СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


ЗАЛОГ И БАНКРОТСТВО: АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

Закон о банкротстве существенно изменен в части порядка удовлетворения залоговых кредиторов, Пленум ВАС РФ издал развернутые разъяснения по данной проблематике. А вопросы по залогу не прекращаются. Более того, складывается впечатление, что поток их начинает нарастать. Иногда возникает сомнение, не связано ли увеличение количества вопросов с большей детализацией регулирования. Образующийся замкнутый круг - ответ на один вопрос порождает два или три новых вопроса - не может не настораживать.

Тем не менее пока эта тенденция относится лишь к числу эмпирических наблюдений; будем надеяться на ошибочность подобных выводов как поспешных и постараемся предложить свое видение целого ряда вопросов, с которыми столкнулись участники оборота и суды после выхода в свет Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя" (далее - Постановление N 58).

Указанное Постановление как результат длительных дискуссий и борьбы разнонаправленных точек зрения, как плод компромиссов само по себе также заслуживает рассмотрения и анализа. В настоящей статье автор предполагает не только остановиться на вопросах, не решенных в Постановлении Пленума или порожденных им, но и разъяснить ряд положений данного документа.

Установление требований кредиторов

Начнем с вопросов, относящихся к установлению требований кредиторов. Прежде всего рассмотрим ситуацию, когда залог предоставлен должником в обеспечение собственной задолженности перед кредитором (далее - залог по своим долгам). В этом случае у кредитора имеются два требования к должнику: а) о взыскании денежного долга; б) об обращении взыскания на заложенное имущество. Первое требование - чисто обязательственное. Второе - вещное или близкое к вещным. На наш взгляд, оно напоминает виндикацию: вещь забирается у должника (в этом сходство), но не передается кредитору, а подлежит продаже. Если нет дела о банкротстве, кредитор вправе предъявить любое из указанных требований, но чаще всего он предъявляет оба требования одновременно.

С появлением дела о банкротстве ситуация кардинально не меняется, у кредитора есть те же два требования. Если он заявляет в деле о банкротстве только первое, обязательственное, то он становится обыкновенным денежным кредитором третьей очереди. Если заявляется второе требование, при его удовлетворении кредитор получает статус залогового кредитора (аналог резолютивной части об обращении взыскания на заложенное имущество, которая была бы принята, не будь дела о банкротстве). Поскольку требование направлено на получение статуса залогового кредитора, резолютивная часть определения суда может звучать соответственно: признать за лицом X статус залогового кредитора (кредитора, чьи требования обеспечены залогом имущества должника).

Требования могут быть заявлены как одновременно, так и по очереди: сначала денежное, а потом залоговое. Из этого исходит Пленум ВАС РФ в п. 3 Постановления N 58. При этом должны соблюдаться сроки, предусмотренные Законом о банкротстве. Например, если второе требование заявлено в наблюдении с пропуском 30-дневного срока с даты публикации сведений о введении наблюдения, то ранее введения следующей процедуры банкротства данное требование арбитражным судом не рассматривается (п. 7 ст. 71 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"). Если же оно будет заявлено с пропуском двухмесячного срока в конкурсном производстве (п. 1 ст. 142 данного Закона), кредитор, могущий быть залоговым (т.е. привилегированным), не получит соответствующей привилегии (см. п. 4 Постановления N 58).

Не вполне правильно относиться к предъявлению второго требования как к уточнению первого (в этом случае приведенная выше логика про необходимость соблюдения сроков не применялась бы). Оттого, что Закон о банкротстве не знает специальных последствий удовлетворения "второго" (вещного) требования (аналога решения об обращении взыскания в исковом производстве), меняться ничего не должно. Из этого исходил Пленум в п. 3 Постановления N 58.

Проверка владения заложенной вещью.

Еще один аспект, который роднит установление требований кредитора как залогового с иском об обращении взыскания, - это проверка судом факта наличия заложенного имущества у залогодателя (должника), если по условиям договора залога имущество было оставлено у него (это повсеместная практика для движимого имущества, передаваемого в залог). Для искового процесса подобное требование установлено в ряде постановлений Президиума ВАС РФ по конкретным делам, для дел о банкротстве - в Постановлении N 58 (п. 1). При этом суд не связан даже судебным актом, который мог быть принят раньше, например, если до возбуждения дела о банкротстве залогодержатель обращался с иском об обращении взыскания и получил решение в свою пользу. Если в первый раз суд проверил факт нахождения заложенного имущества у залогодателя, это не значит, что это имущество сохранилось в натуре к моменту возбуждения дела о банкротстве. А если вещи нет у залогодателя, нет и вещного права у залогодержателя, которое могло бы быть реализовано (предоставив статус залогового кредитора).

Например, если вещь оказалась продана третьему лицу и перешла в его владение, залогодержатель может потребовать от третьего лица обращения на нее взыскания, если исходить из того, что его право залога сохранилось (такова господствующая практика судов, хотя вопрос не очевиден, если учитывать возможную добросовестность приобретателя). Понятно, что в этом случае странно было бы предоставить ему же привилегии в деле о банкротстве другого лица (прежнего залогодателя) <1>.

--------------------------------

<1> Иногда высказывается сомнение в том, можно ли обращать взыскание на вещь, находящуюся не у приобретателя ее, а у иного владельца, в том числе незаконного (например, вора). Имеется в виду, что вор не стал собственником данной вещи, следовательно, не сработала ст. 353 ГК РФ и вор не стал залогодателем. На наш взгляд, это не вполне верная логика. Право залога реализуется вещным иском - иском об обращении взыскания на заложенное имущество. Вещный характер данного иска заключается в отобрании предмета залога у ответчика, продаже его и передаче выручки истцу. Следовательно, с точки зрения реализации права залогодержателя не важно, кто выступает в роли ответчика - подлинный собственник вещи или ее фактический владелец.

Проверку фактического наличия предмета залога у залогодателя не следует понимать буквально. Если вещь передана залогодателем в аренду или в иное подчиненное владение (владение, производное от владения залогодателя), следует считать, что вещь находится во владении залогодателя. Просто в этом случае владение распадается на два вида - непосредственное (у фактического владельца) и опосредованное (у залогодателя).

Нередко возникает вопрос о том, на ком лежит бремя доказывания наличия/отсутствия вещи у залогодателя. Разумеется, это вопрос факта. По общему правилу наличие вещи должен доказать залогодержатель (ведь с наличием владения ответчика связывается наличие его права как истца). Но, например, если раньше (вне рамок дела о банкротстве) уже был принят судебный акт об обращении взыскания на заложенное имущество и суд проверял его нахождение у залогодателя, бремя доказывания обратного положения было бы разумно возложить на залогодателя, а также на иных кредиторов, возражающих против установления требований соответствующего кредитора в статусе обеспеченных залогом.

Кроме того, на помощь суду в этом вопросе приходит арбитражный управляющий, который дает независимое суждение. В особо сложных случаях, когда управляющего не допускают к фактическому ознакомлению с делами и имуществом должника (что само по себе веское основание для отстранения руководителя должника), суд может прибегнуть к такой мере, как наложение ареста на заложенное имущество. В ходе исполнения определения суда об аресте судебный пристав-исполнитель как лицо, наделенное большим объемом властных полномочий, чем арбитражный управляющий, получит дополнительные возможности по установлению факта владения залогодателем спорным имуществом.

Разумеется, могут быть ситуации, с трудом укладывающиеся в какие-либо рамки, заданные выше. Например, если в залоге находится морское судно, которое на момент проверки вопроса о владении им залогодателем находится в плавании за пределами Российской Федерации. Конечно, можно предположить, что это судно больше не вернется обратно, и отказать в статусе залогового кредитора залогодержателю. Однако поступать так, на наш взгляд, следует лишь при условии, что об отсутствии намерения возвращаться в порт приписки говорят какие-то дополнительные фактические обстоятельства.

Результатом проверки наличия заложенного имущества у залогодателя является отражение в определении суда об установлении требований залогового кредитора всего имущества, за счет выручки от продажи которого залоговый кредитор получит удовлетворение в преимущественном порядке. Эти сведения не включаются в реестр требований кредиторов, но обязательно учитываются конкурсным управляющим при проведении расчетов с кредиторами. Неуказание этих сведений может породить споры в отношении того, какое имущество находилось в залоге. Самые большие сложности в этом вопросе вызывает залог товаров в обороте, но, поскольку свое отношение к данному виду залога автор намерен выразить в самостоятельном разделе настоящей публикации, об упомянутой проблеме уместно будет сказать там же.

Есть примеры, когда залогодержатель настаивает на включении его требований в реестр как залогового кредитора, хотя доподлинно известно, что предмет залога погиб. Логика при этом следующая: в силу ст. 345 ГК РФ залогодатель вправе заменить предмет залога в случае его гибели, если договором не предусмотрено иное. Встречаются договоры залога, в которых на залогодателя возлагается обязанность заменить предмет залога (с установлением неустойки за ее неисполнение и т.п.). Следовательно, право залога как бы сохраняется. Но это, конечно, не так. Во-первых, залог - вещное право, и до тех пор, пока не индивидуализирована новая вещь, на которую будет распространяться залоговое право, этого права не возникнет (принцип специалитета вещных прав), какие бы обязанности предоставить вещь в залог у кого ни существовали. Во-вторых, обязанность залогодателя в данном случае, как представляется, не имеет обязательственной природы, т.е. к ее исполнению нельзя понудить в судебном порядке, за ее неисполнение нельзя требовать возмещения убытков, уплаты неустойки и т.п. Это всего лишь "слабая" или "мягкая" обязанность (к сожалению, подходящего термина русская юридическая лексика пока не выработала, в немецком языке эта обязанность передается термином Obliegenheit, используемым в противовес Pflicht, Verpflichtung, Schuld), т.е. обязанность, несоблюдение которой влечет утрату обязанным лицом правовых преимуществ и наступление иных поименованных в законе неблагоприятных последствий, но не столь суровых, как возмещение убытков. При уклонении от замены предмета залога залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства (подп. 2 п. 1 ст. 351 ГК РФ).

Другой пример "слабой" обязанности - так называемая кредиторская обязанность (такую природу имеет обязанность кредитора принять исполнение, предложенное должником, или обязанность доверителя выдать доверенность поверенному). К исполнению подобной обязанности также нельзя понудить через суд, а для нарушителя наступают иные неблагоприятные последствия, описываемые словами "просрочка кредитора".

Значение также имеет вопрос о том, как следует поступить, если переданная в залог вещь обнаружится уже после принятия судом решения об отказе во включении требований кредитора как обеспеченных залогом (например, судно возвратится из-за границы). Здесь, при грозящем закрытии реестра требований кредиторов в конкурсном производстве, не годится напрашивающееся простое решение в виде допущения повторного обращения в суд с требованием об установлении статуса залогового кредитора. Лучшим вариантом станет, на наш взгляд, пересмотр ранее принятого определения об отказе в признании статуса залогового кредитора по вновь открывшимся обстоятельствам. В этом случае срок на предъявление требований кредиторами окажется соблюденным, так как будет исчислен по дате первоначального обращения.

Бывают и зеркальные ситуации - лицо попадает в реестр требований кредиторов как залоговый кредитор, после чего предмет залога гибнет или пропадает. Что происходит в этом случае? Как сам залогодержатель, так и другие кредиторы (смотря кто из них больше заинтересован), а также арбитражный управляющий могут обратиться с требованием об исключении из реестра отметки об особом статусе требований как обеспеченных залогом. Сам залогодержатель может быть заинтересован в подаче такого заявления, если он желает получить право голоса в конкурсном производстве. Для кредиторов его исключение крайне важно, если залог был предоставлен по чужим долгам. В этом случае из реестра требований кредиторов исключаются требования залогодержателя, что влияет на размер удовлетворения иных кредиторов.

Для предъявления требования о снятии статуса залогового кредитора Законом о банкротстве не установлено никаких сроков, значит, оно может быть заявлено в ходе любой процедуры банкротства и рассматривается по правилам ст. 60 Закона.

Начальная продажная цена.

Выше указывалось, что при установлении требований залогового кредитора в деле о банкротстве в основном применяются те же правила, что и при рассмотрении требования об обращении взыскания на заложенное имущество в исковом порядке. Однако имеются и особенности. Так, в определении об установлении требований залогового кредитора не указывается начальная продажная цена предмета залога (даже если раньше в пользу кредитора было принято решение суда в исковом процессе и в указанном решении начальная продажная цена содержится). Так происходит потому, что исследование данного вопроса на этой стадии является нецелесообразным (за исключением случаев залога по чужим долгам, о которых речь пойдет ниже). Пленум ВАС РФ постановил, что определяющей для продажи заложенного имущества должна быть цена, которую имеет предмет залога на момент, наиболее приближенный к его продаже, т.е. в конкурсном производстве. Если требования кредитора устанавливаются в процедуре наблюдения (как правило, залог установлен в пользу банков, которые ведут себя весьма активно и не пускают дела о банкротстве на самотек), то между установлением требований и продажей заложенного имущества может пройти более года. Как правило, цена заложенного имущества меняется, и нередко в сторону снижения. Следовательно, ее все равно придется пересматривать.

Кроме того, Закон о банкротстве (ст. 131) возлагает на конкурсного управляющего обязанность провести оценку заложенного имущества. Было бы странно, если бы эта оценка не имела правового значения. Поэтому именно эта оценка должна быть положена в основу начальной продажной цены предмета залога в конкурсном производстве. Все возможные споры (недовольны новой оценкой могут быть и залогодержатель, и иные кредиторы) разрешаются судом, рассматривающим дело о банкротстве (п. 11 Постановления N 58). Если залогодержатель, например, докажет суду, что представленная им оценка является более обоснованной, в основу начальной продажной цены будет положена именно она.

Множественность залоговых кредиторов.

Практикой выявлено несколько случаев, когда в отношении одной заложенной вещи существует несколько залогодержателей. Самый распространенный случай множественности залоговых кредиторов - предшествующий и последующий залог. При установлении требований залогового кредитора суд обязательно должен определить, каким по старшинству является залоговое право - первоочередным или последующим.

Встречаются также ситуации, когда непонятна природа множественности залоговых кредиторов, образовавшейся в конкретном случае. Например, если должник заложил одно и то же оборудование нескольким банкам (например, двум) и каждый из них добился обращения взыскания на указанное оборудование. О какой множественности здесь должна идти речь - по типу солидарности или по типу предшествующего и последующего залогов? Разбираться с данным вопросом придется суду, рассматривающему дело о банкротстве, и задача у него будет явно не из легких. Проблема порождена конструкцией непосессорного залога (т.е. залога с оставлением заложенной движимой вещи у залогодателя), принятой в России и широко распространившейся на практике. Напрашивающееся решение по принципу prior tempore, potior jure может оказаться не самым справедливым, имея в виду возможность заключения договора залога задним числом. Таким образом, определяющее значение должен иметь вопрос фактического добросовестного владения заложенным имуществом: кто из залогодержателей владеет им - права того сильнее. Если заложенной вещью не владеет никто из залогодержателей, то старшинство залоговых прав целесообразно устанавливать по дате вынесения решения суда об обращении взыскания либо какой-то иной дате, с которой связано обстоятельство, носящее объективный характер (например, обращение в суд с соответствующим иском).




А.В. ЕГОРОВ


Витрянский В.В. Банкротство.Научно-практический комментарий новелл законодательства и практики его применения. М: Статут, 2010, 336 с.



МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ
  
Количество Статей в теме 'Банкротство, арбитражные управляющие': 3247