СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


КВАЛИФИКАЦИЯ И УСТАНОВЛЕНИЕ ТРЕБОВАНИЙ ПО ОБЯЗАТЕЛЬНЫМ ПЛАТЕЖАМ В ДЕЛЕ О БАНКРОТСТВЕ II. Требования об уплате обязательных платежей, возникших в конкурсном производстве

1. Федеральным законом N 296-ФЗ был исключен п. 4 ст. 142 Федерального закона о банкротстве, предусматривавший норму о том, что требования об уплате обязательных платежей, возникшие после открытия конкурсного производства, независимо от срока их предъявления удовлетворяются за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований.

Включение данной нормы в Федеральный закон о банкротстве, как представляется, было вызвано тем, что НК РФ не предусматривал специальных правил и исключений в отношении организаций, признанных банкротами. Необходимость таких правил и исключений была обусловлена целью конкурсного производства - продажей имущества должника для формирования конкурсной массы и соразмерного удовлетворения требований кредиторов. Возложение на организации, признанные банкротами, обязанности по исчислению и уплате налогов без учета указанной цели конкурсного производства не соответствует общим началам налогового законодательства, определенным ст. 3 НК РФ (налоги должны иметь экономическое основание и учитывать фактическую способность налогоплательщика к их уплате). На стадии конкурсного производства, по существу, уже отсутствует субъект, ведущий экономическую деятельность, а именно с осуществлением этой деятельности связано возникновение тех обстоятельств, наличие которых обусловливает возникновение объекта налогообложения (ст. 38 НК РФ). Обложение поимущественными налогами (налог на имущество, транспортный, земельный налог) имущества, составляющего конкурсную массу, а также налогом на добавленную стоимость операций по реализации указанного имущества по существу означает изъятие части конкурсной массы за счет увеличения текущих требований по обязательным платежам в пользу соответствующих публично-правовых образований, которые также, как правило, являются конкурсными кредиторами.

2. Включение в Федеральный закон о банкротстве нормы об удовлетворении требований по обязательным платежам, возникшим после признания должника банкротом, за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, решало поставленные выше проблемы. Единственно необходимым, как представляется, было внесение в гл. 21 НК РФ, регулирующую взимание налога на добавленную стоимость, нормы, исключающей обложение этим налогом операций по реализации имущества должника на стадии конкурсного производства. Данное предложение было вызвано следующими соображениями.

В силу правовой позиции, изложенной в п. 14 Постановления N 25, поскольку п. 4 ст. 142 Федерального закона о банкротстве не содержал специального регулирования каких-либо налогов, то, соответственно, он подлежал применению и к требованиям по уплате налога на добавленную стоимость, исчисленного должником по итогам налоговых периодов, истекших после открытия конкурсного производства. Это означало, что покупатель имущества должника, уплативший налог на добавленную стоимость сверх цены приобретаемого имущества, вправе, руководствуясь положениями ст. ст. 171 и 172 НК РФ, заявить сумму налога в качестве налогового вычета к возмещению из бюджета, в то время как источник для данного возмещения (из-за крайне низкой вероятности удовлетворения рассматриваемого требования в ходе конкурсного производства должника - продавца имущества) сформирован не будет. По существу, это означало, что требования кредиторов удовлетворялись не только за счет сумм, выручаемых от продажи имущества, но и за счет сумм, взимавшихся в качестве налога на добавленную стоимость. Устранить дисбаланс было бы возможно путем исключения операций по реализации имущества должника в стадии конкурсного производства из числа операций, облагаемых налогом на добавленную стоимость. Однако законодатель вместо указанной поправки предпочел исключить анализируемую норму из п. 4 ст. 142 Федерального закона о банкротстве, что вернуло к жизни ряд ранее существовавших проблем.

Не возвращаясь к вопросу о соответствии действующего регулирования, не предусматривающего специальных правил касательно налогообложения должников, находящихся на стадии конкурсного производства, общим началам налогового законодательства, а также цели конкурсного производства - соразмерному удовлетворению требований кредиторов за счет сумм, вырученных от продажи имущества должника, остановимся лишь на ряде практических проблем.

В результате исключения указанной выше нормы требования об уплате обязательных платежей, возникших в стадии конкурсного производства, подлежат удовлетворению как текущие требования в четвертую очередь в соответствии с п. 2 ст. 134 Федерального закона о банкротстве. При этом очередность удовлетворения требований, относящихся к одной очереди, определяется исходя из даты поступления в банк расчетного документа.

Одновременно для текущих требований об уплате налога на добавленную стоимость законодатель предусмотрел весьма специфичное регулирование, в силу которого обязанность по уплате этого налога исполняется не должником, а налоговыми агентами, которыми в силу п. 4 ст. 161 НК РФ (в редакции, действующей с 1 января 2009 г.) признаются органы, организации или индивидуальные предприниматели, уполномоченные при проведении процедуры банкротства осуществлять реализацию имущества должника.

Достаточно часто средств, вырученных от продажи имущества должника (особенно в ситуации, когда значительная часть имущества была предоставлена в залог), не хватает для удовлетворения всех текущих требований. Указанная норма Федерального закона о банкротстве, как направленная на урегулирование конкуренции текущих требований, не должна преодолеваться какими-либо иными нормами, в том числе нормами НК РФ, с тем чтобы вопреки регулированию, установленному Федеральным законом о банкротстве, достигалось приоритетное удовлетворение текущих требований по обязательным платежам.

Статья 161 НК РФ, вменяя лицу, уполномоченному при проведении процедуры банкротства осуществлять реализацию имущества должника, обязанность по удержанию и перечислению в бюджет налога на добавленную стоимость, тем самым создает механизм, когда при недостаточности денежных средств для удовлетворения всех текущих требований в приоритетном порядке удовлетворяется одно из них, с чем нельзя согласиться.

Наделение лица, уполномоченного осуществлять реализацию имущества должника, статусом налогового агента не выдерживает критики и с точки зрения налогового права.

Включение налоговых агентов в правоотношение, связанное с исчислением и уплатой налогов, целесообразно лишь в тех случаях, когда существует невозможность администрирования самого налогоплательщика (например, при осуществлении выплат иностранным организациям, не имеющим постоянного представительства в Российской Федерации, в связи с получением ими дохода от источников в Российской Федерации) либо введение указанной фигуры диктуется практической целесообразностью администрирования одного субъекта, выплачивающего доходы, вместо значительного числа получателей этих доходов (например, при выплате дивидендов, заработной платы). В анализируемой нами ситуации указанных оснований не усматривается.

Кроме того, не вполне понятен механизм применения рассматриваемых положений, установленных п. 4 ст. 161 НК РФ. По-видимому, законодатель, упоминая об органах, организациях или индивидуальных предпринимателях, уполномоченных осуществлять реализацию имущества должника, подразумевал наличие среди указанных субъектов и арбитражных управляющих. Однако арбитражные управляющие лишены практической возможности исполнять обязанности налогового агента.

В силу положений подп. 1 п. 3 ст. 24 НК РФ налоговый агент, исчислив налог, удерживает соответствующую сумму для ее перечисления в бюджет из денежных средств, выплачиваемых налогоплательщику, т.е. налоговый агент - это лицо, являющееся должником налогоплательщика по соответствующему денежному обязательству. Применительно к рассматриваемой проблематике конкурсный управляющий, заключая сделки по реализации имущества от имени должника, является представителем последнего, а не его должником по обязательству. Сумма, вырученная от продажи имущества должника, не поступает на счет арбитражного управляющего; данная выручка в силу п. 2 ст. 133 Федерального закона о банкротстве подлежит зачислению непосредственно на счет должника как продавца имущества.

Осуществление в пользу должника выплат сумм, полученных от продажи его имущества, производится только в случае, когда сделки по продаже совершались привлеченной конкурсным управляющим специализированной организацией, которая договоры купли-продажи заключала от своего имени как комиссионер. Такого рода организации, перечисляя должникам суммы, вырученные от продажи, имеют возможность удержать из этих сумм и перечислить в бюджет налог на добавленную стоимость. Однако, как уже было указано выше, правомерность возложения этой обязанности и, как следствие, необходимость ее исполнения вызывают большие сомнения в силу того, что данное исполнение при недостаточности денежных средств для расчета со всеми текущими кредиторами может привести к преимущественному удовлетворению отдельного текущего требования. Как представляется, приоритет в решении данного вопроса должен быть отдан п. 2 ст. 134 Федерального закона о банкротстве, поскольку очередность удовлетворения требований не может преодолеваться путем установления НК РФ особого механизма исполнения отдельного требования.

3. Рассматривая проблематику, касающуюся исполнения обязанности по уплате налога на добавленную стоимость, необходимо также кратко обозначить вопрос, возникающий в связи с реализацией заложенного имущества. Распространена точка зрения, согласно которой при реализации предмета залога из вырученных средств должна быть исключена сумма налога на добавленную стоимость и лишь оставшаяся сумма подлежит распределению в пропорции, определенной ст. 138 Федерального закона о банкротстве, между залоговым кредитором, кредиторами первой и второй очереди и текущими кредиторами по определенным видам требований. Данная точка зрения вызывает сомнения. Текущее требование к должнику об уплате налога на добавленную стоимость возникает не в момент совершения каждой конкретной сделки по продаже предмета залога, а позднее. Размер обязанности по уплате данного налога определяется по окончании соответствующего налогового периода в отношении совокупности операций, признаваемых объектом налогообложения. На момент получения средств от продажи предмета залога и их распределения в порядке ст. 138 Федерального закона о банкротстве еще не существует требования к должнику об уплате налога на добавленную стоимость, следовательно нет и обязанности, во исполнение которой было бы необходимо удержать соответствующую сумму из полученной выручки.

Обратившись к п. 4.1 ст. 138 Федерального закона о банкротстве, регулирующему оставление залогодержателем предмета залога за собой при признании несостоявшимися повторных торгов, мы увидим, что законодатель в качестве условия реализации этого права возлагает на залогодержателя обязанность по перечислению денежных средств, которые необходимы для расчетов с кредиторами первой и второй очереди, а также с текущими кредиторами по определенным видам требований, в размере, определяемом в соответствии с п. п. 1 и 2 указанной статьи.

Согласно п. 2 ст. 154 НК РФ налог на добавленную стоимость подлежит исчислению не только при реализации предмета залога, но и при его передаче залогодержателю. Однако законодатель не возлагает на залогодержателя наряду с указанной выше обязанностью также обязанность дополнительно перечислить сумму налога на добавленную стоимость, что было бы необходимым, если принять точку зрения, отстаиваемую оппонентами.

Подход, в силу которого распределению в порядке, установленном ст. 138 Федерального закона о банкротстве, подлежит выручка от продажи предмета залога с удержанием из нее суммы налога на добавленную стоимость, должен был бы найти прямое отражение в нормах закона. При отсутствии этого положения достаточных оснований для указанного вывода, как представляется, нет.

4. При реализации имущества на стадии конкурсного производства, как это ни парадоксально звучит, возникает вопрос об исчислении налога на прибыль. Действительно, в силу положений ст. 268 НК РФ при продаже организацией основных средств (прочего имущества) по цене, превышающей их остаточную стоимость (цена приобретения или создания этого имущества), возникает доход, учитываемый при исчислении налога на прибыль. Однако все-таки, как представляется, должных оснований для постановки вопроса об обложении налогом на прибыль дохода, образуемого при продаже имущества должника, признанного банкротом, не имеется. Во-первых, в ряде случаев сумма указанного дохода будет перекрываться убытком, полученным в предыдущих периодах и учитываемым для цели налогообложения в порядке, установленном ст. ст. 283, 346.6, 346.18 НК РФ. Но это не главное, поскольку поставленный вопрос интересует нас применительно к банкротству не только организаций, но и индивидуальных предпринимателей, которые, уплачивая налог на доходы в соответствии с гл. 23 НК РФ по общему правилу, отраженному в ст. 210 Кодекса, не имеют право на перенос полученного убытка на будущее (на уменьшение доходов будущих периодов на сумму полученного убытка).

Как представляется, оснований для обложения налогом на прибыль рассматриваемого дохода не имеется в силу положений ст. 41 НК РФ, согласно которой постановка вопроса об обложении дохода возникает лишь при условии признания данного дохода в качестве экономической выгоды получателя этого дохода. При осуществлении конкурсного производства, учитывая его цель - удовлетворение требований кредиторов за счет средств, вырученных от продажи имущества должника, невозможно вести речь об экономической выгоде на стороне должника.

Приоритетность текущих требований перед требованиями, включенными в реестр, в отношении их удовлетворения обосновывается тем, что текущие требования - это требования, возникающие в результате принятия обязательств и совершения расходов, необходимых для осуществления процедуры банкротства. Обложение налогом на прибыль дохода, формально образуемого в результате совершения сделок по продаже имущества должника, является не необходимой предпосылкой, а следствием, в силу чего возложение указанной обязанности не может приводить к возникновению требования, квалифицируемого как текущее. Данные рассуждения еще раз подчеркивают необоснованность исключения из п. 4 ст. 142 Федерального закона о банкротстве нормы, предусматривавшей удовлетворение требований по обязательным платежам, возникшим после признания должника банкротом, за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.




В.В. БАЦИЕВ


Витрянский В.В. Банкротство.Научно-практический комментарий новелл законодательства и практики его применения. М: Статут, 2010, 336 с.



МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ
  
Количество Статей в теме 'Банкротство, арбитражные управляющие': 3247