермского края дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ (административные правонарушения в области дорожного движения), за 2008, 2009 и 2010 годы.

Позиция, положенная в основу принятого решения, соответствует ныне действующей редакции ч. 1 ст. 12.28 КоАП РФ. Однако если бы в настоящее время аналогичное деяние было совершено в Москве или Санкт-Петербурге, то в случае неправильной квалификации действий лица, привлекаемого к административной ответственности, по ч. 2 рассматриваемой статьи судьи районных и вышестоящих судов были бы не вправе переквалифицировать содеянное на ч. 2 ст. 12.28 КоАП РФ, так как санкция указанной нормы предусматривает более строгое наказание по сравнению с санкцией ч. 2 комментируемой статьи.

8. При применении положений ч. 2 ст. 12.15 КоАП РФ необходимо учитывать, что остановка или стоянка транспортных средств на тротуаре, повлекшие создание препятствий для пешеходов, не образуют состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 анализируемой статьи, а влекут административную ответственность по ч. 3 ст. 12.19 КоАП РФ.

Под остановкой понимается преднамеренное прекращение движения транспортного средства на время до 5 мин., а также на большее, если это необходимо для посадки или высадки пассажиров либо загрузки или разгрузки транспортного средства. Требования к остановке транспортных средств изложены в п. п. 12.1 - 12.8 Правил дорожного движения.

Стоянка - это преднамеренное прекращение движения транспортного средства на время более 5 мин. по причинам, не связанным с посадкой или высадкой пассажиров либо загрузкой или разгрузкой транспортного средства.

Так, постановлением должностного лица ГИБДД, оставленным в силе решением судьи районного суда, З. была привлечена к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.15 КоАП РФ за нарушение требования п. 9.9 Правил дорожного движения, выразившееся в движении по тротуару.

При рассмотрении жалобы З. на постановление должностного лица и судебное решение краевой суд пришел к выводу об отсутствии в ее действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.15 КоАП РФ.

В основу такого вывода были положены объяснения З., содержащиеся в протоколе об административном правонарушении, согласно которым по тротуару она не двигалась, а только припарковалась на нем. Суд также учел показания сотрудника ГИБДД, данные им в судебном заседании в районном суде, из которых следовало, что З. заехала на тротуар возле магазина, припарковав автомашину параллельно проезжей части, притом что знаков парковки у магазина не имелось. Кроме того, суд принял во внимание отсутствие в материалах дела схемы места совершения правонарушения с указанием траектории движения автомобиля под управлением З. и места его расположения относительно проезжей части при остановке его сотрудниками ДПС.

На этом основании суд признал доказанным факт остановки З. на тротуаре, что подлежит квалификации по ч. 3 ст. 12.19 КоАП РФ. При этом суд обоснованно исходил из того, что заезд З. на тротуар, совершенный с целью последующей остановки или стоянки на нем, не подпадает под признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.15 КоАП РФ.

В то же время суд не усмотрел оснований для переквалификации действий З. с ч. 2 ст. 12.15 на ч. 3 ст. 12.19 КоАП РФ, указав, что на момент рассмотрения жалобы З. в краевом суде двухмесячный срок давности привлечения ее к административной ответственности, установленный в ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел, истек. В связи с этим все состоявшиеся по делу решения были отменены, а производство по делу прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ ввиду отсутствия состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.15 КоАП РФ 1 .

--------------------------------

1 Решение Пермского краевого суда от 17 августа 2010 г. N 7-477-2010.

Соглашаясь с выводом суда в части неправильной квалификации совершенного З. деяния по ч. 2 комментируемой статьи, отметим, что если бы обстоятельства правонарушения, изложенные в протоколе об административном правонарушении, являлись достаточными для квалификации ее действий по ч. 3 ст. 12.19 КоАП РФ, то оснований для прекращения производства по делу об административном правонарушении у судьи краевого суда не имелось бы, так как в силу ч. 1 ст. 4.5 и п. 4 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ истечение срока давности привлечения к административной ответственности не может служить препятствием для изменения постановления о назначении административного наказания, вынесенного до истечения этого срока. В данном случае, поскольку санкция ч. 3 ст. 12.19 КоАП РФ содержит менее строгое наказание по сравнению с санкцией ч. 2 рассматриваемой статьи, постановление должностного лица и судебное решение следовало изменить путем переквалификации действий З. с ч. 2 ст. 12.15 на ч. 3 ст. 12.19 Кодекса.

9. Объективная сторона состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 комментируемой статьи, состоит в нарушении требований Правил дорожного движения, повлекшем выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, либо на трамвайные пути встречного направления при объезде препятствия.

Согласно п. 1.2 Правил дорожного движения под препятствием понимается неподвижный объект на полосе движения, не позволяющий продолжить движение по данной полосе. Указанная формулировка предусматривает широкий круг самых разнообразных объектов: неисправный или поврежденный в результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль с включенной аварийной сигнализацией, дефект проезжей части, упавшее дерево и иные посторонние предметы, частично или полностью перегородившие проезжую часть дороги, и т.п.

В то же время ни автомобиль, стоящий в пробке, ни маршрутное транспортное средство, остановившееся в попутной полосе движения в соответствии с требованиями Правил дорожного движения для посадки и высадки пассажиров (например, в зоне действия знака 5.16 "Место остановки автобуса и (или) троллейбуса") либо снизившее скорость для остановки, препятствием не являются.

В силу прямого указания, содержащегося в п. 1.2 Правил, понятием препятствия охватываются не только посторонние предметы на полосе движения, но и дефекты проезжей части. Данный термин включает в себя различные просадки, выбоины и иные повреждения дорожного покрытия, превышающие предельно допустимые величины, установленные в ГОСТ Р 50597-93 "Автомобильные дороги и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения", утв. Постановлением Госстандарта РФ от 11 октября 1993 г. N 221, наличие которых не позволило водителю продолжить движение по своей полосе.

В соответствии с действующим регулированием объезд препятствий необходимо совершать справа либо по свободной полосе (при движении по дороге, имеющей по две и более полосы для движения в каждом направлении). Объезжать препятствие по встречной полосе, если имеется возможность объехать его по полосе попутного направления, запрещено.

Как правило, на дорогах с интенсивным движением полосы выделяются с помощью дорожной разметки. Ширина этих полос дорог устанавливается согласно СНиПу в зависимости от категории дороги и может варьироваться в пределах от 3,0 до 3,75 м, а в населенных пунктах по СНиП 2.07.01-89 "Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений", утв. Постановлением Госстроя СССР от 16 мая 1989 г. N 78, - в пределах от 2,75 до 4,0 м. Полоса движения предназначена для автомобилей, движущихся в один ряд (друг за другом). Мотоциклы могут уместиться на одной полосе - Правила дорожного движения этого не запрещают. При отсутствии разметки водители сами должны определить количество полос для движения в соответствии с положениями п. 9.1 Правил с учетом габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними.

Следовательно, если у водителя, с учетом ширины проезжей части, фактического количества приспособленных и используемых для движения транспортных средств полос, ширины полосы, по которой осуществляется движение, и габаритов его транспортного средства, имелась объективная возможность объехать препятствие справа в соответствии с Правилами дорожного движения, однако он решил объехать его слева, совершив при этом выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, его действия подлежат квалификации по ч. 3 комментируемой статьи. При отсутствии возможности объехать препятствие справа водитель вправе объехать его по полосе, предназначенной для встречного движения, предварительно убедившись в безопасности такого маневра. Если эти условия соблюдены, то водитель не может быть привлечен к административной ответственности.

На практике возможны и такие ситуации, когда водитель, осуществляя движение по дороге, имеющей по одной полосе для движения в каждом направлении, и не имея возможности объехать препятствие справа по своей полосе, пытается объехать его по тротуару или по обочине. Указанные действия водителя являются административно наказуемыми. В первом случае содеянное подлежит квалификации по ч. 2 комментируемой статьи, а во втором - по ч. 1 данной статьи, что особенно важно помнить при движении по дороге, имеющей по одной полосе для движения в каждом направлении.

10. Частью 4 рассматриваемой статьи предусмотрена административная ответственность за наиболее грубое нарушение порядка пользования правом управления транспортными средствами, представляющее исключительную опасность для жизни и здоровья других участников дорожного движения. Административно-противоправными и наказуемыми по ч. 4 анализируемой статьи признаются действия водителей, которые связаны с нарушением требований Правил дорожного движения, повлекшим выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, либо на трамвайные пути встречного направления, за исключением случаев, предусмотренных ч. 3 данной статьи. Таким образом, разграничение составов административных правонарушений, предусмотренных ч. ч. 3 и 4 ст. 12.15 КоАП РФ, производится в зависимости от наличия или отсутствия препятствия при выезде в нарушение требований Правил дорожного движения на полосу встречного движения.

Непосредственно эти требования установлены в следующих случаях:

- на дорогах с двусторонним движением, имеющих четыре или более полосы, запрещается выезжать для обгона или объезда на полосу, предназначенную для встречного движения (п. 9.2 Правил дорожного движения). При этом нарушение данного требования, связанное с объездом препятствия, следует квалифицировать по ч. 3 рассматриваемой статьи;

- на дорогах с двусторонним движением, имеющих три полосы, обозначенные разметкой, средняя из которых используется для движения в обоих направлениях, запрещается выезжать на крайнюю левую полосу, предназначенную для встречного движения (п. 9.3 Правил);

- запрещается обгон:

- на регулируемых перекрестках;

- на нерегулируемых перекрестках при движении по дороге, не являющейся главной. Опережение транспортного средства без выезда на полосу, предназначенную для встречного движения, в данном случае не запрещено;

- на пешеходных переходах при наличии на них пешеходов;

- на железнодорожных переездах и ближе чем за 100 м перед ними;

- на мостах, путепроводах, эстакадах и под ними, а также в тоннелях;

- в конце подъема, на опасных поворотах и на других участках с ограниченной видимостью (п. 11.4 Правил);

- запрещается объезжать с выездом на полосу встречного движения стоящие перед железнодорожным переездом транспортные средства (абз. 8 п. 15.3 Правил);

- запрещается выезжать на трамвайные пути встречного направления. Однако разрешается движение по трамвайным путям попутного направления, расположенным слева на одном уровне с проезжей частью, когда заняты все полосы данного направления, а также при объезде, повороте налево или развороте с учетом п. 8.5 Правил дорожного движения, если при этом не создаются помехи трамваю ( п. 9.6 Правил);

- поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения (п. 8.6 Правил). При этом нарушение данного требования надлежит квалифицировать по ч. 4 анализируемой статьи независимо от того, имелась ли перед поворотом налево сплошная линия разметки 1.1 или 1.3, которую водитель нарушил.

С учетом приведенных норм формируется и практика Верховного Суда РФ, о чем свидетельствуют данные им разъяснения в п. 8 Постановления Пленума от 24 октября 2006 г. N 18. Указанными разъяснениями сняты всякие сомнения, связанные с неоднозначной квалификацией таких действий водителя, как обгон на перекрестке равнозначных дорог, отклонение от траектории движения относительно центра перекрестка при повороте налево (например, когда водитель "срезал угол", не доехав до центра перекрестка, в результате чего после завершения маневра оказался на полосе, предназначенной для встречного движения, или, напротив, продолжил движение мимо центра перекрестка, начав совершать поворот налево за пределами внешнего пересечения проезжих частей, выехав на полосу, предназначенную для встречного движения), а также разворот на перекрестке, имеющем два пересечения проезжих частей, по короткому, а не по длинному радиусу, при наличии разделительной полосы, конструктивно разделяющей смежные проезжие части противоположных направлений движения 1 . Все эти действия охватываются диспозицией ч. 4 комментируемой статьи. Причем в последнем случае такая квалификация обусловлена тем, что в конфигурации сложного перекрестка, имеющего два пересечения проезжих частей, движение по участку дороги, находящемуся между ними, может осуществляться как с левой стороны, так и с правой, во встречном направлении. Иными словами, внутри сложного перекрестка есть участок проезжей части с двусторонним движением. Следовательно, водитель, совершая разворот по короткому, а не по длинному радиусу, в нарушение требования п. 8.6 Правил дорожного движения при выезде с пересечения проезжих частей оказывается на полосе дороги поперечного направления, предназначенной для встречного движения.

--------------------------------

1 Схемы указанных нарушений см. в Приложении N 9 к комментарию.

В то же время разворот на простом перекрестке, имеющем одно пересечение проезжих частей, может быть осуществлен как по короткой, так и по длинной траектории, поскольку Правила дорожного движения не содержат норм, предусматривающих порядок выполнения такого маневра. Нарушение каких-либо требований Правил, содержащих запрет выезда на полосу, предназначенную для встречного движения, в данном случае отсутствует 1 .

--------------------------------

1 Схему указанного маневра см. в Приложении N 9 к комментарию.

Нарушение водителем требований дорожных знаков и разметки, повлекшее выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, также охватывается составом административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 комментируемой статьи. Например, по указанной норме следует квалифицировать:

- несоблюдение водителем требований дорожного знака 4.3 "Круговое движение", повлекшее движение по дороге с круговым движением в направлении, прямо противоположном направлению, указанному стрелками, т.е. во встречном направлении;

- обгон механического транспортного средства в зоне действия дорожного знака 3.20 "Обгон запрещен" (за исключением случаев обгона тихоходных транспортных средств, а также гужевых повозок, мопедов и двухколесных мотоциклов без коляски), в том числе двигавшегося со скоростью менее 30 км/ч, но не являющегося по своим конструктивным особенностям тихоходным транспортным средством, и (или) сплошной линии разметки 1.1, 1.3, 1.11;

- действия водителя, который при повороте налево начал совершать маневр, не доехав до прерывистой линии разметки, и пересек сплошную линию разметки 1.1, выехав на полосу, предназначенную для встречного движения. При этом продолжительность движения по встречной полосе правового значения для квалификации не имеет. Однако состава рассматриваемого правонарушения не будет, если поворот налево или разворот были осуществлены в месте нанесения сплошной линии дорожной разметки 1.1 или 1.3 без выезда на полосу, предназначенную для встречного движения. Указанные действия водителя подлежат квалификации по ч. 2 ст. 12.16 КоАП РФ 1 ;

--------------------------------

1 Схему нарушения см. в Приложении N 9 к комментарию.

- движение по полосе для маршрутных транспортных средств, обозначенной дорожным знаком 5.14 "Полоса для движения маршрутных транспортных средств" и разметкой 1.23.1, навстречу общему потоку. Указанное нарушение следует отличать от выезда на полосу для движения маршрутных транспортных средств в направлении движения общественного транспорта, которое квалифицируется по ч. 1.1 ст. 12.17 КоАП РФ, а в случае совершения такого правонарушения в Москве или Санкт-Петербурге - по ч. 1.2 названной статьи Кодекса. Подобная ситуация может возникнуть, например, в результате нарушения требований дорожных знаков 4.1.3 "Движение налево" или 3.20 "Въезд запрещен" либо пересечения сплошной линии разметки 1.1, 1.3;

- движение по дороге с двусторонним движением в нарушение требований знака 5.15.7 "Направление движения по полосам", связанное с выездом на полосу, предназначенную для встречного движения, и (или) дорожной разметки 1.1, 1.3, 1.11, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений 1 .

--------------------------------

1 Типовые схемы нарушений Правил дорожного движения, квалифицируемых по ч. 4 комментируемой статьи, см. в Приложении N 9 к комментарию.

При применении положений ч. 4 комментируемой статьи следует иметь в виду, что наличие в действиях водителя признаков объективной стороны состава данного правонарушения не зависит от того, в какой момент выезда на полосу, предназначенную для встречного движения, транспортное средство располагалось на ней в нарушение Правил дорожного движения. Именно на это ориентирует суды Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 октября 2006 г. N 18. Аналогичная позиция выражена в Определении Конституционного Суда РФ от 7 декабря 2010 г. N 1570-О-О.

Так, если при выполнении маневра обгона водитель совершил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, в разрешенном месте (например, в зоне действия прерывистой линии дорожной разметки 1.6), затем проследовал по встречной полосе в зоне нанесения сплошной линии разметки 1.1 или 1.3 и завершил обгон в месте, где имелась прерывистая линия разметки, его действия подлежат квалификации по ч. 4 анализируемой статьи (см. Постановления Московского городского суда от 5 марта 2013 г. N 4А-166/13, от 11 сентября 2014 г. N 4а-2329/14).

Таким же образом следует квалифицировать действия водителя, который начал выполнять обгон в разрешенном месте, а при его завершении пересек сплошную линию разметки 1.1 или 1.3 либо нарушил требования дорожного знака 3.20 "Обгон запрещен".

11. Оценивая сферу применения положений ч. 4 рассматриваемой статьи, необходимо принять во внимание, что составом данного правонарушения не охватываются действия водителя, который в нарушение Правил дорожного движения допустил движение во встречном направлении не по дороге, а по прилегающей территории.

Согласно п. 1.2 Правил дорожного движения под прилегающей территорией понимается территория, непосредственно прилегающая к дороге и не предназначенная для сквозного движения транспортных средств (дворы, жилые массивы, автостоянки, АЗС, предприятия и т.п.). Движение по прилегающей территории осуществляется в соответствии с Правилами дорожного движения.

Показательным в этом отношении является дело П., рассмотренное Верховным Судом РФ.

Постановлением мирового судьи П. был привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ в виде лишения права управления транспортными средствами за то, что он осуществил въезд во двор дома с нарушением требований п. 8.6 Правил дорожного движения и дорожного знака 4.2.1 "Объезд препятствия справа".

При разрешении данного дела Верховный Суд РФ, проанализировав содержащиеся в п. 1.2 Правил дорожного движения определения понятий "дорога" и "прилегающая территория", отметил, что административная ответственность по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ наступает лишь в том случае, если движение во встречном направлении было осуществлено на дороге, но не на прилегающей к ней территории.

На этом основании Верховный Суд РФ пришел к выводу о том, что, поскольку в нарушение требований дорожного знака 4.2.1 "Объезд препятствия справа" П. допустил движение во встречном направлении на прилегающей территории (во дворе дома), его действия следует квалифицировать по общей норме ч. 1 ст. 12.16 КоАП РФ как несоблюдение требований, предписанных дорожными знаками и разметкой.

Однако переквалифицировать действия П. не представилось возможным, так как на момент рассмотрения жалобы заявителя в Верховном Суде РФ постановление мирового судьи было частично исполнено, в связи с чем, по мнению Верховного Суда РФ, наложение на П. административного штрафа по ч. 1 ст. 12.16 КоАП РФ противоречило бы ч. 5 ст. 4.1 КоАП РФ, согласно которой никто не может нести административную ответственность дважды за одно и то же административное правонарушение 1 .

--------------------------------

1 Постановление Верховного Суда РФ от 4 июля 2012 г. N 57-АД12-3.

12. При квалификации действий лица по ч. 4 комментируемой статьи особую значимость приобретают следующие положения, относящиеся к характеристике объективной стороны состава административного правонарушения.

Первое. При наличии в протоколе об административном правонарушении и приложенных к нему материалах дела сведений о нарушении водителем транспортного средства требований дорожного знака или линии разметки, повлекшем выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, ссылка на конкретный пункт Правил дорожного движения не является обязательной.

Например, указание в протоколе на сплошную линию разметки 1.3, в нарушение которой водитель осуществил выезд на полосу встречного движения, является достаточным для квалификации его действий по ч. 4 комментируемой статьи независимо от того, вменяется ли ему в вину нарушение п. 9.2 Правил дорожного движения 1 .

--------------------------------

1 См., например: Постановление Московского городского суда от 24 июля 2014 г. N 4а-1698/2014.

Второе. Поскольку диспозиция ч. 4 анализируемой статьи носит бланкетный характер, ее применению должен во всех случаях предшествовать факт установления конкретного пункта Правил дорожного движения, дорожного знака или линии разметки, нарушение которых повлекло выезд на полосу, предназначенную для встречного движения.

Следовательно, постановление о назначении административного наказания по ч. 4 комментируемой статьи не может быть вынесено, если в протоколе об административном правонарушении указаны только те пункты Правил дорожного движения, которые никаких запретов не устанавливают (например, п. п. 1.3 или 9.1), а из содержащегося в нем описания события правонарушения и других материалов дела, в частности из схемы административного правонарушения, неясно, имеется ли в действиях лица, привлекаемого к административной ответственности, нарушение требований какого-либо знака или разметки, запрещающих выезд на полосу, предназначенную для встречного движения.

Подобные ошибки, допущенные при составлении протокола, являются существенными, так как не позволяют установить событие правонарушения. В связи с этим при подготовке дела к рассмотрению такой протокол подлежит возвращению в орган, его составивший, для устранения недостатков (п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП РФ). Если же этого не будет сделано и судья, рассмотрев дело по существу, вынесет постановление о назначении административного наказания, то в случае его обжалования в вышестоящем суде данное постановление подлежит отмене, а производство по делу - прекращению на основании п. 4 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ в связи с недоказанностью обстоятельств правонарушения.

На практике встречаются и такие ситуации, когда в протоколе об административном правонарушении в вину лицу, привлекаемому к административной ответственности, вменяется нарушение конкретного пункта Правил дорожного движения, требования дорожного знака или линии дорожной разметки, содержащих запрет выезда на полосу, предназначенную для встречного движения, а в постановлении о назначении административного наказания ссылки на них отсутствуют.

Такие ошибки не могут быть исправлены на стадии пересмотра данного постановления путем внесения в него изменений с указанием того пункта Правил, по факту нарушения которого составлен протокол, поскольку при рассмотрении дела по существу вина лица в нарушении этого пункта не устанавливалась. Иное приводило бы к ухудшению положения лица, привлекаемого к административной ответственности, что согласно п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ недопустимо. В связи с этим следует иметь в виду, что если на момент рассмотрения жалобы срок давности привлечения к административной ответственности не истек, то постановление по делу об административном правонарушении подлежит отмене, а дело - возвращению на новое рассмотрение. В случае истечения срока давности привлечения к административной ответственности производство по делу подлежит прекращению на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Третье. Субъект, рассматривающий дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 комментируемой статьи, не вправе выйти за пределы обвинения, предъявленного лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, при составлении протокола об административном правонарушении, и вменить ему в вину совершение того правонарушения, описание которого материалы дела не содержат. В связи с этим наличие в постановлении о назначении административного наказания дополнительных ссылок на пункты Правил, которые в протоколе об административном правонарушении не указаны, возможно лишь в том случае, если они приводятся в целях обоснования вывода о виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, и не изменяют объем предъявленного ему обвинения.

Так, по одному из дел мировой судья установил, что У., следуя в зоне с ограниченной видимостью, в конце подъема произвел обгон транспортного средства, двигавшегося в попутном направлении, при этом пересек сплошную линию дорожной разметки 1.1 и выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, нарушив своими действиями п. п. 1.3, 11.4 Правил дорожного движения и совершив тем самым административное правонарушение, предусмотренное ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. Судья районного суда оставил данное постановление без изменения.

В жалобе, поданной в Московский городской суд, заявитель просил об отмене названных судебных актов, ссылаясь на то, что мировой судья расширил объем предъявленного ему обвинения, сославшись в своем постановлении на п. 11.4 Правил, указание на который в материалах дела отсутствует.

Оставляя жалобу У. без удовлетворения, суд исходил из того, что мировой судья не вменил ему нарушение данного пункта Правил, а сослался на его положения, обосновывая свой вывод при оценке доводов У. 1 .

--------------------------------

1 Постановление Московского городского суда от 29 октября 2010 г. N 4а-2843/10.

По другому аналогичному делу мировым судьей было установлено, что В. совершил обгон впереди движущегося транспортного средства в нарушение требований п. 11.4 Правил дорожного движения и дорожного знака 3.20 "Обгон запрещен". Постановлением мирового судьи, оставленным в силе решением судьи районного суда, В. был привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.

Не согласившись с данными судебными актами, В. обратился с жалобой в Московский городской суд, указывая на то, что в протоколе об административном правонарушении ему вменено нарушение дорожного знака 3.20 и п. 1.3 Правил, который никаких запретов не содержит, а п. 11.4, на который судебные инстанции сослались в своих решениях, в нем не указан.

Отказывая в удовлетворении жалобы В., суд исходил из того, что отсутствие в протоколе об административном правонарушении указания на нарушение им п. 11.4 Правил не повлияло на доказанность его вины в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, поскольку в протоколе и состоявшихся по делу судебных актах в вину В. вменено нарушение требования дорожного знака 3.20 "Обгон запрещен", повлекшее выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, что является квалифицирующим признаком состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.

На этом основании суд сделал вывод, что дополнительное указание в судебном постановлении на п. 11.4 Правил не расширило объем предъявленного В. обвинения 1 .

--------------------------------

1 Постановление Московского городского суда от 29 октября 2010 г. N 4а-3078/40.

Четвертое. Если при рассмотрении дела об административном правонарушении будет установлено, что указанные в протоколе об административном правонарушении пункты Правил дорожного движения, требования дорожного знака и (или) дорожной разметки хотя и подпадают под действие ч. 4 комментируемой статьи, но не соответствуют описанному в протоколе событию, то ничто не препятствует судье, органу или должностному лицу, рассматривающим дело, вынести постановление о назначении административного наказания, признав данное лицо виновным в нарушении именно того пункта Правил, требования дорожного знака или разметки, которые соответствуют обстоятельствам совершенного им деяния, отраженным в материалах дела и достаточным для квалификации по указанной норме.

Такой вывод следует из разъяснения, содержащегося в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", согласно которому право окончательной квалификации состава административного правонарушения принадлежит судье, органу или должностному лицу, рассматривающим дело.

Приведенное положение наиболее востребовано в тех случаях, когда в протоколе об административном правонарушении в вину лицу вменяется нарушение положений п. 9.2 Правил дорожного движения, запрещающего при движении по дороге, имеющей не менее двух полос для движения в каждом направлении, совершать обгон с выездом на полосу, предназначенную для встречного движения, а из схемы административного правонарушения, рапортов сотрудников полиции и иных материалов дела усматривается, что противоправный выезд на полосу встречного движения не был связан с выполнением обгона, а был совершен в нарушение требований дорожной разметки 1.3 или п. 8.6 Правил дорожного движения либо обгон был совершен в нарушение п. 11.4 Правил.

Например, постановлением мирового судьи, оставленным в силе решением судьи районного суда, П. был привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ за то, что, осуществляя движение по Б. переулку, в нарушение требований п. 9.2 Правил дорожного движения и сплошной линии дорожной разметки 1.3, совершил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения.

Московский городской суд, рассмотрев жалобу П. на указанные постановления, установил, что П., следуя по Б. переулку в левой полосе по дороге с двусторонним движением, имеющей две полосы для движения в каждом направлении, совершил поворот налево в месте, где это не запрещено ПДД РФ, но затем, вновь выезжая на Б. переулок, при повороте налево совершил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, в месте, где имелась дорожная разметка 1.3, и проследовал по встречной полосе, после чего пересек указанную разметку и вернулся на свою полосу движения.

Как отметил суд, выполненный П. маневр не был связан с нарушением п. 9.2 Правил дорожного движения, в связи с чем квалификация его действий как нарушение данного пункта Правил в протоколе об административном правонарушении и в обжалуемых судебных актах является неверной. В то же время выезд на полосу встречного движения П. совершил в нарушение п. 8.6 ПДД РФ и дорожной разметки 1.3, которые также подпадают под действие ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.

На этом основании и принимая во внимание, что описанное в протоколе об административном правонарушении событие правонарушения соответствовало диспозиции ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, суд признал, что неверное указание в протоколе п. 9.2 Правил не повлияло на правильность вывода судебных инстанций о наличии в действиях П. состава административного правонарушения, предусмотренного вменяемой ему нормой.

При этом суд подчеркнул, что отсутствие в протоколе об административном правонарушении ссылки на нарушение П. п. 8.6 ПДД РФ не может повлечь отмену состоявшихся по делу судебных решений, так как описанного в нем события правонарушения достаточно для квалификации действий П. по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах жалоба П. была оставлена без удовлетворения 1 .

--------------------------------

1 Постановление Московского городского суда от 11 апреля 2012 г. N 4а-03/12.

Особое внимание следует обратить на то, что установление вины лица, привлекаемого к административной ответственности, в несоблюдении требований знаков или разметки, запрещающих выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, сведения о которых в протоколе об административном правонарушении отсутствуют, не исключает возможности привлечения указанного лица к административной ответственности за данное нарушение, если сведения о наличии в месте такого выезда соответствующего знака или разметки отражены на схеме административного правонарушения, являющейся приложением к протоколу.

Так, по делу Х., рассмотренному Московским городским судом, было установлено, что в протоколе об административном правонарушении в вину Х. вменялось нарушение требований п. п. 8.6, 9.2 Правил дорожного движения, тогда как постановлением мирового судьи он был признан виновным в нарушении п. 9.2 Правил и дорожной разметки 1.3, сведения о которой в протоколе отсутствовали.

Оставляя жалобу Х. без удовлетворения, суд отметил следующее.

Несмотря на обязательность указания в протоколе об административном правонарушении наряду с другими сведениями, перечисленными в ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ, конкретных пунктов Правил дорожного движения, дорожных знаков и линий разметки, нарушенных лицом, в отношении которого составлен данный протокол, право окончательной юридической квалификации действий (бездействия) лица, привлекаемого к административной ответственности, КоАП РФ относит к полномочиям судьи, рассматривающего дело.

Как усматривается из содержания постановления мирового судьи, в ходе судебного разбирательства нарушение Х. требований п. 8.6 Правил дорожного движения не было установлено, в связи с чем названный пункт Правил мировой судья не вменил ему в вину, исключив из объема предъявленного обвинения.

В то же время мировой судья пришел к обоснованному выводу о нарушении Х. п. 9.2 Правил и дорожной разметки 1.3, подпадающем под действие ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. При этом мировой судья правомерно исходил из того, что отсутствие в протоколе об административном правонарушении указания на дорожную разметку 1.3 не исключает возможность привлечения Х. к административной ответственности за данное нарушение по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, так как сведения о том, что на участке дороги, относящемся к месту совершения административного правонарушения, такая разметка имелась, отражены на схеме административного правонарушения, являющейся приложением к протоколу.

Что касается нарушения Х. требования п. 9.2 Правил, то, как указал суд, в протоколе об административном правонарушении оно надлежащим образом описано. В нем, в частности, отражено, что выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, он совершил при обгоне транспортного средства. При этом из схемы административного правонарушения усматривается, что Х. осуществлял движение по дороге, имеющей более двух полос для движения в каждом направлении. С учетом изложенного отсутствие на схеме административного правонарушения указания на то, что выезд на полосу встречного движения Х. совершил при выполнении обгона, на законность и обоснованность постановления мирового судьи не влияет.

Таким образом, при рассмотрении данного дела мировой судья не вышел за пределы обвинения, предъявленного Х. на стадии возбуждения дела об административном правонарушении, и правильно квалифицировал его действия по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ 1 .

--------------------------------

1 Постановление Московского городского суда от 24 июля 2014 г. N 4а-1698/2014.

Пятое. В случаях когда значения дорожных знаков, в том числе временных, размещаемых на переносной опоре, и линий горизонтальной разметки противоречат друг другу либо разметка недостаточно различима, водители должны руководствоваться дорожными знаками ( разд. 1 приложения N 2 к Правилам дорожного движения). Исходя из этого действия водителя, совершившего выезд на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, в результате нарушения требований дорожного знака, противоречащего требованиям дорожной разметки, должны квалифицироваться по ч. 4 рассматриваемой статьи.

Например, при наличии в зоне действия дорожного знака 3.20 "Обгон запрещен" прерывистой линии разметки 1.5 водители должны руководствоваться требованиями знака. Водитель, совершивший обгон в зоне действия данного знака через прерывистую линию разметки, подлежит административной ответственности по ч. 4 комментируемой статьи 1 . Административная ответственность по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ наступает и в том случае, когда выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, был совершен в результате нарушения требований временной дорожной разметки, противоречащей линии постоянной разметки, поскольку при наличии противоречий между линиями постоянной и временной дорожной разметки предпочтение должно отдаваться последней.

--------------------------------

1 До внесения изменений в Правила дорожного движения, установивших приоритет всех знаков перед разметкой ( Постановление Правительства РФ от 10 мая 2010 г. N 316), в судебной практике преобладала точка зрения о том, что подобные действия водителей не являются административно наказуемыми, поскольку никаких противоречий между постоянными знаками и разметкой быть не должно.

Шестое. Если дорожный знак или линия разметки, запрещающие выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, не соответствуют требованиям государственного стандарта, водитель может быть освобожден от административной ответственности по ч. 4 анализируемой статьи лишь при условии, что данное нарушение привело к недоступности знака для обозрения участниками дорожного движения.

Общие требования, предъявляемые к порядку применения дорожных знаков и линий разметки, в том числе правила установки знаков, определены ГОСТ Р 52289-2004. В соответствии с названным ГОСТом все знаки, устанавливаемые на дорогах, должны размещаться таким образом, чтобы они не были закрыты какими-либо препятствиями (рекламой, зелеными насаждениями, опорами наружного освещения и т.п.); расстояние видимости знака должно быть не менее 100 м; знаки должны устанавливаться непосредственно перед перекрестком, местом разворота, объектом сервиса и т.д., а при необходимости - на расстоянии не более 25 м в населенных пунктах и 50 м вне населенных пунктов перед ними; знаки, вводящие ограничения и режимы, устанавливаются в начале участков, где это необходимо, а отменяющие ограничения и режимы - в конце.

Кроме того, в зависимости от принадлежности дорожного знака к той или иной группе в разд. 5 ГОСТ Р 52289-2004 предусмотрены высота установки конкретных знаков, расстояние от края проезжей части до ближайшего к ней края знака, порядок применения повторных и дублирующих знаков, расстояния установки знаков в населенных пунктах и вне их и т.д. Например, расстояние от края проезжей части (при наличии обочины - от бровки земляного полотна) до ближайшего к ней края знака 3.20 "Обгон запрещен", установленного сбоку от проезжей части, должно быть 0,5 - 2,0 м; высота установки данного знака должна быть:

- от 1,5 до 3,0 м - при установке его сбоку от проезжей части вне населенных пунктов, от 2,0 до 4,0 м - в населенных пунктах;

- от 0,6 до 1,5 м - при установке на приподнятых направляющих островках, приподнятых островках безопасности и на проезжей части (на переносных опорах);

- от 5,0 до 6,0 м - при размещении над проезжей частью.

В случае размещения знака на пролетных строениях искусственных сооружений, расположенных на высоте менее 5,0 м от поверхности дорожного покрытия, он не должен выступать за их нижний край.

На дорогах с двумя и более полосами движения в одном направлении дорожный знак 3.20 "Обгон запрещен", установленный справа от проезжей части, должен иметь дублирующий знак.

На практике имеются примеры, когда существенное отступление от требований указанного ГОСТа при применении дорожных знаков или разметки, не позволившее водителю выполнить его предписание, являлось основанием для прекращения производства по делу об административном правонарушении на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Однако они единичны, так как в большинстве случаев подобные ссылки лица, привлекаемого к административной ответственности, объективно ничем не подтверждены, в связи с чем оснований сомневаться в соответствии дорожного знака или разметки требованиям к их эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения, не имеется и производство по делу не может быть прекращено.

Например, мировым судьей было установлено, что Л. произвел выезд на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, при этом пересек линию дорожной разметки 1.1, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений в нарушение требований п. 1.3 Правил дорожного движения. На этом основании постановлением мирового судьи, оставленным в силе решением судьи районного суда, Л. был привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.

Московский городской суд, отменяя состоявшиеся по делу решения, указал следующее.

Как усматривается из схемы дислокации дорожных знаков и дорожной разметки, на участке дороги, относящемся к месту совершения вменяемого Л. правонарушения, нанесена сплошная линия дорожной разметки 1.1. Между тем на представленных Л. фотографиях места правонарушения видно, что разметка 1.1 на указанном участке дороги не соответствует требованиям ГОСТа, так как стерта и практически не просматривается. Из ответа регионального дорожного управления ГУ "Мосавтодор" следует, что работы по разметке (на указанном участке автодороги) проезжей части указанной автодороги выполнялись подрядной организацией более чем за полгода до даты произошедшего. В нем также отмечено, что при высокой интенсивности движения на данном участке дороги срок службы дорожной разметки проезжей части, нанесенной краской, составляет 3 - 6 месяцев. Таким образом, факт нарушения Л. дорожной разметки 1.1 с достоверностью установлен не был.

Учитывая, что в силу ч. 4 ст. 1.5 КоАП РФ все неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица, довод Л. о его невиновности был признан заслуживающим внимания.

При таких обстоятельствах производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, было прекращено в связи с отсутствием в действиях Л. состава административного правонарушения 1 .

--------------------------------

1 Постановление Московского городского суда от 10 ноября 2009 г. N 4а-2877/09.

Для сравнения приведем другой пример.

Постановлением мирового судьи, оставленным в силе решением судьи районного суда, С. был привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ за то, что он, осуществляя движение по автодороге, в нарушение требования дорожного знака 3.20 "Обгон запрещен" совершил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения.

В жалобе, поданной в Челябинский областной суд, С. ссылался на незаконность и необоснованность названных судебных актов, указывая на то, что дорожный знак 3.20 "Обгон запрещен" был установлен с нарушением требований ГОСТа.

Оставляя жалобу С. без удовлетворения, областной суд отметил следующее.

В соответствии с п. 5.4.21 ГОСТ Р 52289-2004 знак 3.20 устанавливают на участках дорог с необеспеченной видимостью встречного автомобиля, зона действия знака в этом случае определяется протяженностью опасного участка.

Согласно проекту организации дорожного движения, согласованному с органом ГИБДД и действующему на день совершения вменяемого С. административного правонарушения, на указанном в протоколе участке автомобильной дороги дорожный знак 3.20 "Обгон запрещен" был установлен в направлении движения автомобиля под управлением С. за 2 км до места совершения противоправного деяния и демонтирован спустя несколько дней после этого.

Из представленных по делу доказательств, в том числе дислокации дорожных знаков и дорожной разметки, усматривается, что на участке дороги, относящемся к месту совершения административного правонарушения, действие дорожного знака 3.20 "Обгон запрещен" не прерывалось, в связи с чем введенный им запрет на совершение маневра обгона действовал и в указанном месте. Оснований сомневаться в соответствии данного знака требованиям к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения, у судей не имелось 1 .

--------------------------------

1 Постановление Челябинского областного суда от 23 октября 2012 г. N 4а11-888.

Таким образом, в первом случае совокупность собранных по делу доказательств являлась достаточной для вывода о том, что в месте противоправного выезда Л. на полосу встречного движения дорожная разметка, нарушение требований которой послужило основанием для привлечения его к административной ответственности по ч. 4 комментируемой статьи, не соответствовала требованиям ГОСТа, так как стерлась и своевременно не была обновлена, а во втором - факт несоответствия дорожного знака требованиям ГОСТа, не позволившего С. выполнить его предписание, на что он указывал в жалобе, не нашел своего подтверждения в материалах дела.

Аналогичный подход к решению данного вопроса прослеживается и в практике других региональных судов по делам об административных правонарушениях.

Например, Санкт-Петербургский городской суд, рассмотрев жалобу А., привлеченного к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ за нарушение требований дорожной разметки 1.1, повлекшее выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, отклонил довод заявителя о несоответствии данной разметки требованиям ГОСТа ввиду ее износа, в обоснование которого А. ссылался на ответ Департамента организации дорожного движения, полученный при рассмотрении его жалобы в нижестоящем суде.

Отвергая приведенный довод, суд исходил из того, что наличие на участке дороги, относящемся к месту совершения правонарушения, дорожной разметки 1.1 отражено инспектором ДПС в протоколе об административном правонарушении и рапорте, а также подтверждается показаниями указанного инспектора в суде.

В то же время суд не принял в качестве доказательства невиновности А. ответ Департамента организации дорожного движения о несоответствии на данном участке дороги дорожной разметки 1.1 требованиям ГОСТа ввиду ее износа, обратив внимание на то, что содержащиеся в нем сведения относятся к более поздней дате, чем дата совершения А. противоправного деяния. Как указал суд, представленный ответ не свидетельствует о несоответствии дорожной разметки требованиям ГОСТа на момент совершения А. административного правонарушения.

При таких обстоятельствах жалоба А. была оставлена без удовлетворения 1 .

--------------------------------

1 Постановление Санкт-Петербургского городского суда от 12 апреля 2012 г. N 4а-415/12. См. также: Постановления Московского городского суда от 5 июня 2012 г. N 4а-1010/12, от 14 января 2013 г. N 4а-3150/12.

Седьмое. Фактическое наличие на участке дороги, относящемся к месту совершения административного правонарушения, дорожного знака или разметки, доступных для обозрения, обязывает водителя в силу п. 1.3 Правил дорожного движения соблюдать их требования независимо от того, имеются ли они на утвержденной в установленном порядке схеме дислокации дорожных знаков и разметки. Следовательно, в случае нарушения водителем требований такого знака или разметки, повлекшего выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, его действия подлежат квалификации по ч. 4 комментируемой статьи (см., например: Постановления Московского городского суда от 30 января 2012 г. N 4а-3317/11, от 8 ноября 2013 г. N 4а-2238/13, от 14 апреля 2014 г. N 4а-624/14, от 1 декабря 2014 г. N 4а-3622/14).

Восьмое. Как показывает практика, одним из наиболее распространенных видов нарушений, квалифицируемых по ч. 4 рассматриваемой статьи, является выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, для обгона или объезда транспортного средства, движущегося в попутном направлении, в нарушение требования п. 9.2 Правил дорожного движения, устанавливающего запрет такого выезда на дорогах с двусторонним движением, имеющих не менее четырех полос.

В большинстве случаев совершение данного правонарушения сопровождается пересечением двойной сплошной линии дорожной разметки 1.3, которая применяется на дорогах с интенсивным движением для разделения транспортных потоков противоположных направлений. Однако не исключены и такие ситуации, когда на участке дороги, относящемся к месту совершения правонарушения, разделительная полоса, обозначенная разметкой 1.3, отсутствует либо неразличима, например, из-за снежного покрова, загрязнения, большого износа и т.п. В этом случае невыполнение п. 9.2 Правил дорожного движения также должно квалифицироваться по ч. 4 комментируемой статьи, так как наличие знаков и (или) разметки, определяющих количество полос движения, не является обязательным и, если их нет, последнее должно определяться самим водителем с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом в силу п. 9.1 Правил дорожного движения под стороной дороги, предназначенной для встречного движения, на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы понимается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Таким образом, чтобы обосновать наличие рассматриваемого состава, необходимо проанализировать, по какой именно дороге осуществлялось движение, каковы ее ширина, ширина ее проезжей части и из каких элементов она состоит (в частности, имеются ли на ней какие-либо уширения, полоса для движения маршрутных транспортных средств, трамваев и т.д.). Все перечисленные обстоятельства подлежат обязательному выяснению в ходе производства по делу об административном правонарушении.

Показательным в этом отношении является дело Н., привлеченного к административной ответственности за то, что при движении по объездной дороге он совершил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, в нарушение требования п. 9.2 Правил дорожного движения (на момент совершения данного правонарушения указанные действия квалифицировались по ч. 3 ст. 12.15 КоАП РФ), в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие.

Признавая Н. виновным, мировой судья исходил из того, что дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля под его управлением произошло на участке объездной (грунтовой) дороги, не имеющей дорожной разметки. При этом мировой судья сослался на схему ДТП, из которой усматривалось, что общая ширина проезжей части объездной дороги с двусторонним движением составляет 27 м, т.е. имеет более четырех полос движения.

Верховный Суд РФ с таким выводом мирового судьи не согласился, указав следующее. Поскольку объездная (грунтовая) дорога, по смыслу п. 1.2 Правил дорожного движения, является полосой земли, приспособленной и используемой для движения транспортных средств, при разрешении настоящего дела мировым судьей подлежал выяснению вопрос о фактическом количестве приспособленных и используемых для движения транспортных средств полос движения на проезжей части такой дороги, который в ходе судебного разбирательства исследован не был.

Суд также отметил, что согласно представленной в материалы дела фотографии на участке объездной (грунтовой) дороги, где произошло ДТП, имеются две полосы, приспособленные для движения транспортных средств (по одной в каждом направлении). Вместе с тем указанное доказательство, приобщенное к материалам дела, в нарушение требований ст. 26.11 КоАП РФ какой-либо оценки в постановлении мирового судьи не получило.

С учетом изложенного судебная инстанция констатировала, что выводы мирового судьи о наличии в действиях Н. состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.15 КоАП РФ, являются преждевременными.

При таких обстоятельствах постановление мирового судьи и решение судьи районного суда об оставлении данного постановления были отменены.

Однако исправить допущенное нарушение путем направления дела на новое рассмотрение мировому судье или судье районного суда не представилось возможным, так как на момент рассмотрения жалобы в Верховном Суде РФ срок давности привлечения к административной ответственности, установленный в ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел, уже истек. В связи с этим производство по делу было прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ 1 .

--------------------------------

1 Постановление Верховного Суда РФ от 24 июля 2007 г. N 89-Ад07-5.

13. При решении вопроса о наличии в действиях лица состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 рассматриваемой статьи, следует иметь в виду, что обгон в зоне действия знака 3.20 "Обгон запрещен" тихоходных транспортных средств не является административно наказуемым при отсутствии иных запретов, предусмотренных Правилами дорожного движения (например, п. 11.4 Правил).

Кроме того, обгон тихоходных транспортных средств не может быть квалифицирован по ч. 4 анализируемой статьи в случаях, когда:

- в зоне действия дорожного знака 3.20 имеется дорожная разметка 1.1 или 1.11;

- водитель произвел обгон транспортного средства, для которого заводом-изготовителем установлена максимальная скорость не более 30 км/ч, в том числе при отсутствии на нем опознавательного знака, информирующего участников дорожного движения о принадлежности данного транспортного средства к тихоходным транспортным средствам.

Действия водителя, совершившего в зоне действия знака 3.20 "Обгон запрещен" обгон механического транспортного средства, двигавшегося со скоростью не более 30 км/ч, но не являющегося по своим конструктивным особенностям тихоходным транспортным средством, подлежат квалификации по ч. 4 комментируемой статьи ( п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 октября 2006 г. N 18).

14. Объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 комментируемой статьи, образуют и такие действия водителя, который при повороте налево начал совершать маневр, не доехав до прерывистой линии разметки, и пересек сплошную линию разметки 1.1 или 1.3, выехав на полосу, предназначенную для встречного движения. Однако в случае, если указанные действия не повлекли выезд на полосу встречного движения, содеянное надлежит квалифицировать по ч. 2 ст. 12.16 КоАП РФ.

15. Часть 5 комментируемой статьи предусматривает повышенную ответственность за деяние, предусмотренное ч. 4 данной статьи, совершенное повторно. Характеристику признака повторности см. в комментарии к ч. 1.1 ст. 12.1 КоАП РФ.

16. Составы рассматриваемых правонарушений являются формальными: административная ответственность наступает за нарушения правил расположения транспортных средств на проезжей части, встречного разъезда или обгона независимо от того, нанесен ли в результате их совершения реальный ущерб правам участников дорожного движения.

17. При назначении административного наказания за правонарушения, предусмотренные ч. ч. 4 и 5 комментируемой статьи, надлежит учитывать, что они могут быть отнесены к малозначительным, а виновные в их совершении лица - освобождены от административной ответственности на основании ст. 2.9 КоАП РФ лишь в исключительных случаях, поскольку выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, создает повышенную угрозу жизни и здоровью граждан независимо от размера вреда, наступления последствий и их тяжести.

Например, в судебной практике признается возможным освобождение от административной ответственности в связи с малозначительностью правонарушения в случае наезда одним колесом транспортного средства на сплошную линию дорожной разметки, разделяющую транспортные потоки противоположных направлений, а в отдельных случаях - также в случае выезда колесом транспортного средства за такую линию, который не повлек каких-либо вредных последствий и не создал помех иным участникам дорожного движения.

18. Если действия водителя, нарушившего правила расположения транспортного средства на проезжей части, в том числе совершившего выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, в нарушение Правил дорожного движения, обусловлены предшествовавшим этому противоправным поведением иных участников движения, создавших для него препятствия, в силу которых указанный водитель был лишен технической возможности остановить свой автомобиль или совершить маневр, необходимый для избежания дорожно-транспортного происшествия, не нарушая требований Правил, он может быть освобожден от административной ответственности в связи с крайней необходимостью. Оговоримся сразу, что вероятность такой ситуации очень мала, так как в силу п. 10.1 Правил дорожного движения водитель должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, что особенно важно при движении в условиях темного времени суток или недостаточной видимости. И все же, если подобная ситуация возникает, действия водителя административным правонарушением не являются и расцениваются по правилам крайней необходимости.

Так, постановлением должностного лица Г. был привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, а именно за то, что он не выполнил требования п. 9.1 Правил дорожного движения и при возникновении опасности выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем под управлением водителя К., двигавшимся во встречном направлении и совершавшим маневр возврата со встречной полосы на свою полосу движения.

Районный и областной суды, оставляя данное постановление без изменения, исходили из того, что в сложившейся ситуации Г. должен был действовать в соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения, а именно: при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, водитель должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Верховный Суд РФ состоявшиеся по делу решения отменил в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, в ходе производства по делу об административном правонарушении Г. последовательно утверждал, что выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, чтобы избежать лобового столкновения с двигавшимся ему навстречу по его полосе движения автомобилем, на котором в темное время суток не горели световые приборы и габаритные огни. При этом выехать на обочину дороги он не мог, поскольку на обочине находился столб, а за ним дерево. Предвидеть траекторию движения автомобиля, двигавшегося ему навстречу, он также не мог.

Из объяснений второго участника дорожно-транспортного происшествия К. усматривается, что он совершил выезд на полосу встречного движения, осуществил движение по левой (встречной для себя) полосе, а также по обочине, после чего резко повернул вправо на свою полосу движения, где произошло касательное столкновение с автомобилем под управлением Г. При этом К. указал на неисправность световых приборов на своем автомобиле, подтвердив показания Г. в этой части.

Вышеизложенная траектория движения обоих транспортных средств подтверждается и схемой места совершения административного правонарушения, из которой также следует, что ширина проезжей части в месте дорожно-транспортного происшествия составляет 6 м, по одной полосе в каждом направлении, на обочине шириной 3 м по полосе движения автомобиля зафиксированы дерево и столб.

Как указал Верховный Суд РФ, вывод судебных инстанций о том, что Г. должен был руководствоваться п. 10.1 Правил, является в принципе правомерным. Однако утвердительно сказать, что снижение Г. скорости движения автомобиля, а также остановка транспортного средства при описанных выше событиях могли бы предотвратить столкновение автомобилей, не представляется возможным.

С учетом изложенного следует признать, что, выезжая на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, Г. действовал в целях предотвращения лобового столкновения автомобилей, то есть в состоянии крайней необходимости.

При таких обстоятельствах производство по данному делу об административном правонарушении было прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с действием лица в состоянии крайней необходимости 1 .

--------------------------------

1 Постановление Верховного Суда РФ от 16 августа 2011 г. N 16-АД11-8.

Таким образом, в приведенном примере Верховный Суд РФ, установив, что аварийная ситуация была вызвана не Г., а другим участником дорожного движения, в результате действий которого Г. не смог бы однозначно избежать столкновения даже в случае остановки автомашины в соответствии с требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения, сделал вывод об отсутствии оснований для привлечения Г. к административной ответственности.

19. Субъектом рассматриваемых правонарушений являются водители транспортных средств. При решении вопроса об административной ответственности по ч. ч. 1 - 4 и ч. 5 (за исключением случаев фиксации административного правонарушения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи) анализируемой статьи отсутствие у водителя права управления транспортными средствами правового значения не имеет.

О квалификации действий водителя, не имеющего права управления транспортными средствами, в случае совершения им административного правонарушения, предусмотренного ч. 5 данной статьи (за исключением случаев фиксации административного правонарушения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи), устанавливающей в качестве единственного основного наказания лишение права управления транспортными средствами, см. п. 17 комментария к ст. 12.2 КоАП РФ.

20. Протоколы о комментируемых правонарушениях составляются должностными лицами органов внутренних дел ( ч. 1, п. 1 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ).

Дела об административных правонарушениях, предусмотренных ч. ч. 1 - 4 и ч. 5 (в случае фиксации административного правонарушения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи) анализируемой статьи, рассматриваются начальником ГИБДД, его заместителем, начальником центра автоматизированной фиксации административных правонарушений в области дорожного движения ГИБДД, его заместителем, командиром полка (батальона, роты) дорожно-патрульной службы, его заместителем, а ч. ч. 1 - 3 - также сотрудниками государственной инспекции безопасности дорожного движения, имеющими специальное звание ( ст. 23.3 КоАП РФ).

Дела об административных правонарушениях по ч. 4 комментируемой статьи могут рассматриваться судьями судов общей юрисдикции в случае, если должностное лицо, на рассмотрение которого поступило такое дело, придет к выводу о необходимости назначения административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, которое может быть применено только в судебном порядке, и передаст его (данное дело) на рассмотрение судье ( ч. 2 ст. 23.1 КоАП РФ). При этом судья, установив состав административного правонарушения, вправе назначить любое наказание в пределах санкции ч. ч. 4 или 5 ст. 12.15 КоАП РФ, подлежащей применению в конкретном деле.

Дела об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 5 комментируемой статьи, рассматриваются только судьями судов общей юрисдикции (ч. 1 ст. 23.1 КоАП РФ).

По общему правилу дела, подведомственные судьям судов общей юрисдикции, рассматриваются мировыми судьями.

Судьи районных судов рассматривают такие дела лишь в том случае, если по делу проводилось административное расследование ( абз. 2 ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ) (о понятии административного расследования см. п. 13 комментария к ст. 12.1 КоАП РФ).

На практике объективная необходимость в назначении административного расследования по делам об административных правонарушениях, предусмотренных анализируемой статьей, возникает крайне редко, например в случае совершения дорожно-транспортного происшествия и необходимости установления обстоятельств произошедшего и (или) сведений о лицах, явившихся его участниками.

В случае когда после вынесения определения о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования никаких процессуальных действий не было совершено, т.е. когда административное расследование фактически не проводилось, данное дело, переданное на рассмотрение судье районного суда, подлежит направлению на рассмотрение мировому судье по месту совершения административного правонарушения, о чем на основании п. 5 ч. 1 ст. 29.4 КоАП РФ выносится соответствующее определение ( подп. "а" п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. N 5).

21. Постановления по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ч. ч. 1 - 4 и 5 (в случае рассмотрения дела органом ГИБДД) комментируемой статьи, не могут быть вынесены по истечении двух месяцев со дня совершения административного правонарушения. Постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. ч. 4 (в случае передачи такого дела на рассмотрение судье) и 5 (за исключением случая фиксации административного правонарушения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи) данной статьи, не может быть вынесено по истечении трех месяцев со дня совершения административного правонарушения.

22. Днем совершения указанных правонарушений следует считать день их обнаружения (пресечения) уполномоченным должностным лицом.

23. Место совершения комментируемых правонарушений определяется местом их обнаружения уполномоченным должностным лицом. Например, в случае выявления административного правонарушения с использованием специального технического средства, работающего в автоматическом режиме, имеющего функции фото- и киносъемки, видеозаписи, местом совершения данного правонарушения будет считаться место установки соответствующего средства фото- или видеофиксации.


Ольга Викторовна Панкова, кандидат юридических наук, доцент, судья Московского городского суда.





МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ