СТАТЬИ АРБИР
 

  2016

  Декабрь   
  Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   

  
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?


Проблема возникновения языка

На протяжении многих веков ученые бьются над одной из величайших загадок человеческого бытия, которой является наш язык. Проблема глоттогенеза - возникновения языка - является одной из узловых для целого ряда наук: биологии, зоопсихологии, антропологии, этнографии, лингвистики и др. Еще в античную эпоху в греческой науке конкурировали два взгляда на происхождение языка: один предусматривал естественный, «природный» характер языка, т.е. закономерную, биологическую обусловленность его возникновения и структуры (теория «фюсей» - «по природе»); другой взгляд (теория «тесей» - «по установлению») предполагал условный, характер языка и, следовательно, искусственный, сознательный характер его возникновения в обществе . Эти два подхода противоборствовали вплоть до начала ХХ в. И хотя в целом эта проблема ставилась и обсуждалась как научно-философская (Ж.Ж. Руссо, И.Г. Га- ман, И.Г. Гердер, В. фон Гумбольдт, Г.В.Ф. Гегель), философы акцентировали внимание на единстве развития мышления и языка в антропогенезе и на неправомерность проблемы происхождения языка к узко языковедческому подходу. В ХХ в. подходы к решению проблемы глоттогенеза радикально меняются. Прежде всего, ставится вопрос, можно ли трактовать возникновение человеческого языка как эволюцию системы коммуникации животных, в частности, приматов, или это происходило революционным путем. Ответ на этот вопрос в свою очередь связан с определением характера различия «языка» животных и речи людей: количественного или качественного. В первом случае правомерно говорить об эволюции. Многие биологи считают, что, поскольку язык неразрывно связан с когнитивными способностями, которые развиваются хотя и неравномерно, но постепенно, то и глоттогенез следует рассматривать как длительный эволюционный процесс. Эта позиция базируется на многочисленных наблюдениях за популяциями шимпанзе, выявивших заметный уровень интеллекта у этих ближайших к человеку приматов, сопоставимый с уровнем интеллекта детей младшего возраста. Поведение этих животных особенно «окультуривается» в условиях неволи: усиливается орудийная деятельность и стимулируются коммуникативные способности. Тем не менее, существенные различия языкового общения налицо. И эти различия качественные. Современные антропологи установили, что системы контроля вокализации (произнесения звуков) у человека и обезьян качественно различны . У обезьян функция контроля почти целиком подчинена лимбической системе (структурам головного мозга, регулирующим инстинктивное поведение, эмоции, обоняние) и осуществляется с помощью висцеральной (мягкой, органной), а не скелетной, мускулатуры. Г олосовые сигналы издаются и на вдохе, и на выдохе, вокализация зачастую непроизвольна, связана с возбуждением. У человека вокализация также может быть подконтрольной лимбике и непроизвольной (смех, плач, стон и пр.), но ею могут управлять и обширные участки коры. За речь ответственна не лимбика, а неокортекс - новые области коры головного мозга, которые у млекопитающих только намечены, а у человека составляют основную часть коры, обеспечивающую высшие нервные функции и осознанное мышление. Речь человека осуществляется скелетной мускулатурой и происходит только на выдохе. Все это противоречит гипотезе об эволюционном происхождении языка людей из голосовых сигналов приматов. Далее логически следует вопрос о механизме формирования речи и управления ею корой головного мозга: осуществляется это особым центром (когнитивным «органом» мозга) или всей организацией мозга как сложной целостной системы. Если действительно человеческий мозг имеет такой «орган», то преемственность в отношении языка людей и системами коммуникации животных по меньшей мере сомнительна. Наличие такого врожденного органа, генетически обеспечивающего появление речи у человека и начинающего интенсивно работать («включающегося») практически у всех детей по достижении определенного возраста (приблизительно 3 года) предполагается целым рядом ученых - психологов, лингвистов . В пользу этой точки зрения свидетельствует обнаружение генов, непосредственно ответственных за речь, нарушение структуры которых вызывает соответствующие синдромы. Характерно, что эти синдромы указывают на то, что язык и мышление, хотя и связаны между собой, но все-таки разнопорядковые явления . Если принять гипотезу о наличии генетического языкового центра, встает вопрос о пути его возникновения: появился ли он внезапно или развивался в результате эволюции. Некоторые ученые полагают, что язык был изначально заложен в человеке, и люди на определенном этапе развития приобрели дар речи в результате случайной перегруппировки участков ДНК, обнаружили в себе эту особенность и стали использовать ее для общения и передачи информации, постепенно расширяя словарный запас. Однако большинство антропологов и нейропсихологов склоняется к эволюционному пути, обращая внимание на масштабные морфологические изменения мозга и речевого аппарата, которые могли произойти только в ходе длительной эволюции по механизму естественного отбора. Однако никакого языкового локализованного органа в человеческом мозгу не обнаружено. Применяя современные методики, позволяющие работать с живым мозгом, нейропсихологии выявили чрезвычайно сложную картину функционирования коры и подкорки во всех процессах, связанных с языком и речью. В этой картине не только отсутствовали выраженные локальные участки, но даже не имеет места отчетливая меж- полушарная ассиметрия (как считалось ранее), т.е. были задействованы оба полушария. В ходе онтогенеза и у детей, и у взрослых язык как бы блуждает по коре, выбирая в зависимости от обстоятельств, где ему «обосноваться». У маленьких детей утрата даже большей части левого полушария не препятствует усвоению языка. Два разных языка обычно не пересекаются в коре, а выбирают либо разные участки одного полушария, либо разные полушария. И не только кору. Роль подкорки в языковой функции важнее, чем казалось прежде. В частности при поражениях полосатого тела родной язык может разрушиться, а усвоенный позже - сохраниться .

Отсутствие языкового органа ставит вопрос о том, какие факторы являются определяющими в формировании языка и соответствующей структуризации мозга. И здесь снова возможны две точки зрения, которые постоянно конкурируют при решении различных проблем антропогенеза. Одна позиция предполагает доминирование биологических факторов, другая - социальных. Многочисленные данные указывают, что язык возник не на основе коммуникации приматов, а на основе их интеллекта. В свою очередь интеллект развился в процессе целенаправленной трудовой деятельности как главное средство адаптации к ней. Это положение поддерживается большинством психологов. Эта деятельность (а не функция коммуникации) требует участия всей мозговой системы и стимулирует ее развитие. Язык мог возникнуть параллельно с совершенствованием сложных действий, среди которых использование каменных орудий, вероятно, играло ведущую роль. Не умаляя роль естественного отбора, можно утверждать, что язык - явление преимущественно социальное, а не биологическое. Эта идея не нова, ее выдвигал в позапрошлом веке Ф. Энгельс и другие представители марксизма, в первой половине ХХ в. - бихевиористы, структуралисты. Сходной позиции придерживаются и некоторые ведущие современные нейрофизиологи .

Язык создал качественный разрыв между животным миром и человечеством. Главным фактором возникновения языка было коллективное употребление орудий труда. Тем не менее, признание этого положения отнюдь не исчерпывает сложнейшую проблему глоттогенеза. Сложность ее еще и в том, что между исследователями этой проблемы, принадлежащими к разным научным дисциплинам, нет адекватного информационного обмена: исследования антропологов остается за пределами внимания лингвистов, а работы нейропсихологов, неизвестны палеонтологам. И здесь чрезвычайно важно объединение усилий различных ученых, устранение «перегородок» между науками для формирования единой непротиворечивой картины.




А. В. Райер, Б. И. Бортник Уральский государственный экономический университет (Екатеринбург)


Конкурентоспособность территорий. Материалы XV Всероссийского форума молодых ученых с международным участием в рамках III Евразийского экономического форума молодежи «Диалог цивилизаций «ПУТЬ НАВСТРЕЧУ» Часть 3. Направления: 3. Человек в современном мире, 5. Экологизация экономического развития, 16. Формирование современной системы туриндустрии и гостиничного бизнеса, Екатеринбург Издательство Уральского государственного экономического университета 2012



МОЙ АРБИТР. ПОДАЧА ДОКУМЕНТОВ В АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ
КАРТОТЕКА АРБИТРАЖНЫХ ДЕЛ
БАНК РЕШЕНИЙ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ
КАЛЕНДАРЬ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

ПОИСК ПО САЙТУ
  
Количество Статей в теме 'Стратегическое планирование': 601