СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТИЗА (ЭКСПЕРТНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ): ОШИБКИ НАЗНАЧЕНИЯ И ПРОИЗВОДСТВА СУДЕБНЫХ ФОНОСКОПИЧЕСКИХ ЭКСПЕРТИЗ

Е.И. ГАЛЯШИНА

Круг доказательств, содержащих речевые сообщения, сегодня значительно расширен. Звучащая речь и акустическая обстановка, зафиксированные на материальном носителе (фонограмме), играют значительную роль для установления фактов и обстоятельств, имеющих значение доказательств в судопроизводстве.

Спецификой фонограмм как доказательств является необходимость применения специальных знаний для проверки подлинности, достоверности, а зачастую и относимости к делу записанной на фонограмме информации, а потому в большинстве случаев назначается судебная фоноскопическая экспертиза <1>.

--------------------------------

<1> Термин "фоноскопическая экспертиза" закреплен в нормативных правовых актах МВД, ФСКН России для обозначения самостоятельного рода судебных экспертиз.

На разрешение экспертизы обычно выносятся вопросы, позволяющие идентифицировать участников записанных переговоров по их голосу и речи, установить дословное содержание разговоров, атрибутировать реплики по их принадлежности участникам разговоров, диагностировать аутентичность фонограммы, выявить признаки копирования, монтажа, иных изменений, привнесенных в фонограмму в процессе ее записи или перезаписи, диагностировать акустическую обстановку в момент производства звукозаписи и т.д.

Вопрос о назначении фоноскопической экспертизы решается судом, органами дознания, следственными органами исходя из материалов и обстоятельств дела, а также необходимости применения специальных знаний в области криминалистической фоноскопии. Результаты фоноскопического экспертного исследования фиксируются в соответствии с установленным законом процессуальным порядком и оформляются как письменное заключение эксперта.

Эксперт обязан давать свое заключение на основе личного и непосредственного исследования фонограмм, с использованием сведений, содержащихся в материалах уголовного дела, относящихся к предмету экспертизы.

Эксперт, производящий фоноскопическую экспертизу, должен обладать синтетическим знанием, которое формируется путем интеграции и адаптации для целей доказывания базовых знаний из различных отраслей науки и техники (криминалистики, акустики, лингвистики, речеведения, психологии, радиотехники и т.д.).

Учитывая значение результатов фоноскопических экспертиз для установления фактов, имеющих значение доказательств, существенно повышается ответственность экспертов за проведение полного и всестороннего исследования фонограмм и дачу объективного и научно обоснованного заключения по вопросам, входящим в их компетенцию. В то же время, как показывает экспертная и судебная практика, заключения фоноскопической экспертизы не лишены экспертных ошибок.

Причины ошибок экспертов, производящих фоноскопические экспертизы, могут быть объективными (отсутствие разработанных методик исследования фонограмм, применение для новых объектов устаревших методов, несовершенство используемых экспертных методов; отсутствие полных данных, характеризующих идентификационную и диагностическую значимость признаков, вариационность и неустойчивость их отображений в звуковых следах и др.). Экспертные ошибки нередко могут быть следствием также субъективных причин (профессиональная некомпетентность, упущения эксперта, небрежность, поверхностное или неполное исследование, несоблюдение требований методик, игнорирование существенных свойств и признаков объектов).

Особенностью фоноскопической экспертизы, отличающей ее от иных родов и видов судебных экспертиз, как известно, является использование слухового восприятия эксперта и метода аудитивного анализа фонограмм, во многом зависящих от чувствительности слухового аппарата эксперта. Поэтому ошибки могут быть вызваны недостатками слуховой перцепции или специфическими чертами личности конкретного эксперта, следствием его неопытности, слабой фонетической подготовки, повышенной внушаемости, недостатками слуховой чувствительности, тревожным эмоциональным состоянием и т.д. На ошибочность заключения эксперта может повлиять некритическое осмысление экспертом представляемых ему материалов дела, имеющих отношение к предмету экспертизы (например, протоколов осмотра и прослушивания фонограмм при установлении экспертом дословного содержания записанных на фонограмме разговоров; протоколов допроса заинтересованных лиц при выявлении признаков монтажа, заключения первичной экспертизы при назначении повторной или дополнительной экспертизы и т.п.).

Причиной ошибок в фоноскопической экспертизе может быть недооценка чувствительности примененного инструментального метода анализа сигналограммы, неопределенная погрешность произведенных измерений, недостоверность полученных в ходе измерений результатов.

Ошибки при производстве фоноскопической экспертизы могут быть процессуального характера, гносеологические и деятельностные (операционные).

Процессуальные ошибки при производстве фоноскопической экспертизы заключаются в нарушении экспертом процессуального режима и процедуры производства фоноскопической экспертизы. К типичным процессуальным ошибкам относятся: выход эксперта за пределы своей экспертной специальности, выражение экспертной инициативы в формах, не предусмотренных законом, несоблюдение требований к форме и содержанию заключения эксперта.

Гносеологические ошибки могут быть допущены при познании сущности, свойств, признаков объектов экспертизы, отношений между ними, а также при оценке результатов познания, итогов экспертного исследования. Деятельностные (операционные) ошибки являются результатом осуществляемых экспертом операций (процедур), в неправильном использовании средств исследования или использовании непригодных приборов, в получении некачественного сравнительного материала и т.п.

Типичной ошибкой, например, является проведение фоноскопической экспертизы по недоброкачественным или неполно представленным материалам, что влечет односторонность и неполноту проведенного экспертного исследования. Так, согласно методическим указаниям и рекомендациям <1> о проведении судебных экспертиз фонограмм в распоряжение эксперта, как правило, должны были быть предоставлены:

--------------------------------

<1> Идентификация лиц по устной речи на русском языке. Методика "Диалект": Пособие для экспертов. Изд. 2-е, перераб. и доп. / Н.Б. Кураченкова, Н.В. Байчаров, М.А. Ермакова; под редакцией В.М. Богданова. М., 2007.

- оригиналы фонограмм, подлежащих исследованию;

- установочные данные на подозреваемого (сведения о месте и дате рождения, национальности, родном языке, образовании, специальности, профессии, месте наиболее длительного проживания, знании иностранных языков);

- информация о технических условиях звукозаписи и копирования фонограммы (дата, время, тракт передачи, тип магнитофона и микрофона, характеристика помещения).

Для выявления признаков монтажа, копирования фонограмм, диагностики аутентичности записанной звуковой информации на экспертизу требуется предоставить:

- аппаратуру, на которой производилась звукозапись оригинала фонограммы, (диктофон, микрофон, сотовый телефон или иное устройство, с помощью которого осуществлялось прослушивание и звукозапись);

- описание условий, обстоятельств, технических устройств звукозаписи;

- описание носителя записи фонограммы-оригинала с указанием его индивидуальных признаков.

Если по каким-то причинам на экспертизу предоставляется не оригинал, а копия фонограммы, то необходимо предоставить акт перезаписи с указанием условий, технических средств копирования фонограммы, индивидуализирующих признаков исходной (оригинальной) и результирующей фонограмм.

Несоблюдение указанных требований приводит к ущербности экспертного исследования, необоснованности экспертного заключения. Так, например, на судебную фоноскопическую экспертизу поступило две фонограммы, содержащие запись телефонных переговоров, по которым требовалось идентифицировать говорящих. Одна фонограмма была записана в цифровом виде на оптическом компакт-диске, вторая фонограмма - на аудиокассете. Кроме того, на той же аудиокассете были записаны образцы голоса и речи.

Прослушав обе фонограммы, эксперт заключил, что на обеих фонограммах записан разговор одного содержания. И для идентификационного исследования выбрал цифровую фонограмму, записанную в формате mp3, качество звучания которой, по его мнению, было существенно лучше качества записи на аналоговом носителе. Инструментальными методами сравнения спектрального состава двух фонограмм не проводилось. Эксперт ограничился прослушиванием фонограмм и их сравнением на слух. В дальнейшем фонограмма на аудиокассете была исключена экспертом из процедуры экспертного исследования.

В результате эксперт дал вероятный вывод о принадлежности голоса и речи участникам разговора, выявил на ней нарушения непрерывности записи, однако установить причину их появления не смог.

Оценив заключение эксперта, суд по ходатайству стороны обвинения назначил повторную экспертизу, указав в определении необходимость проведения исследования по обеим фонограммам. В данном случае ошибка эксперта заключалась в том, что он проигнорировал факт изготовления представленной цифровой фонограммы путем перезаписи с неустановленного источника, не исследовал представленную аналоговую фонограмму. Эксперту следовало истребовать сведения о технологической цепочке изготовления представленных ему фонограмм, сравнить их технические параметры и содержание, удостовериться, что представленная ему копия цифровой фонограммы полно и точно соответствует оригиналу.

Следует различать понятия "оригинал"/"дубликат"/"копия" фонограммы" и "оригинал"/"дубликат", "копия" файла с фонограммой.

Дубликатом является точная цифровая репродукция всех информационных объектов, хранящихся на оригинальном материальном носителе. Копией же является точная репродукция информации, содержащейся в информационных объектах, независимо от материального носителя. Поэтому при копировании аудиофайла различают копию самого файла и копию фонограммы в файле.

Копирование звукового файла может осуществляться при помощи стандартных функций системного программного обеспечения (при этом могут меняться свойства файла), но может производиться и при помощи звуковых программных редакторов или специализированного программного обеспечения, предназначенного для обработки цифрового звука, его редактирования и монтажа. При таком способе копирования могут меняться не только свойства самого файла, но и свойства содержащейся в нем звуковой информации.

Иногда под копией фонограммы, полученной каким-либо цифровым звукозаписывающим устройством, понимают файл, содержащий зафиксированную аудиоинформацию, но записанный в другом формате (конвертированный). В данном случае необходимо учитывать, что полученный в результате конвертации объект не является дубликатом оригинальной фонограммы, а по сути является видоизмененной копией, т.е. новым объектом, хотя и находящимся в определенной связи с оригиналом.

Специфика процесса конвертации заключается в том, что звук, закодированный по одним алгоритмам в цифровом звукозаписывающем устройстве, преобразуется в новый звук, закодированный по другим алгоритмам. При этом может быть удален или создан какой-либо объем данных. Например, при конвертации из формата Wave Sound в формат MPEG Layer-3 часть исходной (оригинальной) звуковой информации будет утрачена вследствие потерь, возникающих при преобразовании и сжатии. При обратном преобразовании утраченные данные будут восполнены "нулевой" информацией. Полученная фонограмма не будет в точности соответствовать оригиналу.

При передаче файла по каналам связи (в том числе по сети Интернет), при нарушении соединения файл фонограммы может быть получен не полностью, а фрагментарно, что вовсе не означает, что его воспроизведение становится невозможным. В данном случае полученные фрагменты будут воспроизводиться нормально, а утраченные - игнорироваться.

Только дубликат файла с фонограммой как цифрового доказательства в точности и полностью воспроизводит оригинал. В настоящее время дубликат цифровой фонограммы может быть получен при снятии образа с оригинального носителя, в результате чего не только фонограмма сохранится в полном объеме, но будут зафиксированы свойства носителя информации. При таком способе копирования файла со звуковым сигналом не будет утрачена или изменена криминалистически значимая информация.

Важно, что и простым копированием файла могут быть внесены изменения в ряд атрибутов цифрового доказательства, в частности в дату и время создания файла. Неизменность содержания фонограмм/видеофонограммы при этом может быть обеспечена только путем верификации файла при помощи расчета контрольных сумм до и после каждой операции по его воспроизведению, репродуцированию, передаче и т.п.

В этой связи важно обратить внимание, что на практике понятия оригинала и копии фонограмм, копий файлов с фонограммами нередко смешиваются, что влечет экспертные, а нередко и судебные ошибки.

Так, например, по уголовному делу руководителю следственного отдела из оперативно-технического отдела поступили копии файлов аудиозаписей, выполненных в рамках оперативно-технического мероприятия. При этом в сопроводительном письме было указано, что оригиналы хранятся в оперативно-техническом подразделении.

Следователь с целью последующего проведения судебных экспертиз направил в орган, осуществлявший оперативно-розыскное мероприятие, запрос о предоставлении информации о причинах предоставления следствию копий, а не оригиналов фонограмм, формате, свойствах и способе создания файлов, о том, когда, где, при помощи каких технических средств произведено их изготовление, какая аппаратура была использована для записи оригиналов, не является ли она радиопередающей, не подвергались ли файлы видоизменению при копировании, а также информацию о том, по каким причинам на представленных дисках с фонограммами имеются по несколько аналогичных фонограмм.

Учитывая типичность подобной ситуации для практики, приведем с некоторыми купюрами ответ руководителя оперативно-технического отдела и прокомментируем его.

"В рамках оперативно-розыскных мероприятий "наблюдение", проводимых в отношении Т., выполнялись оперативно-технические мероприятия (ОТМ), которые осуществлялись на основании утвержденных руководством заданий. Для получения и фиксирования информации применялись специальные технические средства (СТС). Количество СТС, задействованных в рамках одного ОТМ, зависит от конкретных условий и может оставлять несколько единиц. Исходя из специфики создания СТС многие изделия имеют свои собственные форматы записи и программное обеспечение для его обслуживания и преобразования в наиболее распространенные (бытовые) форматы воспроизведения.

Копией фонограммы является перезапись с аналогового носителя на цифровой, с цифрового на аналоговый или с аналогового на аналоговый. Копирование цифрового файла с одного носителя на другой является копией файла.

Фонограмма при этом не изменяется, поэтому и не является копией. При проведении ОТМ использовались СТС с цифровой записью информации.

В соответствии с ч. 2 п. 18 Инструкции о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельностью дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд допускается предоставление материалов в копиях, в том числе с переносом наиболее важных моментов на единый носитель, о чем указывается в сообщении к материалам".

Таким образом, следователь, а вслед за ним и эксперты так и не получили информации о технических характеристиках конкретного устройства, использованного для записи представленных фонограмм. Более того, сообщенная следователю информация, что "фонограмма при копировании файла с одного носителя на другой не изменяется, поэтому и не является копией", далека от истины. В большинстве случаев, как выше указывалось, даже простое копирование аудиофайла с одного носителя на другой неизбежно приводит к утрате криминалистически значимой информации об обстоятельствах и условиях производства записи, искаженно отображает исходный звуковой след и может повлечь сомнения в достоверности данного цифрового доказательства.

Для того чтобы избежать подобных ошибок, приведем несколько дефиниций.

Файл - это информация, размещаемая на внешних запоминающих устройствах, снабженная идентификатором и оформленная как единое целое средствами операционной системы или языка программирования.

Цифровое доказательство - информация, хранящаяся или передающаяся в бинарной форме, имеющая значение для суда.

Оригинальное цифровое доказательство - материальные носители и такие информационные объекты, которые связаны с этими носителями на момент изъятия.

Дубликат цифрового доказательства - точная цифровая репродукция всех информационных объектов, хранящихся на оригинальном материальном носителе.

Копия - точная репродукция информации, содержащейся в информационных объектах, независимая от материального носителя.

Сигналограмма-оригинал - сигналограмма, получаемая в результате записи сигнала, поступившего от первоисточника.

Копирование (записанных сигналов) - процесс одновременного получения одного или нескольких экземпляров всей сигналограммы или ее части.

Прямая запись - запись, при которой сигнал информации не изменяется в канале записи путем модуляции, манипуляции или кодирования.

Аналоговая запись - запись, при которой сигнал информации записывается на носитель в аналоговой форме.

Цифровая запись - запись, при которой сигнал информации преобразуется в канале записи в цифровую форму или перекодируется из одной цифровой формы в другую.

Перезапись - запись всей или части воспроизводимой сигналограммы.

Носитель однократной записи; носитель ОЗ - носитель оптической записи, обеспечивающий однократную запись сигналов и многократное их воспроизведение непосредственно после записи.

Носитель многократной записи; носитель МЗ - стираемый носитель оптической записи, сохраняющий свои свойства после многократных циклов записи и воспроизведения при заданных условиях записи.

Фонограмма - сигналограмма, полученная в результате звукозаписи.

Важно обратить внимание на еще одно обстоятельство, позволяющее избежать ошибок при исследовании копий фонограмм. Поскольку оперативно-технические мероприятия (ОТМ) осуществляются для получения и фиксирования звуковой информации, сведения о времени, месте и обстоятельствах получения таких материалов (включая фонограммы) должны быть отражены в рапорте об обнаружении признаков преступления и/или сообщении. Описание индивидуальных признаков фонограмм может быть изложено в отдельном приложении к сообщению. Действительно, допускается представление материалов, полученных при проведении ОРМ, в копиях (выписках), о чем обязательно указывается в сообщении. В этом случае оригиналы материалов, документов и иных объектов, полученных при проведении ОРМ, если они не были в дальнейшем истребованы дознавателем, органом дознания, следователем, прокурором или судом (судьей), хранятся в органе, осуществившем ОРМ, до завершения судебного разбирательства и вступления приговора в законную силу либо до прекращения уголовного дела (уголовного преследования) <1>.

--------------------------------

<1> См. п. п. 17 - 18 Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд, утверждена Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службы безопасности Российской от 17 апреля 2007 г. N 368/185/164/481/32/184/97/147, г. Москва, "Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд".

Если объектами экспертного исследования выступают звуковые файлы, записанные на компакт-диск, то это уже само по себе означает, что на экспертизу поступили фонограммы, полученные не путем записи информации непосредственно от первоисточника звука, а переписанные с иного носителя (цифрового регистратора и/или диктофона), т.е. фонограммы-копии, верность которых (т.е. полнота соответствия оригиналам) должна быть надлежаще процессуально проверена и удостоверена путем фиксации контрольной суммы звукового файла-оригинала. В этом случае последующее вмешательство в фонограмму, ее изменение после записи становится невозможным.

Экспертам надлежит учитывать, что любой цифровой регистратор как компьютерное устройство имеет встроенные функции монтажа, редактирования, микширования, позволяет производить иные манипуляции с исходным оцифрованным звуковым сигналом. Из звукового ряда, записанного непосредственно на самом регистраторе, могут быть убраны отдельные реплики и слова, добавлены участки с фоновым шумом. После изготовления смонтированной фонограммы она может быть преобразована в любой доступный для воспроизведения формат и переписана на компакт-диск. Поэтому должно быть проверено, какими конкретно функциями и возможностями манипулирования данными обладает примененный в каждом конкретном случае регистратор (цифровой накопитель), какими индивидуальными реквизитами обладает исходная цифровая фонограмма, включая контрольную сумму файла, совпадает ли контрольная сумма копии файла с контрольной суммой файла-оригинала.

При копировании на компакт-диск цифровой фонограммы, подвергшейся преобразованию, манипуляциям, модификации и монтажу, следы монтажа или иных вторжений в исходное содержание фонограммы (например, удаление и компоновка реплик и фрагментов разных частей разговора с изменением контекста) могут быть замаскированы. Экспертам во избежание ошибок надлежит запрашивать у инициатора экспертизы технические характеристики цифрового регистратора, параметры записи исходных звуковых сигналов, которые имеют существенное значение для оценки достоверности отображаемой на материальном носителе акустической информации (в том числе: частота дискретизации, разрядность сигнала, регистрируемого в цифровой форме, наличие сжатия и другие технические параметры).

Копии звуковых файлов должны быть удостоверены на предмет их полного и точного соответствия оригиналу ("с подлинным верно").

Если в ходе производства экспертизы установлено, что эксперту был представлен не оригинал, а копия, то дополнительно следователю по запросу эксперта необходимо представить исчерпывающие сведения о том, кем, как, в каких условиях, на какую звукозаписывающую аппаратуру производилась перезапись, поскольку только по копии без оригинала и документально зафиксированных контрольных сумм файла нельзя удостоверить его аутентичность.

Непредставление эксперту сведений об условиях, обстоятельствах и технических параметрах средств звукозаписи влечет неполноту и однобокость исследования представленных материалов, не позволяет устранить сомнения в подлинности и достоверности записанной на неудостоверенных копиях звуковой информации.

Отсутствие на фонограмме-копии признаков монтажа или изменений, внесенных в процессе записи или после ее окончания, не значит, что указанные признаки отсутствуют на фонограмме-оригинале. Так, например, если оригинальная фонограмма записывается с использованием цифрового магнитофона, а затем монтируется на компьютере, после чего копируется на аналоговый носитель, то получится аналоговая копия цифровой фонограммы, где признаки монтажа или привнесенных изменений будут отсутствовать. В этом случае в итоге получается измененная цифровым способом аналоговая фонограмма, качество записи которой соответствует аналоговому диктофону-магнитофону со следами цифровой обработки речевых сигналов <1>. Поэтому предоставление на экспертное исследование устройств, использованных для производства фонограммы-оригинала и фонограммы-копии, обязательно.

--------------------------------

<1> Зубов Г.Н. Технические возможности подтверждения подлинности фонограмм речи. Проблемы исследования фонограмм речи // Эксперт-криминалист. 2005. N 0. С. 27 - 28.

Современные средства цифровой обработки фонограмм позволяют провести любую корректировку сигнала, изначально полученного в цифровом виде. Поэтому при отсутствии информации о том, кто, как, при каких обстоятельствах, при помощи каких технических средств производил запись фонограмм-оригиналов, где и как они хранились, корректным может быть только лишь вывод о вероятном отсутствии факта монтажа, который на практике обычно и дается экспертами в виде формулировки "признаков монтажа не обнаружено".

В соответствии с Государственным стандартом "Запись и воспроизведение информации" (ГОСТ 13699-91) монтажом фонограммы называется "Объединение двух или более частей одной или нескольких ранее записанных фонограмм путем перезаписи, при котором могут вноситься изменения в записываемую информацию и может изменяться очередность фрагментов".

Однако монтаж - это лишь один из видов фальсификации записанной на фонограмме информации. Все изменения или нарушения целостности фонограммы, а также изготовление полностью смонтированной записи производятся путем определенных по смыслу и значению действий с сигналами звуковой информации и их источниками.

Эти действия могут быть направлены на уменьшение количества звуковой (в том числе вербальной или акустической) информации, на ее увеличение, перестановку в ином порядке, замену одних источников звука другими, подбор необходимой информации от определенных источников звука, а также на объединение разнородных и разобщенных по времени и месту возникновения звуковых сигналов в единое целое <1>.

--------------------------------

<1> Галяшина Е.И. Прикладные основы судебной фоноскопической экспертизы // Теория и практика судебной экспертизы. СПб.: Питер, 2002.

Известно, что развитие современных технических средств звукозаписи значительно упростило производство электроакустического монтажа за счет применения различных специальных монтажных устройств, а также выборочной перезаписи на новую (или даже ту же) ленту (аудиокассету) <1>. Применение средств цифровой звукозаписи позволяет проводить редактирование и монтаж фонограмм практически с любой необходимой степенью точности, практически не оставляя следов монтажных переходов. При этом использование высококачественной перезаписи позволяет практически полностью маскировать следы монтажа. Современные компьютерные технологии или профессиональная студийная аппаратура позволяют скрывать следы монтажа, сглаживая участки перехода при вставке или микшировании звуковых сигналов <2>.

--------------------------------

<1> Галяшина Е.И. Магнитная фонограмма как вещественное доказательство // Материалы конференции "Актуальные проблемы теории и практики борьбы с организованной преступностью в России": М.: Изд. МВД, 1994. Галяшина Е.И.; Возможности видео-фоноскопической экспертизы в раскрытии и расследовании преступлений // Вестник МВД. М.: Изд. МВД, 1994. С. 67.

<2> Шушпанов С.В. Метод диагностики монтажа фонограмм с помощью фазовых сонофильмов. Информатизация правоохранительных систем. IX Международная научная конференция (7 - 8 июня 2000 г.): Сб. трудов. С. 523 - 526. Автор (С.В. Шушпанов) предлагает метод определения и обозначения мест "склеек" смонтированных участков, вставок или микширования фонограмм, чтобы "определять признаки монтажа аналоговых фонограмм, выполненного даже с применением компьютерных технологий", на основе исследования фазовой компоненты комплексного спектра, "отражаемой в виде цвета, на обычном сонофильме".

Полученные таким способом фонограммы в доказательственном плане не имеют судебной перспективы, так как достоверность записанной на них фонограммы экспертным путем проверить невозможно.

Если же кто-либо выполняет монтаж новой фонограммы на основе цифровой записи одной или нескольких фонограмм переговоров абонентов, ведущих переговоры по сотовой телефонной сети, например GSM, то при размещении точек монтажных переходов в паузах между репликами разговора обнаружение таких точек монтажного перехода является еще более сложной задачей, требующей особых методов исследования. При копировании подобной фонограммы на аналоговую кассету задача выявления монтажных переходов становится часто неразрешимой из-за маскировки их шумами магнитной ленты.

В случае использования для монтажа фонограмм, в которых переговоры велись абонентами в одной и той же относительно тихой окружающей обстановке с одних и тех же телефонных аппаратов, обнаружить на участках монтажных переходов типичные признаки монтажа обычно не представляется возможным. Это объясняется тем, что между репликами стандартной фонограммы в GSM-канале имеются участки вставки искусственного "комфортного" шума. Отличить участки, вставленные самим алгоритмом кодирования GSM при передаче искусственно вставленных в процессе монтажа фонограммы участков шума вместе с последующими репликами, по аналоговой копии практически невозможно. В местах таких монтажных переходов отсутствуют щелчки, скачки уровня и частотного диапазона шумов, импульсы включения/выключения аппаратуры записи, обрывки слов или фраз, нарушения логического единства разговоров. На фальсифицированной с помощью компьютерного монтажа фонограмме телефонных переговоров по сети GSM, перезаписанной на аналоговую компакт-кассету, перечисленные в экспертном заключении признаки монтажа также со всей очевидностью не будут присутствовать.

Если запись подвергнутых экспертному исследованию разговоров проводилась с помощью цифровых звуковых регистраторов или иных цифровых звукозаписывающих устройств, то перезапись цифрового сигнала на аналоговую компакт-кассету или микрокассету приводит к необратимым изменениям исходной (в том числе и цифровой) фонограммы. Такие изменения связаны с:

уничтожением в процессе копирования индивидуализирующих признаков того цифрового устройства регистрации звука, с помощью которого была записана фонограмма-оригинал <1>;

--------------------------------

<1> Указанные признаки могут присутствовать на фонограмме в виде весьма слабых по уровню сигналов, которые в процессе копирования могут быть замаскированы собственными шумами канала перезаписи и компьютера.

потерей целого ряда признаков цифрового монтажа из-за искажений, вносимых при записи фонограммы-копии.

Поэтому для проверки в условиях судопроизводства достоверности записанной на фонограмме информации требование о надлежащем удостоверении фонограммы-копии путем ее непосредственного сличения с фонограммой-оригиналом становится непременным условием для использования содержащейся на фонограмме информации в качестве источника доказательств.

Ошибки при производстве фоноскопических экспертиз могут иметь объективные причины, так как по фонограммам, полученным путем перезаписи звуковых файлов на компакт-кассету или микрокассету, невозможно достоверно оценить пределы аппаратурных и алгоритмических искажений индивидуальных параметров голоса и речи в каналах сотовой связи, а также искажений речевых сигналов при фиксации переговоров на цифровой регистратор, исключить возможность искусственной модификации речевого сигнала по определенному алгоритму.

Методические требования к фонограммам как вещественным доказательствам, являющимся копиями цифровых фонограмм, в которых сигнал подвергался дискретизации, цифровому преобразованию, сжатию по неизвестному экспертам алгоритму, ставят их в разряд объектов, достоверность отображения первичной информации в которых установить экспертными методами невозможно.

Экспертные ошибки при производстве фоноскопической экспертизы могут быть выявлены разными способами, в том числе и в процессе его анализа специалистом. Проиллюстрируем данное положение фрагментом из заключения специалиста.

В целях разъяснения поставленных перед специалистом вопросов был проведен анализ представленных заключений эксперта с точки зрения доброкачественности объектов исследования, пригодности их для проведения экспертизы, наличия или отсутствия у них атрибутов, неотъемлемых от оригиналов фонограмм, а также полноты и всесторонности проведенных экспертиз. При этом анализировалась научная обоснованность примененных экспертами методов и методик, точность и чувствительность примененного экспертами оборудования, его разрешающая способность для выявления устойчивых к аппаратурным изменениям идентификационно значимых признаков голоса и речи, а также признаков монтажа и иных изменений, привносимых в фонограмму в процессе ее записи и перезаписи.

Проведенный анализ показал следующее.

1. Заключение эксперта от "8" июля 2007 года N 01/08 <1>.

--------------------------------

<1> Указанные признаки могут присутствовать на фонограмме в виде весьма слабых по уровню сигналов, которые в процессе копирования могут быть замаскированы собственными шумами канала перезаписи и компьютера.

Объектами исследования явились: 1) микрокассета Panasonic MC-90 microcassette с серийным номером F1D619R с фонограммами телефонных переговоров гр-на К. и неустановленного лица; 2) компакт-диск Oxion CDR-700 mb N 500334, шифр 2-4206-07 с фонограммами образцов речи А., полученных при проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Согласно заключению N 01/08 от 08.07.2008 (стр. 13) на стороне А микрокассеты Panasonic MC-90 microcassette с серийным номером F1D619R записано четыре фонограммы (спорные фонограммы 1 - 4), записанные в разное время и в разные дни. Скорость записи 2,4 см/сек.

Спорная фонограмма 1 начинается через 13 мин 59 сек. от начала стороны "А". Продолжительность - 32 сек.

Спорная фонограмма 2 начинается через 14 мин 37 сек. от начала стороны "А". Продолжительность - 17 сек.

Спорная фонограмма 3 начинается через 15 мин 01 сек. от начала стороны "А". Продолжительность - 05 мин 06 сек.

Спорная фонограмма 4 начинается через 20 мин 13 сек. от начала стороны "А". Продолжительность - 01 мин 27 сек.

Из указанных данных следует, что между окончанием записи каждой предыдущей фонограммы и началом записи каждой последующей фонограммы проходит примерно одинаковое время 6 секунд. Таким образом, каждая последующая фонограмма записывалась через примерно равный промежуток времени (6 сек.), за который магнитная лента была отмотана на примерно одинаковое расстояние 14,4 см (исходя из стандартной скорости движения 2, 4 см/сек.).

Одинаковый промежуток времени между записями четырех последовательно записанных на одной стороне кассеты фонограмм указывает на факт изготовления макета с подборкой 4 фонограмм, скомпилированных на монтажном пульте или звуковом редакторе в автоматическом режиме, с последующей перезаписью на аналоговую микрокассету.

Названное обстоятельство требовало от эксперта тщательной проверки фонограмм на данной микрокассете на предмет их оригинальности или копирования, однако такого исследования эксперт не проводил.

На стр. 7 заключения указано, что согласно методике инструментального анализа фонограмм на предмет их монтажа должен проводиться поиск участков сигнала с импульсами и следами переходных режимов работы аппаратуры звукозаписи (пауз, стартовых и стоповых импульсов включения/выключения аппаратуры).

На стр. 8 эксперт указывает, что использовал термины и определения по ГОСТ 13699-91 "Запись и воспроизведение информации".

Согласно данному ГОСТу под монтажом понимается объединение двух или более частей одной или нескольких ранее записанных фонограмм при перезаписи, при которой могут вноситься изменения в записываемую информацию и может изменяться очередность фрагментов. Из данного определения вытекает, что выявление признаков монтажа возможно только при условии, что можно установить, была ли фонограмма получена путем перезаписи, т.е. является фонограмма оригиналом или копией.

Однако исследование на предмет того, является ли представленная на экспертизу фонограмма оригиналом или копией, эксперт не провел. Возможность изготовления представленной микрокассеты путем записи заранее подготовленного макета из подборки четырех фонограмм, которые могли подвергаться различным изменениям, в том числе и модификации речевого сигнала по заданному определенному алгоритму с целью придания голоса неизвестного подобия голосу на образцах А., эксперт не проверял.

В заключении эксперта не указывается на отсутствие ожидаемых стоповых импульсов после каждой из 4 спорных фонограмм, записанных на микрокассете. Игнорирование стоповых пауз, свидетельствующих об остановке записывающего устройства между четырьмя фонограммами, позволяет сомневаться, что запись фонограмм прекращалась в штатном режиме.

На стр. 14-6 заключения эксперта сказано, что эксперт не обнаружил в звучащем сигнале на фонограммах 1 - 4 посторонних сигналов ("дополнительных, неоригинальных звуковых событий, так называемых артефактов") и искажений звучания, неадекватных обстоятельствам записи и условиям коммуникативного акта. Полоса частот полезного сигнала, записанного на спорных фонограммах, около 3400 Гц, что соответствует записи разговора, ведущегося по телефонному тракту.

Отсутствие на фонограммах артефактов, посторонних и дополнительных импульсных и иных помех указывает на отсутствие признаков производства записи телефонного разговора, который велся при использовании способа "наложения трубок методом бутерброда", т.е. воспроизведении голоса абонента через наушник, выступающий в качестве громкоговорителя. В противном случае эксперт на это указал бы, как он это сделал при описании спорной фонограммы 3. Сказано, что реплики женщины воспроизводятся, вероятно, в телефонный канал с какого-либо звуковоспроизводящего устройства, о чем указывают интенсивные импульсные помехи, возникающие при воспроизведении указанных реплик через громкоговоритель воспроизводящего устройства.

На стр. 16 заключения эксперт указывает, что в результате спектрального анализа сигнала спорных фонограмм в низкочастотной области были обнаружены выраженные компоненты в области 45 и 50 Гц. Из чего эксперт заключил, что при записи спорных фонограмм было использовано устройство, имевшее питание от сети 50 Гц 220 В.

Наличие указанной сетевой составляющей может быть оценено как признак копирования. Неизменность и постоянство данной фоновой составляющей во всех четырех спорных фонограммах, которые согласно обстоятельствам дела записывались свидетелем К. на диктофон в разное время и при разных условиях и обстоятельствах, указывает на возможность изготовления данной микрокассеты путем перезаписи.

Соответственно, микрокассета не содержит подлинных, оригинальных фонограмм, а на ней записаны надлежаще не удостоверенные копии фонограмм, объединенные на одном носителе путем перезаписи, при которой могла вноситься изменения.

Каждая записывающая аппаратура, питающаяся от сети стандартного электропитания, может оставлять в записываемом сигнале остаточные гармоники слабых (сверхслабых) сигналов на частотах, кратных частоте электропитания 50 Гц. Поскольку в каждом конкретном случае частота питания на доли-единицы герц отличается от стандарта, при копировании оригинального сигнала, записанного на диктофоне, работавшем от батареек, на другой носитель с использование аппаратуры, работающей от электрической сети, в записываемом сигнале возникают частоты с одной или несколькими гармониками кратных 50 Гц частот.

Эксперт обязан оценить наличие данного факта с точки зрения того, оригиналом или копией является каждая спорная фонограмма. Неизменность данной составляющей указывает на запись макета из 4 фонограмм, переписанных на микрокассету в один прием, без прерываний.

Однако исследование по установлению факта оригинальности фонограммы экспертом не было проведено, признаки цифровой обработки фонограмм не выявлялись, исследование на предмет возможности изготовления фонограмм путем перезаписи фонограмм, подвергавшихся модификации в цифровом виде на компьютере с цифрового устройства (компьютера) на микрокассету, не проводилось.

Вывод о том, что признаков монтажа фонограмм не обнаружено, сделан без учета факта изготовления фонограмм путем перезаписи, при которой могли вноситься изменения и модификации в записанный речевой сигнал.

По сведениям, изложенным в заключении эксперта от 8 июля 2008 г. N 01/08, видно, что четыре спорные фонограммы на микрокассете Panasonic MC-90 microcassette с серийным номером F1D619R со всей очевидностью оригиналами не являются, а были получены путем одномоментной непрерывной перезаписи заранее подготовленного звукового макета, в котором были объединены четыре фонограммы, записанные через примерно равный промежуток времени (6 секунд), без стоповых пауз между ними. При этом макет (сборка из четырех фонограмм) был изготовлен при помощи стационарного устройства, питающегося от сети переменного тока (монтажного пульта или звукового редактора).

Эксперт следов модификации речевого сигнала при помощи синтезаторов речи и иных устройств цифровой обработки речевых сигналов не выявлял. Поэтому нельзя исключить возможность того, что перед записью на микрокассету каждая фонограмма подверглась обработке с целью модификации параметров голоса и речи неустановленного лица, ведущего переговоры с К., по неустановленному экспертом алгоритму.

В этой связи говорить о достоверности проведенного идентификационного исследования не приходится, так как модифицированная по специальному алгоритму речь неизвестного лица могла быть искусственно уподоблена речи А., подвергнута искажению до уровня, достигающего сходства до степени их смешения. Указанные экспертом совпадения признаков носят характер эклектической выборки отдельных примеров, демонстрируя совпадения на уровне случайного угадывания и внешнего фонетического подобия.

Полученные экспертом результаты измерений значений формантных частот не свидетельствуют об их уникальности для конкретного лица (как, например, отпечатки пальцев рук). Они лишь указывают на фонологическую принадлежность к определенному артикуляторному типу (по месту и способу образования - ряду и подъему, огубленности) и на фонетическое качество звуков русского языка.

Как известно, формантные частоты однородного, неизменного по форме акустического волновода длиной 17,5 см составляют 500, 1500, 2500, 3500 Гц. Это примерно соответствует формантным частотам нейтрального безударного гласного "э" среднестатистического диктора мужчины.

Значения частотной локализации первых трех формант помимо фонематической значимости приобретают значение идентификационных признаков только на статистически представительном речевом материале, который не может ограничиться отдельными выборочными реализациями некоторых фонем в разных фонетических окружениях, как это было сделано экспертом.

Компакт-диск Oxion CDR-700 mb N 500334, шифр 2-4206-07 с фонограммами образцов речи А., полученных при проведении оперативно-розыскных мероприятий, оригиналов фонограмм не содержит, так как получен путем перезаписи на оптический диск подборки скомпилированных фонограмм 44 телефонных переговоров, записанных при помощи стационарного цифрового регистратора. Условия, параметры и искажения, которым подвергались образцы голоса на данных копиях фонограмм, эксперту не сообщались и им не учитывались.

С методической точки зрения важно подчеркнуть, что эксперт не проводил системного сравнения речи неизвестного лица на каждой спорной фонограмме с образцами голоса. На стр. 18 - 19 эксперт, не проводя никакого исследования, произвольно все реплики неизвестного лица, ведущего переговоры с К. на всех спорных фонограммах, волюнтаристски приписал одному и тому же лицу.

Согласно упомянутому выше заключению эксперт сразу, без осуществления предусмотренных методикой исследований, решил, что на всех спорных фонограммах 1 - 4 идентифицируемый диктор - одно лицо, а далее выполнял сравнительное исследование акустических признаков речи диктора А. и произвольно выбранных фрагментов речи одной или нескольких спорных фонограмм. Поскольку такое исследование, согласно методике, необходимо проводить для каждой фонограммы независимо, то результаты исследования эксперта в рассматриваемом заключении не могут быть объективными.

Любому здравомыслящему человеку понятно, что в речи разных людей можно найти внешне похожие участки речевых сигналов, тем более когда цифровые фонограммы, представленные в качестве образцов А., и цифровые фонограммы, с которых были сделаны копии на микрокассету, могли быть специально модифицированы по одному алгоритму для придания голосу и речи сравниваемых дикторов внешнего подобия по спектрально-временным характеристикам. Это как измерять среднюю температуру по больнице и обосновывать ею "диагноз" конкретного больного.

Обращает на себя внимание тот факт, что признаки, перечисленные экспертом на стр. 19 - 20, в целом не носят индивидуальный характер, а являются присущими фонетике спонтанной речи <1> либо обусловлены искусственной модификацией речевого сигнала на спорных фонограммах и образцах, придавшей тембральной окраске голоса бросающийся в глаза дребезжащий оттенок и сдавленность <2>. В то же время особенности лексико-семантического и семантико-синтаксического строя речи, устойчивые при искажении речевых сигналов фонетические признаки, а также особенности стилистики речевого поведения говорящего эксперт не исследовал, в своем заключении не описал.

--------------------------------

<1> См., напр.: Бондарко Л.В., Вербицкая Л.А., Гейльман Н.И. и др. Фонетика спонтанной речи / Под ред. Н.Д. Светозровой. Л.: Изд-во Ленинградского ун-та, 1988.

<2> Вследствие работы речевого кодека или цифровой обработки сигнала см., напр.: Сергеенко В.С., Баринов В.В. Сжатие данных речи, звука и изображений в телекоммуникационных системах. М.: Радиософт, 2009.

При приобщении фонограммы-копии к материалам уголовного дела необходимо обеспечить "цепь законных владений", проверить достоверность и подлинность записанной на фонограмме информации, исключить подмену носителя записи или внесение изменений в содержание оригинала, в том числе и искусственную модификацию голоса лица, подлежащего идентификации.

В нашем случае подлинники (оригиналы) фонограмм эксперту не предоставлялись, записывающее устройство, на котором изготавливались копии на микрокассете, следователю не выдавалось и на экспертизу не направлялось.

Достоверность происхождения копий фонограмм на микрокассете не проверялась, верность копий оригиналам надлежаще не удостоверялась.

В то же время для достоверного решения вопроса о наличии или отсутствии признаков монтажа и иных видов фальсификации доказательств исследование устройств, использованных для производства фонограммы-оригинала и фонограммы-копии, по методикам фоноскопической экспертизы обязательно <1>.

--------------------------------

<1> См., напр.: Галяшина Е.И. Судебная фоноскопическая экспертиза. М., 2001.

Особенностью исследованных экспертом спорных фонограмм и представленных образцов голоса является, помимо того, что данные фонограммы не являются, по всей видимости, оригиналами, и тот факт, что телефонные переговоры фигурантов уголовного дела проводились по сотовой мобильной связи GSM.

Укажем на особенности данных фонограмм, которые должны обязательно учитываться при идентификационных исследованиях в силу тех искажений, которым подвергается речь человека при прохождении через указанные устройства.

Мобильная связь - это любая радиосвязь, позволяющая абоненту пользоваться ею без привязки к конкретному месту. Сотовая связь - разновидность мобильной связи, организованная по принципу сот или ячеек (cells), путем размещения базовых станций (БС), которые покрывают локальную территорию.

Существует несколько стандартов цифровых систем связи: европейский GSM (Global System for Mobile Communications), американский ADS (American Digital System), традиционно использующийся в США PCS (Personal Communications Service), английский (DCS - Digital Cellular System) DCS-1800, являющийся прямым аналогом GSM-1800, и японский JDS (Japan Digital System). В странах СНГ более широко применяется стандарт GSM. Это стандарт, определяющий работу в радиотелефонных сетях общего пользования, получил распространение в Европе. Европейский институт стандартизации телекоммуникаций (ETSI - The European Telecommunications Standards Institute) стандартизировал и определил основные положения действующих в настоящее время в Европе стандартов мобильной связи. В России, как и в Европе, мобильная связь GSM работает в двух диапазонах - 900 и 1800 МГц.

Укажем на то, что происходит с речью человека при прохождении тракта мобильного телефона.

Обработка речи в стандарте GSM <1> осуществляется в рамках принятой системы прерывистой передачи речи DTX (Discontinuous Transmission), которая обеспечивает включение передатчика только тогда, когда пользователь начинает говорить и отключает его в паузах и в конце разговора. Система DTX управляет детектором активности речи VAD (Voice Activity Detector), который обеспечивает обнаружение и выделение интервалов речи с шумом и без шума речи даже в тех случаях, когда уровень шума соизмерим с уровнем речи. В состав системы прерывистой передачи речи входит также устройство формирования комфортного шума, который включается в паузах речи, когда передатчик отключен. Экспериментально показано, что отключение фонового шума на выходе приемника в паузах при отключении передатчика раздражает абонента и снижает разборчивость речи, поэтому применение комфортного шума в паузах считается необходимым. Процесс DTX в приемнике включает также интерполяцию фрагментов речи, потерянных из-за ошибок в канале.

--------------------------------

<1> Галяшина Е.И., Галяшин В.Н. Цифровые фонограммы как судебное доказательство, Воронежские криминалистические чтения. Воронеж: Изд-во Воронежского гос. ун-та, 2007. N 8. С. 71.

Все имеющиеся на сегодня детекторы тона имеют выраженный дефект - ложное детектирование тона в интенсивных шумовых сигналах. Вследствие этого шипящие звуки устной речи и многие акустические сигналы шумового характера делаются более звонкими. В алгоритме также используется так называемая постфильтрация - заглаживание специальным фильтром всех дефектов восстановленного (синтезируемого) речевого сигнала на выходном конце. Как видно из вышесказанного, идентификация диктора по физическим признакам речи, диагностика акустического окружения и лингвистический анализ фонетических признаков речи в таком сигнале значительно затруднены. Основная проблема имеет принципиальный методологический характер и заключается в том, что исследованию подлежит синтезированный речевой сигнал, из которого алгоритмом кодирования исключены существенные идентифицирующие диктора, обстановку и канал связи особенности. Без решения вопросов достоверности воспроизводимого сигнала и границ допустимости его искажений специально для сигнала переговоров в GSM-канале экспертное исследование не может быть полным.

Формирование комфортного шума осуществляется в паузах активной речи и управляется речевым декодером. Когда детектор активности речи (VAD) в передатчике обнаружит, что говорящий прекращает разговор, передатчик остается еще включенным в течение следующих пяти речевых кадров. Во время первых четырех из них характеристики фонового шума оцениваются путем усреднения коэффициента усиления и коэффициентов фильтра LPC-анализа. Эти усредненные значения передаются в следующем пятом кадре, в котором содержится информация о комфортном шуме (SID кадр). В речевом декодере комфортный шум генерируется на основе LPC анализа SID кадра.

Паузы заполняются шумом, спектральный состав которого близок к белому, а аудиторное восприятие отдаленно напоминает шум льющейся воды, или же наводки аналогового сигнала тональной телефонии.

Таким образом, каждая фонограмма в GSM-канале является "смонтированной" из цифровых реплик абонентов, между которыми производится вставка искусственного сигнала "комфортного шума". При этом, как уже отмечалось, весь смонтированный сигнал, т.е. и места стыков - монтажных переходов между передаваемым речевым сигналом и синтезируемым шумом, сглаживается специальным постфильтром.

После многократных сжатий и преобразований в звуковом сигнале мобильной связи (да еще и переписанной на аналоговый носитель) может не остаться никаких следов монтажа. И самое главное - по каналу связи передается не сама речь, а некий набор кодов и символов, по которым на оконечном аппарате восстанавливается (синтезируется) сигнал, похожий на исходный, но который не является исходным сигналом.

GSM - система цифровая, поэтому требует оцифровывания аналоговой речи. Поэтому в телефонных системах используется метод оцифровки сигнала, называемый импульсно-кодовой модуляцией PCM (Pulse Coded Modulation). На данном этапе происходит сжатие сигнала до скорости выходного потока в 64 кбит/с с потерей криминалистически значимой информации о сигнале. Однако указанная скорость потока слишком высока для передачи по радиоканалам системы GSM. Поэтому оцифрованная речь подвергается дополнительной компрессии. Для этого используются специальные устройства кодирования сигнала - кодеки.

Сжатие данных - процедура перекодирования данных, производимая с целью уменьшения их объема. Применяется для более рационального использования устройств хранения и передачи данных. Сжатие данных с потерями - это метод сжатия данных, когда распакованный файл отличается от оригинального. Эти методы часто называются кодеками в этом контексте.

Кодек (англ. codec - сокр. от coder/decoder (кодировщик/декодировщик) или compressor/decompressor) - устройство или программа, выполняющая преобразование информации в форму, удобную для дальнейшего использования, и отвечающая определенным условиям (объективным) и требованиям (субъективным). Процедура оцифровки речевых сигналов в GSM происходит в речевом кодеке.

Для объяснения процесса оцифровки речи в системе GSM необходимо объяснить термин "линейное предсказание", используемый в системе для кодирования речи. Задача линейного предсказания (ЛП) состоит в следующем: сформировать из нескольких отсчетов речи линейную комбинацию, наиболее точно аппроксимирующую следующий отсчет. Для этого сигнал речи сегментируют на блоки, обрабатывают "окном" и для каждого блока вычисляют автокорреляционную функцию (АКФ), число отсчетов которой обычно около 10. Оказывается, что такая АКФ содержит информацию о формантном спектре речи на данном сегменте. На втором шаге находят решение системы линейных уравнений относительно коэффициентов предсказания - тех самых, что нужны для формирования синтезирующего фильтра. Фактически найденные коэффициенты задают спектральную модель голосового аппарата человека, и чем выше порядок ЛП, тем точнее модель.

Пропустив исходную речь через фильтр, обратный полученному, мы получаем функцию, близкую к сигналу возбуждения. В ее спектре формантные области сглажены, а спектральный характер напоминает белый шум. Поэтому обратный фильтр также называют отбеливающим.

На третьем шаге параметры ЛП квантуются, после чего передаются на приемную сторону. А ошибка предсказания (разностный сигнал) обрабатывается с целью выделения существенных для человеческого восприятия параметров. Например, в простейших кодеках ЛП передается период основного тона (ОТ) и мощность возбуждающих импульсов. В описанном ниже кодеке RPE-LTP таких импульсов уже несколько, а в кодеках CELP вместо передачи самих импульсов подбирается наиболее подходящая запись из набора хранящихся в заранее сформированной кодовой книге. Тогда вместо самой последовательности можно на прием передать ее порядковый номер в кодовой книге.

В любом случае по каналу связи вместо самой речи передают так или иначе выделенные и квантованные параметры предсказания, интервал и усиление ОТ, параметры возбуждения.

Для стандарта GSM 06.10 выбран речевой кодек с регулярным импульсным возбуждением/долговременным предсказанием и линейным предикативным кодированием с предсказанием (RPE/LTP - LTP-кодек - Regular Pulse Excitation - Long-Term Prediction - Linear Predictive Coder), что позволило снизить скорость передачи до 13 Кбит/сек. В литературе часто используется другое, упрощенное название кодека: RPE-LTP (Regular-Pulse Excitation/Linear Predicative Coding - кодек с регулярным импульсным возбуждением и линейным кодированием с предсказанием).

В нескольких словах, алгоритм, применяемый в GSM, заключается в следующем: несколько фрагментов речи, которые изменяются не очень быстро, используются, чтобы определить актуальный фрагмент; коэффициенты линейной комбинации предыдущих фрагментов вместе с кодированной разницей (отличиями между определенным и актуальным фрагментами) представляют собой сигнал. Речь разбивается на 20 миллисекундные фрагменты, каждый из которых кодируется в 260 битов, давая суммарную скорость передачи 13 кбит/с, т.е. для каждой порции сигнала с помощью специального алгоритма определяются основные параметры сигнала (параметры модели речевого тракта диктора), которые кодируются и в сжатом виде передаются в канал связи корреспонденту. Однако и здесь происходит изъятие из сигнала его частей.

Результирующее кодирование с малой скоростью достигается в три этапа:

- линейным кодированием с предсказанием;

- долговременным предсказанием;

- регулярным импульсным возбуждением.

В декодере на приемном телефоне речевой сигнал восстанавливается (как принято говорить, "синтезируется") по переданным параметрам, по откликам последовательности регулярного импульсного возбуждения (RPE) двухступенчатым синтезирующим фильтром.

Речевой сигнал на приемном конце вычисляется (точнее, синтезируется) по переданным параметрам. При этом структура восстановленного сигнала сильно упрощена по отношению к исходном звуковому сигналу (объем информации о речевом сигнале сокращен примерно в 5 - 10 раз), а общее качество речевого сигнала в канале стандарта GSM и узнаваемость диктора по отношению к стандартному телефонному каналу ухудшаются.

Исторически первым был алгоритм полномасштабного кодирования (Full Rate, FR). Затем появились алгоритмы расширенного полномасштабного кодирования (Enchanced Full Rate, EFR) и кодирования половинного масштаба (Half Rate, HR).

В настоящее время в сетях GSM применяют следующие стандартизованные узкополосные кодеки, стандартизованные ETSI (European Telecommunications Standards Institute) - GSM 06.10, GSM 06.20 (GSM-HR), GSM 06.60 (GSM-EFR), AMR. Другие используемые кодеки, например, MS-GSM, носят частный случай указанных выше. Кодек AMR (Adaptive Multi Rate, ETSI 06.90) - адаптивное кодирование речи с переменной скоростью. Стандарт кодирования звуковых файлов, специально предназначенный для сжатия сигнала в речевом диапазоне частот. Стандартизован ETSI (European Telecommunications Standards Institute). Использование AMR позволяет обеспечить высокую емкость сети с одновременно высоким качеством передачи речи. AMR обладает широким набором скоростей кодирования/декодирования речи и позволяет гибко переключаться на различные режимы в зависимости от окружающих условий или загрузки сети. Всего существует 14 режимов AMR кодека, 8 из них доступно в полноскоростном канале (Full Rate, FR) и 6 в полускоростном канале (Half Rate, HR), т.е.: 4,75 - 2,2 кбит/сек.

Линейное предсказание (LPC - ЛП, см. выше) является одним из наиболее эффективных методов анализа речевого сигнала. Этот метод чаще используют при оценке основных параметров речевого сигнала, таких как период основного тона, форманты, спектр, позволяя достаточно точно и надежно оценить параметры линейной системы с переменными коэффициентами. Кодирование речи на основе метода линейного предсказания заключается в том, что по линии связи передается не речевой сигнал как таковой, а параметры некоторого фильтра, эквивалентного голосовому тракту, и параметры сигнала возбуждения этого фильтра.

В линейном предсказателе с возбуждением от кода CELP (Code Excited Linear Predictive) сигнал возбуждения представляется в виде вектора, которому присваивается определенный индекс, т.е. код.

Выбор оптимального вектора осуществляется с большого множества векторов-кандидатов, которые составляют кодовую книгу. Определение размера кодовой книги возбуждения имеет определяющее значение для создания необходимого качества восстановления синтезированного языка. Скорость речевого сигнала на выходе составляет 12,2 кб/сек.

Суммируя, можно заключить, что осуществляется передача ненативного сигнала, а страницы в виртуальной книге, по которой на оконечном телефоне восстанавливается (синтезируется) сигнал.

Следовательно, никакого сигнала по мобильной связи не передается, а передаются параметры некоей кодовой книги. Современные телефоны могут работать как в сетях GSM-900, так и в GSM-1800 МГц. Если мобильный телефон при работе в сети GSM-900 находит сеть GSM-1800, то он переключается (автоматически или вручную) на работу в данной сети. При этом сеть GSM-1800 имеет большую "проникающую способность", и поэтому, например, в центре Москвы провайдеры осуществляют роуминг по сети GSM-1800. Кроме того, большинство мобильных телефонов поддерживают все описанные выше кодеки.

Речевой сигнал на выходе процедуры кодирования/декодирования по алгоритму GSM всегда имеет участки разрыва непрерывности передачи речевого сигнала в паузах между репликами абонентов и заполнение этих участков прекращения передачи полезного сигнала однородным искусственным сигналом "комфортного шума". Данная специфика речевого сигнала переговоров с использованием сети GSM вводит новые проблемы при обнаружении следов монтажа фонограмм.

"Если кто-либо выполняет монтаж новой фонограммы на основе одной или нескольких фонограмм переговоров абонентов, ведущих разговоры по сотовой телефонной сети GSM, то при размещении монтажных переходов в паузах между репликами разговора обнаружение таких точек монтажного перехода является сложной экспертной задачей, требующей особых методов исследования. Причем выполнить такой монтаж несложно как с помощью компьютерных комплексов цифрового монтажа фонограмм, так и с помощью современных высококачественных аналоговых магнитофонов, применяя режим временной остановки записи" <1>. Еще более эта задача может осложниться, если смонтированная фонограмма была вторично пропущена через телефонную сеть, что может добавить в нее естественный непрерывный шум телефонного канала.

--------------------------------

<1> Иванов И.Л. Экспертное исследование формата GSM // Режим доступа: http:// www/illidiy.orel.ru/pub/publ6.htm.

На участках речевых пауз по природе цифрового кодирования по алгоритму GSM имеется не реальный звуковой сигнал, а искусственный сигнал "комфортного шума". В случае использования для монтажа фонограмм, в которых переговоры велись абонентами в одной и той же относительно тихой окружающей звуковой обстановке с одних и тех телефонных аппаратов, обнаружить на участках монтажных переходов признаки монтажа обычно не представляется возможным, так как между репликами в GSM-канале имеются участки вставки искусственного шума. Отличить участки, вставленные самим алгоритмом кодирования GSM при передаче, от искусственно вставленных в процессе монтажа фонограммы участков шума вместе с последующими репликами довольно трудно. Во всяком случае в местах таких монтажных переходов отсутствуют щелчки, скачки уровня и частотного диапазона шумов, импульсы включения/выключения аппаратуры записи, обрывки слов или фраз, нарушения логического единства разговора, т.е. все те признаки, поиск которых обычно осуществляют эксперты при исследовании на предмет выявления признаков монтажа фонограмм.

Во избежание ошибок при производстве судебных фоноскопических экспертиз необходимо прежде всего диагностировать речевую фонограмму на предмет использования каких-либо средств сжатия, что позволит правильно оценить в дальнейшем установленные параметры речи.

Считается, что речевой сигнал может быть пригодным для идентификации диктора при обработке его алгоритмами сжатия с определенной нижней границей скорости цифрового потока, а именно:

- 32 кбит/с для ADPCM;

- 9,6 кбит/с для линейных предсказателей.

Речевой материал может быть признан условно пригодным для идентификации диктора, когда эти значения могут составлять:

- 16 кбит/с для ADPCM;

- 8 кбит/с для линейных предсказателей.

Во всех остальных описанных случаях обработанный речевой сигнал должен быть признан непригодным для достоверной экспертной идентификации диктора как физическими методами, так и лингвистическими, поскольку фонетическая структура языка, прошедшего такую обработку, существенно отличается от оригинала.

Использование таких фонограмм в уголовном судопроизводстве в качестве вещественных доказательств видится проблематичным, поскольку смысловое содержание речевого сообщения в таких фонограммах может не соответствовать оригиналу.

Однако в каждом конкретном случае определение пригодности речевого материала для идентификации диктора или установления смыслового содержания требует более детального теоретического и экспериментального его анализа <1>.

--------------------------------

<1> Желудков Р.Н., Тимко Е.В., Усков К.Ю. О влиянии сжатия речи на допустимость речевой фонограммы в уголовное судопроизводство. Материалы 2-й Всероссийской конференции "Теория и практика речевых исследований" (АРСО-2001). М., 2001. С. 110 - 116. Режим доступа: http:// expert.com.ua/kniise/articles/zhel1201_2.htm.

Для того чтобы оценить, какой компрессии подвергся оцифрованный сигнал, поступивший на экспертное исследование, необходимо знать: тип и марку мобильного телефона, используемого абонентами при разговорах, в какой сети GSM они (разговоры) происходили и какой кодек и с какой скоростью передачи речевого сигнала использовался в конкретном мобильном телефоне.

Без такой информации эксперт не сможет не только провести всестороннее и полное исследование речи, но даже достоверно оценить пригодность фонограмм для идентификационного исследования.

Поскольку эксперту информация об условиях и средствах звукозаписи не предоставлялась, о достоверности сделанных им выводов говорить не приходится.

При отсутствии достоверной информации о технологической цепочке записи представленных фонограмм эксперт должен был отказаться от решения вопросов по идентификации дикторов, так как в его распоряжение поступили спорные фонограммы, объединенные путем перезаписи на одном носителе (микрокассете). При этом нельзя исключить возможность того, что эти фонограммы были переписаны с заранее смонтированных фонограмм или заранее подготовленного макета на монтажном пульте или в цифровом звуковом редакторе. При этом разговоры велись по мобильной связи, при которой записана не нативная речь человека, а синтезированный сигнал, подвергшийся модификации по неизвестному эксперту алгоритму, кодированию и сжатию.

Особенность исследованных экспертом спорных фонограмм заключается в том, что это - фонограммы на микрокассете - со всей очевидностью копии, верность оригиналам которых не была надлежаще удостоверена.

Ошибкой эксперта явилось то, что сравнение при идентификационных исследованиях проводилось по синтезированной речи без сравнения речи каждого неустановленного лица на спорных фонограммах с нативными экспериментальными образцами А., что методически не допускается, так как приводит к ошибочным и недостоверным результатам сравнения. Вывод по такой идентификации нельзя признать обоснованным и достоверным.

Обоснованность заключения эксперта предполагает научную, логическую и методическую грамотность проведенного исследования и изложения его результатов, а также подтверждение выводов эксперта соответствующими фактами и аргументами.

В качестве таких аргументов, имеющих объективный характер, служит развернутая характеристика примененных методов и выявленных признаков, а также детальное описание хода и результатов проведенных исследований, наличие числовых и графических иллюстраций <1>. В анализируемом заключении эксперта таких аргументов, не вызывающих сомнений в их достоверности и объективности, не содержится.

--------------------------------

<1> Россинская Е.Р. Комментарий к Федеральному закону "О государственной судебно-экспертной деятельности". М.: Право и закон, 2002.

2. Заключение эксперта от "18" июля 2008 года N 02/08.

Объектами исследования явились: 1) аудиокассета "TDK" с шифром "2-75-21-06-77" с фонограммами телефонных переговоров Струкова В.В. с неустановленным лицом; 2) компакт-диск Oxion CDR-700 mb N 500334 шифр 2-4206-07 с фонограммами образцов речи А., полученными при проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Согласно заключению эксперта (стр. 12 - 13) на стороне А аудиокассета "TDK" с шифром "2-75-21-06-77" записано девять фонограмм (спорные фонограммы 1 - 9). Скорость записи 4,76 см/сек.

Исследование на предмет того, является ли представленные на экспертизу 9 фонограмм оригиналами или копиями, эксперт не провел.

Возможность изготовления записи на представленной кассете путем перезаписи заранее подготовленного на монтажном пульте или звуковом редакторе макета из подборки девяти фонограмм, которые могли подвергаться различным изменениям, в том числе и модификации речевого сигнала по заданному определенному алгоритму с целью придания голоса неизвестного лица внешнего подобия голосу А., эксперт не проверял.

При описании спорных фонограмм 1 - 9 на стр. 16 - 24 эксперт говорит о том, что не обнаружено в звучащем сигнале на фонограммах 1 - 9 посторонних сигналов (дополнительных, неоригинальных звуковых событий, так называемых артефактов) и искажений звучания, неадекватных обстоятельствам записи и условиям коммуникативного акта.

Полоса частот полезного сигнала, записанного на спорных фонограммах, - около 4000 Гц, что соответствует записи разговора, ведущегося по сотовой сети мобильной связи.

На приведенной экспертом на рис. 8 динамической спектрограмме явно просматриваются следы оцифровки речевого сигнала, которые не были описаны и учтены экспертом.

Так, хорошо видно, что в области высоких частот присутствуют нелинейные искажения в виде повторения части спектральной структуры речевого сигнала либо зеркального повторения части формантной структуры речевого сигнала.

Указанное обстоятельство позволяет сделать заключение, что на данной кассете записаны фонограммы, которые фиксировались в цифровом виде, а затем были переписаны на компакт-кассету. Уже только на этом основании можно говорить о том, что фонограммы на данной кассете являются копиями, верность которых оригиналам не была надлежаще удостоверена.

На рис. 10 анализируемого заключения экспертам приведена иллюстрация, указывающая на присутствие на спорных фонограммах 50 Гц составляющей, свидетельствующей об использовании сети переменного тока питания звукозаписывающего устройства.

На рис. 11 также явно просматриваются следы оцифровки звукового сигнала, указывающие на то, что спорные фонограммы на данной кассете были записаны при помощи цифрового звукозаписывающего устройства с последующим объединением путем переписи на аналоговую кассету. При этом нельзя исключить, что в цифровые фонограммы могли вноситься изменения и модификации речевых сигналов по определенному алгоритму.

Кроме того, на стр. 27 заключения эксперт указывает, что в исходную, оригинальную информацию при ведении переговоров по сети телефонной связи стандарта GSM в исходный речевой сигнал неминуемо привносятся изменения, связанные с работой речевого кодека. Эти изменения не затрагивают лишь лексико-семантическое и просодическое содержание речевых сообщений, передаваемых в канале связи.

Таким образом, по сведениям, изложенным в заключении эксперта от 18 июля 2008 г. N 02/08, видно, что спорные фонограммы телефонных переговоров В. с неустановленным лицом на аудиокассете TDK с шифром 2-75-21-06-77, со всей очевидностью оригиналами не являются.

Девять цифровых фонограмм были объединены на компакт-кассете путем перезаписи без стоповых пауз между ними. При этом нельзя исключить, что в исходный речевой сигнал, записанный в цифровом виде на компьютере, могли вноситься изменения с модификацией параметров голоса и речи неустановленного лица по определенному алгоритму с уподоблением голоса и речи образцам голоса и речи А.

При этом запись на данной кассете была произведена при помощи устройства, питающегося от сети переменного тока, что противоречит обстоятельствам дела.

Эксперт факт предоставления ей фонограмм-копий со следами цифровой обработки не проверил, следов модификации речевого сигнала при помощи синтезаторов речи и иных устройств цифровой обработки речевых сигналов не выявил. А потому нельзя исключить возможность того, что перед записью на кассету каждая цифровая фонограмма подверглась предварительной обработке с целью модификации параметров голоса и речи неустановленного лица, ведущего переговоры с В., для придания голосу неизвестного внешнего подобия и схожести с образцами голоса А.

Из материалов дела видно, что потерпевшие были ознакомлены с выводами эксперта о принадлежности голоса и речи А. до предъявления им фонограмм телефонных переговоров для опознания. Данный подход следует признать методически порочным, так как он наводит опознающего на определенный вывод, настраивает внимание опознающего при внешнем подобии на поиск только сходных черт, без учета имевшихся различий голоса и речи.

В связи с этим говорить о достоверности проведенного идентификационного исследования не приходится, так как модифицированная по специальному алгоритму речь неизвестного лица могла быть искусственно уподоблена речи А. либо технически искажена так, что достигла уровня сходства их до степени смешения. Указанные экспертом совпадения признаков полностью копируют признаки из заключения эксперта от 8 июля 2008 г. N 01-08 и носят характер выборки отдельных разовых примеров, демонстрируя совпадения на уровне случайного угадывания и внешнего фонетического подобия, вызванного влиянием кодека, работающего в сети мобильной сети сотовой связи GSM, или вследствие искусственного уподобления спектрально-временной структуры сигнала на сравниваемых фонограммах.

В связи с этим то обстоятельство, что фонограммы были переписаны на аналоговый носитель, а не представлены в виде идентичных оригиналам цифровых копиях, настораживает, так как при копировании на аналоговый носитель маскируются и уничтожаются не только следы монтажа, но и те модификации, которые претерпевал исходный речевой сигнал при его синтезе.

При выполнении акустического анализа спорных фонограмм, судя по тексту заключения, эксперт грубо нарушил требования методики и применил для исследования необоснованные и не описанные в методике процедуры. В частности, перед экспертом стояли вопросы о выполнении идентификационного исследования для 9 спорных фонограмм. Поскольку каждая фонограмма получена независимо одна от другой, на каждой фонограмме зафиксирована речь лиц, тождество или отличие которых для разных фонограмм из материалов дела не следует, то перед экспертом и стоит задача определить это тождество и отличие для каждой фонограммы, независимо для каждого отдельного случая. То есть перед экспертом стоит 9 независимых идентификационных задач: имеется ли на спорных фонограммах 1-9 голос и речь А. Необходимо было выполнить как минимум 9 пар независимых идентификационных исследований для 9 фонограмм.

Однако эксперт произвольно объединил все 9 спорных фонограмм в один идентификационный массив, сравнив его с образцами речи А.

Аудитивный анализ выполнялся экспертом небрежно, а лингвистический анализ на уровне слова и фразы вообще не проводился.

Экспертное идентификационное исследование в анализируемом заключении не является объективным, полным и всесторонним, не соответствует современному уровню достижений науки и техники (в нем отсутствует полный и всесторонний акустический и лингвистический анализ речевых сигналов на фонограммах), оно выполнено с грубыми нарушениями требований примененной экспертом методики идентификации лиц по фонограммам русской речи на автоматизированной системе "Диалект".

При сравнении спорных фонограмм эксперт, не проводя предписанных методикой исследований, произвольно принял решение о том, что неустановленные дикторы на всех спорных фонограммах являются одним и тем же лицом. Далее он проводил исследование всего спорного речевого материала, произвольно выбирая фрагменты для исследований и необоснованно распространяя выводы по результатам исследований на все спорные фонограммы. При сравнении акустических признаков микроанализа звуков речи эксперт получил ошибочные выводы, а приведенная в тексте заключения их иллюстрация позволяет прийти к прямо противоположным идентификационным выводам - о различии сравниваемых дикторов.

3. Заключение эксперта N 05/08 от "27" октября 2008 года.

Заключение эксперта не содержит сравнения каждой спорной фонограммы с образцами голоса и речи А. Исследование не проведено по всем группам признаков акустической и лингвистической природы. Индивидуальные особенности лексико-семантического и семантико-синтаксического уровней речи, присущие А. на экспериментальных образцах, в заключении эксперта не описаны, а потому не дают возможности судить об индивидуальных навыках его речемыслительной деятельности, стилистике его речи, языковой и коммуникативной компетенции.

В связи с этим повторение списка только фонетических особенностей, которые могут модифицироваться под влиянием цифровой обработки, кодирования и сжатия речевого сигнала, не являются устойчивыми к аппаратурным искажениям, недостаточно для установления индивидуально-конкретного тождества сравниваемых лиц.

Заключение эксперта должно быть ясным, объективным, обоснованным, полным, содержать исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, полученные на основе объективных, всесторонних и полных исследований, проведенных в пределах специальности эксперта, на строго научной и практической основе с использованием современных достижений науки и техники.

"Всесторонность и полнота" идентификационного исследования подразумевают анализ экспертом рассматриваемого объекта во всех важных для его идентификации аспектах, изучение всех его свойств, определяющих индивидуальность.

Методика идентификации говорящего по голосу и речи требует в качестве обязательного направления идентификационных исследований выполнения полного и всестороннего лингвистического анализа на всех языковых уровнях, а не только на уровне отдельных звуков. Только при наличии результатов лингвистического анализа высших лингвистических уровней методика позволяет принять обоснованное решение о тождестве или отличии сравниваемых дикторов. В силу этого экспертное исследование устной речи, результаты которого изложены в указанном заключении, не является полным и всесторонним, не соответствует современному уровню достижений науки и техники, нарушает положения примененной экспертом методики "Диалект", т.е. не может быть объективным и не может служить источником информации о событиях и обстоятельствах, связанных с расследуемым преступлением.

Заключение специалиста:

1. С научной и методической точек зрения выводы эксперта о принадлежности голоса и речи неизвестных лиц на спорных фонограммах гр-ну А. не обоснован.

2. Признаки, характеризующие голос и речь неизвестного, идентифицированного как "А.", указанные в анализируемых экспертных заключениях, носят общегрупповой характер. Сходство могло быть обусловлено искажениями речевого сигнала при его кодировании и синтезе, сжатии и иной модификации. Выявленные экспертами совпадающие признаки не составляют неповторимую уникальную индивидуальную совокупность, не встречающуюся в речи других людей, недостаточны для установления индивидуально-конкретного тождества, а потому не исключают принадлежность голоса неизвестного лица на спорных фонограммах другому лицу, а не А.

3. Из текста экспертных заключений видно, что представленные на экспертизы спорные фонограммы на микрокассетах, компакт-кассетах, на которых идентифицирован голос неустановленного лица как голос А., оригиналами не являются, а были получены путем перезаписи фонограмм, подвергавшихся цифровой обработке, искажениям и модификации. При этом нельзя исключить, что искажениям подвергался также речевой сигнал фонограмм, записанных при проведении оперативно-розыскных мероприятий и представленных в качестве образцов голоса А. в цифровом виде.

4. Исходя из текста экспертных заключений и требований паспортизованной и общепринятой методики идентификации лиц по голосу и речи "Диалект" имеются обоснованные сомнения, что все спорные фонограммы, на которых идентифицирован голос неустановленного лица как голос А., объективно пригодны для достоверной идентификации по голосу и речи.

5. Особенности сотовой связи могли повлечь ошибочность выводов экспертов об идентификации неустановленного лица и вывода, что признаков монтажа не обнаружено.

6. Для установления доброкачественности фонограммы и исключения возможности подделки, фальсификации в обязательном порядке на экспертизу необходимо предоставить фонограмму-оригинал, устройство, использованные для ее записи. Фонограмма-оригинал, устройства, с помощью которых записывался оригинал и перезаписывалась копия, а также другие сведения, необходимы экспертам для научно обоснованного решения вопроса об идентификации говорящего, а также для выявления признаков монтажа и иных изменений фонограмм, которые могли быть произведены в ходе их цифровой обработки или иных манипуляций с речевым сигналом. Из заключений эксперта видно, что эксперту не было сообщено, как были получены исходные цифровые фонограммы, переписанные на представленный на экспертизы носители (какой вид сотовой связь использовался, какой кодек использовался для сжатия сигнала и степень сжатия, какие манипуляции осуществлялись с речевым сигналом при компиляции макетов звуковых файлов, которые перезаписывались на съемный носитель). В данной ситуации невозможно достоверно установить причины искажений речевых сигналов на фонограмме. Вследствие наличия на фонограмме признаков цифровой обработки речевых сигналов и искажений, являющихся следствием как кодирования при передаче через каналы сотовой связи, так и возможного их появления при перезаписи либо иных манипуляций с оцифрованным сигналом, оценить степень и характер искажения исходного нативного речевого сигнала не представляется возможным. Идентификационному исследованию по сути подвергался не нативный, т.е. исходный, естественный сигнал, естественная человеческая речь, со всеми индивидуальными свойствами, присущими конкретному диктору, а искусственно синтезированный сигнал, из которого алгоритмами кодирования (или сжатия, цифровой обработкой ACELP и др.) физически исключены существенные для индивидуализации диктора особенности. При данном способе кодирования по сотовой связи передается не сам сигнал, а его математическая модель - страница кодовой книги и эксперты, очевидно, сравнили синтезированную (машинную) речь, идентифицировав не человека, а кодек. Говорить о качестве такого сравнения не приходится. Соответственно и попытка привязать неизвестно как полученную аналоговую копию цифровой синтезированной речи к конкретному человеку непродуктивна.

7. В ГОСТ 13699-91 "Запись и воспроизведение информации. Термины и определения" дано понятие монтажа. Монтаж - соединение в необходимом порядке частей одной или нескольких ранее записанных фонограмм путем перезаписи, при котором могут вноситься изменения в записываемую информацию и может изменяться очередность фрагментов. Из чего следует, что решить вопрос о наличии или отсутствии признаков монтажа или изменений, произведенных в процессе записи или после нее, можно только после того, как установлено, является ли фонограмма оригиналом или перезаписью. Эксперты такого исследования не проводили. Поэтому исключить факт изменения и модификации речевого сигнала, следы которого были скрыты при перезаписи на аналоговые кассеты, нельзя.

Голоса двух заведомо разных людей при разговоре по сотовой связи могут быть ошибочно идентифицированы как принадлежащие одному лицу, что может быть обусловлено как объективными (искажениями и модификациями речевого сигнала), так и субъективными причинами (неполнотой и невсесторонностью экспертного исследования, проведенного без учета всех особенностей представленных на экспертизу объектов - копий фонограмм цифровой синтезированной речи, подвергшихся цифровой обработке). Для того чтобы оценить, какой компрессии подвергся оцифрованный сигнал, поступивший на экспертное исследование, необходимо знать: тип и марку мобильного телефона, используемого абонентами при разговорах, в какой сети GSM они (разговоры) происходили и какой кодек и с какой скоростью передачи речевого сигнала использовался в конкретном мобильном телефоне. Также эксперту необходимо знать, какой тип многоканального регистратора использовался, его основные параметры работы, вид и параметры сжатия сигнала, а также условия копирования информации с регистратора на кассеты. Без такой информации эксперт не сможет не только провести полное и всестороннее исследование речи, но даже оценить пригодность фонограмм для идентификационного исследования. Поскольку экспертам информация об условиях и средствах звукозаписи не предоставлялась, то о достоверности сделанных ими выводов говорить не приходится. Ошибка экспертов могла быть вызвана тем, что они исследовали аналоговые копии цифровых фонограмм, полученных по сотовой связи и являющихся по своей природе синтезированной речью.

Поскольку на экспертизу оригиналы фонограмм не направлялись, нельзя исключить возможность копирования на компакт-кассеты и микрокассеты, приобщенные к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств, фальсифицированных цифровых фонограмм, содержащих искусственно модифицированную на компьютере голос и речь неизвестного лица, уподобленную по определенному алгоритму голосу и речи А. по представленному образцу.

Часто в заключении отсутствуют данные и результаты предварительной оценки представляемых образцов по степени их сопоставимости со спорной фонограммой. В экспертном заключении в обязательном порядке должна употребляться единообразная терминология, не допускающая неоднозначного толкования. Если эксперт употребляет не общепризнанный термин, он должен в обязательном порядке его пояснить или привести то определение, в котором он употребляет термин. "Опорные фрагменты, эталонные и спорные образцы, похожая формантная структура, близкие длительности и характер спектральных изменений, стабильные участки, фонообъекты, следы" - такая терминология без дополнительных пояснений или определений может ввести в заблуждение и привести к неадекватной оценке экспертного заключения и вызовет сомнения в квалификации и компетенции эксперта.

В текстах экспертного заключения встречаются и ошибки методического плана. Так, некоторые эксперты при исследовании большого количества спорных фонограмм проводят так называемую предварительную дифференциацию участников разговора и установление принадлежности реплик только на слух. Учитывая субъективный характер аудитивного восприятия каждым экспертом и высокую вероятность ошибки, использование только аудитивного анализа, не подтвержденного инструментальными методами, может привести к серьезнейшим ошибкам в выводах эксперта.

Эксперт должен тщательно подходить к решению вопросов дифференциации количества говорящих и установления принадлежности реплик каждому участнику разговора. То есть при отборе реплик лица, подлежащего идентификации на спорной фонограмме без комплексного анализа может быть ошибочно, чисто на слух выбрана реплика другого лица. Точно так же не допускается только на основе аудитивного анализа (только субъективного слухового восприятия эксперта) проводить дифференциацию голосов или утверждать об их сходстве на различных спорных фонограммах. Строго говоря, для установления принадлежности реплик одному говорящему в пределах одной фонограммы следует проводить исследование реплик по интегральным перцептивным и акустическим параметрам.

Как показывает анализ экспертных заключений, эксперты часто допускают ошибки в сегментации и проводимых вычислениях, позволяющих, например, привлекаемому судом специалисту-консультанту по экспериментальной фонетике усомниться в достоверности полученных числовых данных. При этом один и тот же эксперт проводит сегментацию и измерения значений длительностей звуковых сегментов и формантных значений два раза подряд на одном и том же речевом отрезке в одной и той же экспертизе и получает разные значения для одних и тех же сегментов с разбросом до 60 мсек для параметров длительности и 1000 Гц для формант.

Эксперты при микроакустическом анализе аллофонов звуков "о" или "э" в один звукотип объединяются все звуки, которые в орфографии обозначаются как "о", "е" и т.д., как в ударной, так и в безударной позициях. Или предварительно не доказав, что на разных спорных фонограммах записан голос одного и того же лица, неправомерно выбирают для параметрического микроанализа из одной спорной фонограммы одно слово, из другой второе и т.д., все это усредняют, перемешивают, получают средние параметры, потом сравнивают с образцами, пытаясь доказать, что все эти речевые сигналы принадлежат одному и тому же человеку.

Выявление подобных ошибок специалистом в ходе состязательного уголовного процесса может поставить под сомнение правильность всего экспертного исследования и сделанных экспертом выводов.

В заключение надо отметить, что в общем виде причинами экспертных ошибок чаще являются субъективные факторы: отступление от методологии производства экспертизы, незнание специфики или сущности исследуемого криминалистического объекта или его однобокая интерпретация, применение неапробированных или непроверенных методик, несертифицированных технических средств, недостаточная разработанность методической базы, превышение собственной компетенции.




.


Перейти к оглавлению: Россинская Е.Р. Судебная экспертиза: типичные ошибки. М.: Проспект, 2012. 544



МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ
  
Количество Статей в теме 'Банкротство, арбитражные управляющие': 3247